Бизнес без темных лошадок

Софья Инкижинова
корреспондент журнала «Эксперт»
9 июля 2012, 00:00

Компания «Российские ипподромы» возрождает тотализатор. Ее цель — сделать доходными отечественный конный спорт и коневодство и интегрировать ипподромы страны в мировую систему конного тотализатора

Фото: Алексей Майшев

«Ставьте на Гайану или Паутинку — одна из этих гнедых кобыл обязательно выиграет в забеге», — советует мне девушка, стоящая рядом с тотализатором. «А почему кто-то из них должен выиграть?» — «Они были лидерами в прошлом забеге». Я колеблюсь. Мне почему-то нравится вороная кобыла Балканка. В итоге делаю парную ставку — на две лошади сразу, Балканку и Паутинку. Уже через две минуты, когда закончится заезд, я проиграю свои деньги. Девушка-советчица, напротив, выиграет. Первой к финишу пришла Гайана.

В прошлые выходные в Москве после трехлетнего перерыва возобновил свою работу тотализатор на Центральном московском ипподроме (ЦМИ). Вскоре ставки на лошадей можно будет делать и на других ипподромах, которые войдут в единую систему конного тотализатора. Для отечественной конной индустрии (в нее входят конный спорт, коневодство, тотализатор) это знаковое событие: в убыточном сегодня коневодстве появятся деньги, а значит, будут средства на развитие конюшен и ипподромов.

Открытие тотализатора на ЦМИ не диковинка для российского конного рынка. Впервые тотализатор на Московском ипподроме появился в 1876 году, и с тех пор его закрывали всего трижды — во время Великой Отечественной войны, после пожара 1949 года и осенью 2008-го. В последний раз его деятельность подпала под законодательные ограничения. В частности, согласно ФЗ-244 о регулировании игорного бизнеса, конный тотализатор был причислен к разряду азартных игр, которые могли проводиться только в специализированных игорных зонах.

Закрытие тотализатора привело к тому, что конная отрасль, не имея дополнительного финансирования, практически обанкротилась. Пытаясь решить эту проблему, в прошлом году президент РФ подписал указ о восстановлении конных тотализаторов. Однако заниматься этим бизнесом могли только частные ипподромы, которых у нас в стране мало, и в результате дело с мертвой точки так и не сдвинулось. Выходом из положения стало появление новой государственной организации — «Российские ипподромы». Эта компания объединила 27 государственных заводских конюшен и 21 ипподром (по данным Минсельхоза, всего в стране 34 заводские конюшни и 24 ипподрома) и получила право развивать конный тотализатор. В июне «Российские ипподромы» заключили контракт с крупнейшей букмекерской конторой «Спортбет». Инвестиции в новый проект могут составить свыше 20 млн долларов за пять лет.

Чтобы хотелось быть лошадью

«Вы находитесь на Центральном московском ипподроме — это старейший ипподром в континентальной Европе, он основан в 1834 году. Здесь проводились бега и скачки еще на приз императора Александра Второго. Но сейчас в наследство нам досталось хозяйство в запущенном состоянии — это относится и к Москве, и тем более ко всем периферийным ипподромам», — рассказывает генеральный директор «Российских ипподромов» Константин Гусаков. Затем он приводит статистику: в царской России было 30 млн лошадей, в 1990-е годы их число сократилось до 2,6 млн. Сегодня в нашей стране всего 1,3 млн лошадей.

Константин Гусаков работает в новой должности меньше года (в прошлом он был совладельцем и генеральным директором известной в 1990-е девелоперской компании «Стольный град»). Он верит, что в конной отрасли многое можно изменить. В первую очередь г-н Гусаков решил объединить существующие на балансе госбюджета ипподромы и конюшни в единую систему и сделать так, чтобы они приносили прибыль.

«Во всем мире прибыль в коневодство и конный спорт приносит тотализатор», — говорит Гусаков. По его данным, в мире ежегодные обороты конных тотализаторов составляют более 100 млрд долларов.

