Hi-End

13 августа 2012, 00:00

 expert_814_074-2.jpg

Теплая и радостная Coco, первый женский аромат, который сделал для Chanel ее штатный парфюмер Жак Польж, была выпущена в 1984 году и получилась идеальным контрапунктом ко всей имевшейся на тот момент шанелевской классике — торжественной и чуть отстраненной в своем совершенстве — № 5, № 19 и Cristalle. И только в 2001-м Польж решил выпустить первую вариацию на эту тему — Coco Mademoiselle, сделав ее искрящейся и легкой, как современные девушки вроде Киры Найтли, ставшей рекламным лицом этого аромата. И вот появляется Coco Noir, за которым стоит совсем другая история. Золото соборов, глубокий черный цвет ночной Лагуны и знаменитый розовый на картинах Тьеполо — аромат посвящен Венеции, одному из любимейших городов Шанель, связанных для нее с ее богемными друзьями: Сергеем Дягилевым, Мисей и Хосе-Марией Сертами, Игорем Стравинским.

Coco Noir не просто остался таким же теплым, как Сосо, но стал даже горячим — грейпфрут, бергамот и ваниль соединяются в ударный фруктово-гурманский аккорд, а пачули, сандал и белый мускус в шлейфе превращают эту энергию в ориентальную обволакивающую дымку. Так Coco Noir напоминает одновременно о вечных ценностях Chanel и обо всех коммерческих хитах последнего времени, от Allure до многочисленных фланкеров Chance. В продаже этот аромат появляется 15 августа, накануне 129-летия Коко Шанель, которое отмечается 19-го. И это вполне символично.

 expert_814_074-1.jpg

С 2012 года в истории заслуженной швейцарской мануфактуры Ulysse Nardin начался новый этап — здесь создали собственный базовый автоматический механизм UN-118. Принадлежащая Swatch Group фабрика ETA, производящая механизмы для всей швейцарской часовой промышленности, сокращает поставки, а потребность в них растет, поэтому собственные калибры становятся не просто конкурентным преимуществом, но насущной необходимостью.

В прошлом году умер выдающийся глава Ulysse Nardin Рольф Шнайдер, спасший в конце 1990-х марку от разорения и превративший ее в крупный интернациональный бренд. Он и его друг, знаменитый часовщик Людвиг Окслин, создали целый ряд шедевров — таких как Perpetual Ludvig (позднее GMT Perpetual), Freak, Sonata, Moonstruck, которые были полностью мануфактурными часами, но теперь речь идет не только об особенных, сложных моделях. Нынешний СЕО Патрик Хоффманн говорит, что с UN-118 компания сможет через год довести свое производство до 10 тыс. часов и открыть новые серии с собственными механизмами. Еще при Рольфе Шнайдере Ulysse Nardin вложила большие деньги в разработку кремниевых узлов — будущего часовой индустрии.

Механизм UN-118 основан именно на кремниевых спуске и пружине — в нем использована новейшая технология вытравливания кремния и нанесения на него алмазного покрытия Diamond Coated Silicon (DIAMonSIL). Глава инженерного подразделения новой мануфактуры Ulysse Nardin в Ла-Шо-де-Фон Пьер Гигакс, работавший над UN-118, так описал эту работу: «Нам потребовалось 12 лет работы и 18 миллионов франков инвестиций. Зато теперь у нас есть свой калибр и кремниевое производство Sigatec в Сьоне, и мы ни от кого не зависим».