К нашему разговору присоединяется первый заместитель генерального директора «Российских ипподромов» Владимир Жуковский, в прошлом он сам был наездником и главным тренером по конному спорту Вооруженных сил России: «Мы должны понимать, зачем мы вообще разводим лошадей. Когда говорят о разведении коров, птиц, овец, рыб или пчел, все знают, зачем это делается. А для чего сегодня коневодство? В Первую конную армию к Михаилу Семеновичу Буденному уже поздновато. Весь цивилизованный мир определился с ответом. Сегодня развитые страны пытаются сохранить культуру конного дела, объединив ее с ипподромным бизнесом».

Владимир Жуковский предлагает создать в России систему тотализатора и интегрироваться в международную конную систему. «Нам есть к чему стремиться. Вот приезжаешь на ипподром в Гонконг или в Дубай, выходишь и думаешь: эх, черт, как бы я хотел быть здесь лошадью. Потому что там ипподром — это специально созданное место для развлечения и отдыха, где приятно находиться людям и лошадям».

Если говорить о Московском ипподроме, то при такой огромной территории и местоположении почти в центре города он должен стать одной из основных городских площадок, где будут проводиться массовые мероприятия.

В бой идут старики

Установленная максимальная ставка на заездах и скачках не ограничена, минимальная составляет 100 рублей. Но даже такая ставка многим показалась высокой, поэтому организаторы планируют уменьшить ее до 50 рублей. «Понимаете, публика здесь своеобразная. Тотализаторы были запрещены, но многие все равно продолжали играть незаконно, с руки (когда собираются несколько болельщиков, скидываются и потом между собой распределяют выигрыш. — Эксперт”). Поэтому некоторым сегодняшним посетителям ипподромов по 70–80 лет. Вы можете посмотреть на них, они сидят на трибуне», — говорит Константин Гусаков.

Действительно, на трибуне сидит группа заинтересованных старичков. Видно, как они наблюдают за заездом, что-то кричат, оживленно жестикулируют и машут программками. Вообще, типичный посетитель ипподрома — это мужчина старше 45 лет, почему-то многие из них с усами, в очках и кепках. Женщин почти нет.

С открытием тотализатора бывалые болельщики на ипподроме сразу включились в игру expert_810_031-1.jpg Фото: Алексей Майшев
С открытием тотализатора бывалые болельщики на ипподроме сразу включились в игру
Фото: Алексей Майшев

«А какой выигрыш я могу получить, если сделаю ставку?» — спрашиваю я у Владимира Жуковского. «В зависимости от того, сколько всего человек играет в тотализатор, — отвечает он. — Вот смотрите, Московский ипподром вмещает десять тысяч человек. В заезде участвуют десять лошадей. К примеру, все знают, что такая-то лошадь — фаворит, поэтому на нее делают ставку две тысячи человек. Но у фаворита вчера было плохое настроение, и спал он плохо, и съел что-то не то, поэтому первой к финишу приходит лошадь, на которую поставили всего два человека. Тогда машина собирает деньги с двух тысяч и рассчитывает выигрыш в пользу этих двоих».

«Лошадь, от которой никто не ожидал, что она придет к финишу первой, называется темной лошадкой», — уточняет Константин Гусаков.

«Разве темная лошадка не означает нечестную игру?» — спрашиваю я.

«Левая езда, как у нас принято говорить, почти невозможна. Наши заезды и скачки прозрачные, у нас есть судейская коллегия, ветеринарная комиссия, допинг-контроль. Мы взвешиванием жокея до скачек, после скачек. У нас есть камеры. И наши жокеи знают, если им положено сделать не более восьми ударов хлыстом, то девятый лишит их приза», — рассказывает Жуковский.

Чтобы поддерживать всю эту систему, требуются большие вложения. Я пытаюсь разобраться, какой процент от ставки идет на выигрыш, а какой остается на развитие ипподрома. «Секретов нет, — поясняет Жуковский. — В среднем казино берет четыре процента. В советское время ипподром брал от 25 до 38 процентов. А сейчас мы будем делать так, как во всем мире: устроители берут себе 15 процентов, сюда же входят расходы на ипподром, остальное уходит на выигрыши».

Я вижу, как группа оживленных старичков направляется к кассам тотализаторов. Да, сегодня они играют не с руки, а в настоящий тотализатор. «Сегодня у нас первый день работы, работает двенадцать касс, — ловит мой взгляд Константин Гусаков. — Но даже в недавнее советское время на ипподроме работало до 90 касс, поэтому количество касс будет возрастать. Но вы должны понимать, что сейчас в мировой практике на ипподромах делается лишь 20 процентов ставок. Все остальное можно сделать по телефону, по интернету, в отдельных местах по приему ставок. В дальнейшем мы откроем зал, где можно будет видеть, что происходит на других ипподромах. Каждый сможет сделать ставки на понравившуюся лошадь в Гонконге, Париже или в Омске».

Интеллектуальная игра

«Для игры вам потребуется знать терминологию, — учит президент Жокей-клуба Эдуард Мордухович. — Ординар — это когда вы выбираете одну лошадь на победу, но это неинтересно. Парный — вы должны угадать две первые лошади в одном заезде. Трио — три лошади по порядку, очень трудно. Дубль — необходимо угадать по одному победителю в двух заездах подряд. Конный тотализатор — это интеллектуальная игра. Это не казино, где нужно выбрать между красным и черным. Здесь нужно знать происхождение лошади, учитывать погоду, состояние дорожки, качество тренера, качество жокея — и таких параметров где-то двенадцать-пятнадцать».

«А вам какая польза от тотализатора?» — спрашиваю я его. — «Удовольствие. Я коневладелец, мой жокей получает призовые места, но доходы от этого минимальны. Возможно, с тотализатором он будет получать чуть больше. А вообще, чем больше будет развит конный тотализатор, тем больше появится людей, желающих покупать наших лошадей. Тотализатор помогает определить цену лошади. Вот у нас есть лошадь, которая выиграла одиннадцать раз подряд, и она стоит 4–5 миллионов евро, и это кобыла, а был бы жеребец, стоил бы еще дороже. Благодаря тотализатору мы будем выращивать больше русских пород лошадей, которые потеряли свое место в мире, но еще могут восстановиться. Это знаменитые орловские рысаки, русская рысистая, а также чистокровные лошади и арабские скакуны, которые рождены и выращены на российских конных заводах».

Чуть позже, слушая наш разговор, ко мне обращается женщина. Она работает в специализированном конном журнале и скептически воспринимает ситуацию: «Основная проблема российского конного рынка — отсутствие информации: какие есть коннозаводчики, каково качество лошадей у того или иного коннозаводчика, чем отличается жокей от наездника, как работает тотализатор. Сегодня появляются люди, которые вкладываются в конезаводы, занимаются поголовьем. Но мне непонятно, почему они думают, что к ним побегут покупать лошадей, никакого продвижения своей продукции эти коннозаводчики не делают. Нужно вкладывать в рынок, развивать его. Тот же тотализатор — нагнать народ и сказать, что можно выиграть миллион? Ну раз и два придут, а потом не захотят».

«А как это явление сделать массовым?» — интересуюсь я. «Для начала нужно снизить стоимость входа на ипподром, для многих триста рублей — это много, — объясняет женщина. — А еще нужно делать дни открытых дверей, устраивать корпоративные мероприятия. Я видела такое в других странах. Туда на ипподромы люди приходят большими компаниями, им весело друг с другом, и они могут сделать больше ставок».

Тотализатор не для регионов

Я только что сыграла в тотализатор и проиграла. Оглядываюсь вокруг. На фоне всеобщего ажиотажа выделяется одинокий мужчина. Он держит в руках программку, внимательно смотрит на только что начавшийся заезд. Подхожу к нему, интересуюсь, на какую лошадь он сделал ставку.

«Я не играю в тотализатор, — категорично заявляет он. — Я сюда приехал по делу, а не деньги проигрывать. Я бывший директор одного из региональных ипподромов, но имени своего не назову, потому что меня и так все знают. Если вам интересно знать правду о тотализаторах, то могу рассказать».