В этом году в Базеле были представлены первые часы с UN-118 — Marine Chronometer Manufacture. Запас хода в них увеличен до 60 часов, диаметр корпуса — до 45 мм. Хронометр имеет два сертификата — официальный сертификат швейцарского института хронометрии COSC (Controle Officiel Suisse des Chronometres) и собственный сертификат Ulysse Nardin. Причем если COSC тестирует собственно механизм, который потом вставляется в корпус, то Ulysse Nardin — уже собранные часы. Marine Chronometer Manufacture представлен в трех разных дизайнах, и лучший из них — лимитированная серия в 350 штук из розового золота на кожаном ремешке с белым эмалевым циферблатом ручной работы. Эмаль в технике Grand Feu нанесена мастерами знаменитой компании DonzéCadrans, которую недавно купила группа компаний Ulysse Nardin. Описать новые часы можно одной формулой — simply the best.

 expert_814_075-1.jpg

Начала продаваться первая в мире полнокадровая черно-белая цифровая фотокамера Leica M Monochrom, чей слоган звучит так: «Будущее монохромной цифровой фотографии». Появление этой камеры замыкает историческую цепь, начавшуюся с легендарных пленочных черно-белых камер Leica. В M Monochrom использован датчик разрешением 18 Мп, не имеющий цветового фильтра Байера, поэтому в результате получаются фотографии с минимальным уровнем шума, высокой резкостью и широким динамическим диапазоном. Эта дальномерная камера рассчитана на объективы системы Leica M. Можно не сомневаться, что Leica M Monochrom тут же станет вожделенным предметом для хипстеров всего мира, хотя, учитывая ее цену (почти 8 тыс. долларов в комплекте с ПО Silver Efex 2 и Photoshop Lightroom), хипстерам о ней остается только мечтать. Но, думаем, ее полюбят и профессиональные фотографы — как, например, Марио Тестино, который на всех мероприятиях появляется со своей непременной «Лейкой».

 expert_814_075-3.jpg

У выдающегося бельгийца Дриса ван Нотена ясные, почти минималистские коллекции — как, например, нынешнее лето или прошлая зима — чередуются со сложносоставленными и навороченными, где смешаны принты и фактуры — как, например, позапрошлое лето и наступающая осень. И все поклонники марки Dries van Noten делятся на тех, кому ближе либо первый вариант, либо второй. Однако коллекция осень-зима–2012 вполне способна их объединить, потому что в ней Дрис ван Нотен соединил виртуозную работу с принтами и строгие, выдержанные силуэты. То, как он работает с принтами, это настоящий мастер-класс для всех современных дизайнеров, которые все последние сезоны штампуют их практически безостановочно. Одно дело бодро напечатать на своей ткани что-то веселое — и совсем другое пойти в V&A Museum, переснять узор со старых японских кимоно, скадрировать его и нанести на пальто или жакет жесткого мужского кроя. Или вышить золотом на грубой серой шерстяной фланели пролетающих от одного плеча к другому журавлей все с тех же кимоно. Это очень тонко, культурно и сложно — и при этом выглядит легко и изящно. Как написал после парижского показа Dries van Noten влиятельный американский фэшн-критик Тим Бланкс, это Антверпен золотого века, город, который был тогда, в XVII столетии, столицей мира, где восточная экзотика встречалась с близкой и понятной Европой. И Дрис ван Нотен, выросший и до сих пор живущий в этом городе, как никто умеет передать его магическое прошлое и индустриальное настоящее в мешковатых жесткого кроя жакетах и прямых пальто мужского стиля, на которых порхают японские птицы и драконы.

 expert_814_075-2.jpg

Коллекция Amore существует у столь любимой московскими девушками марки Pasquale Bruni не первый год, но ее серебряную часть, Amore Silver, Евгения, дочь основателя марки Паскуале, представила совсем недавно. Как и все вещи в этой коллекции, украшения Amore Silver обязательно содержат слово «любовь» на разных языках. Эти серебряные штучки, которые как раз в августе начинают продаваться в Москве, получились особенно легкие и изящные. В них нет той непременной цветущей декоративности, иногда избыточной, которая вообще свойственна итальянскому ювелирному стилю. Браслеты-цепочки с миниатюрными подвесками выглядят практически безупречным подарком всем женщинам — мамам, подругам, сестрам, дочерям и даже коллегам. Кроме всех этих очевидных достоинств у украшений Amore Silver есть еще одно — их цена, которая радует своей адекватностью.