Генеральный директор компании «Российские ипподромы» Константин Гусаков верит: тотализатор поможет развить в России конный спорт expert_810_032.jpg Фото: Алексей Майшев
Генеральный директор компании «Российские ипподромы» Константин Гусаков верит: тотализатор поможет развить в России конный спорт
Фото: Алексей Майшев

Я киваю, мне очень интересно узнать правду. «На примере своего ипподрома могу сказать, что тотализатор — это даже убыточно, — говорит он. — Представьте, если я у себя посажу 12 кассиров — каждому нужно зарплату платить, тем более в воскресенье, по двойному тарифу. А у нас люди вообще на ипподром не ходят. Редко молодежь бывает, по западной моде нарядятся, а вы представьте — пыль, грязь, туалет на улице. Потом больше не появляются. У нас слишком плохая материальная база. Среди коневладельцев — только частные лица, у которых совершенно нет интереса вести племенную работу. Сама территория открытая, в любое время года каждый может зайти на ипподром. И дорожки у нас плохие, как картофельное поле.

На нашем ипподроме в заезде участвуют всего по три-четыре лошади. И с таким отрывом некоторые бегут... даже смотреть не хочется. Нужно, чтобы лошади были равноценными, а таких нет. Нужно, чтобы программу составляли профессионалы, для этого требуется сильный начальник производственного отдела. А у нас нет кадров, потому что низкие зарплаты. Младшие наездники вообще сидят нищие — неужели вы думаете, что они не продадут размеченную программку? Даже если их за руку поймают — кто тогда ездить на лошадях будет?

Если нам насадят этот тотализатор, то он все равно не приживется. Богатые в регионе прячут свои деньги, а среднему человеку это не нужно. Не с тотализатора надо начинать, а с повышения культуры и благосостояния людей».

Мужчина переводит дух и неожиданно заключает: «А в Москве тотализатор можно устраивать. Через столицу много людей проезжает, и они могут случайно заходить на ипподром и делать ставки. Смотрите, уже почти финиш, а двенадцать лошадей голова к голове бегут. Вот это зрелище! И, представьте, моя лошадь, на которую я сейчас загадывал, — выиграла!»    

Нужна культура конного спорта

Оператором на рынке спортивных тотализаторов выступают букмекерские конторы — своего рода аналитические центры, которые рассчитывают исход будущих игр, собирают ставки с болельщиков и имеют процент от выигрыша. В России существует спортивный тотализатор на такие виды спорта, как футбол, хоккей, баскетбол, теннис. О том, каковы перспективы конного спорта, мы спросили у Олега Журавского, президента Национальной ассоциации букмекеров России (НАБ).

— Как вы оцениваете перспективность тотализаторов в конной индустрии? 

— Сегодня наблюдается упадок российского конного спорта. В настоящий момент в России всего два конных турнира — Кубок президента и скачки радио «Монте-Карло», и эти мероприятия больше относятся к светским, нежели к спортивным. На мой взгляд, в ближайшие два и даже три года ситуация не изменится, конный спорт не станет популярным. А если непопулярен сам спорт, то и спроса на ставки ожидать не приходится.

Для возрождения и популяризации конноспортивных мероприятий необходимы значительные инвестиции в отрасль, развитие и пропаганда конного спорта, а также увеличение частоты турниров. Возродить и спасти конную индустрию лишь за счет тотализаторов невозможно. Нужно вести активную пропаганду и вкладываться в рекламу, особенно телевизионную. Например, в Японии в 2002 году был запущен специальный телевизионный канал Green Channel, который в сутки ведет девятнадцатичасовую трансляцию с ипподромов всего мира.

— Насколько рентабелен конный тотализатор?

— Тотализатор может быть рентабельным в случае большого объема ставок и немалого оборота. Для этого необходимы аудитория и огромное количество постоянных событий. Например, у букмекеров проходит до двух тысяч событий в день. Соответственно, конные турниры нужно проводить не менее пяти раз в неделю по десять заездов.

Что касается привлечения клиентов, то необходима популяризация отрасли, гарантия «чистоты» события. Должно выработаться доверие среди игроков. Для этого нужно сформировать культуру коневодства, которая на сегодняшний день утеряна. Ведь даже такие страны, как Англия и Франция, имея двухсотлетнюю историю конного спорта, вкладывают большие средства в его развитие, но при этом самым популярным видом спорта у букмекеров остается футбол.