Убийство по партийной линии

Марк Завадский
27 августа 2012, 00:00

В Китае вынесен приговор по одному из самых громких уголовных дел в новейшей истории страны, но политическая развязка драмы еще впереди

Фото: AP
Бо Силай и его жена Гу Кайлай увидятся теперь нескоро

Судебный процесс по делу Гу Кайлай — супруги бывшего партийного секретаря города Чунцина и бывшего члена Политбюро ЦК КПК Бо Силая — продолжался всего один день. Гу признала свою вину в умышленном убийстве британского гражданина Нила Хейвуда, и суд приговорил ее к смертной казни с двухлетней отсрочкой исполнения приговора. В китайской правоприменительной практике это, скорее всего, означает замену в будущем высшей меры наказания тюремным заключением, сначала пожизненным, а затем и просто на длительный срок. По оценкам китайских экспертов, Гу может выйти на свободу через 9–15 лет в зависимости от политической конъюнктуры и ее поведения в тюрьме.

Стремительное завершение самого громкого публичного скандала в китайской политической элите за последние годы не удовлетворило ни одну из заинтересованных сторон, за исключением самой Гу, назвавшей в официальном заявлении приговор справедливым. Родственники убитого англичанина, которых не пустили на процесс, заявили, что у них есть сомнения в объективности следствия. Китайские интернет-пользователи разделились на два яростно спорящих лагеря. Одни считают, что Гу вышла сухой из воды благодаря своему высокому положению: обычного китайца в ее ситуации расстреляли бы без всякой отсрочки. Другие видят в этом процессe заговор против ее мужа Бо Силая, который за последние пять лет превратился в одного из самых заметных китайских политиков.

Действительно, вне зависимости от справедливости обвинений в адрес супруги Бо Силая (на процессе, кстати, имя самого Бо ни разу не прозвучало, хотя он вряд мог не быть в курсе планов своей жены) эта история стала страшным ударом по позициям левых внутри КПК. И она же сделала из популярного политика героя левого сопротивления. «Раньше мы были просто группой ученых, но теперь у нас есть политический лидер, признаваемый людьми и внутри, и за пределами системы», — говорит один из левых интеллектуалов Пекина профессор Хань Дэцян. Показательно, что, несмотря на цензуру в интернете и за его пределами, дискуссия вокруг Бо в Китае продолжается и число его сторонников если и не множится, то уж точно не сокращается.

Детективная история

Что на самом деле происходило между Хейвудом, Гу, Бо и другими героями этой темной истории, мы, возможно, узнаем лишь через много лет. По версии следствия, Нил угрожал сыну звездной пары Бо — Гуагуа, который в настоящее время получает образование в Гарварде. В результате Гу Кайлай пришла в «сложное психологическое состояние» и решилась на крайние меры. Вместе с помощником она напоила Хейвуда, а затем отравила в гостиничном номере, выдав его смерть за алкогольное отравление. Четверо полицейских, помогавших в замалчивании преступления, уже приговорены к длительным срокам заключения.

Другие источники говорят, что Нил долгое время был поверенным четы Бо и помогал им переводить средства за границу, а также оплачивать обучение сына в Англии. Однако затем Нил запросил за свои услуги слишком высокую цену. Изначально Гу Кайлай попросила совершить убийство одного из ближайших соратников своего мужа — Ван Лицзюня, но тот в конце концов отказался, а затем тайно записал свои последующий разговоры с Гу на диктофон, видимо, опасаясь за свою безопасность. В феврале этого года Ван окончательно поссорился с Бо Силаем и попытался скрыться от своего могущественного босса на территории американского генерального консульства в соседнем с Чунцином городе Чэнду. План провалился, американцы Вана не приняли и фактически сдали его китайским спецслужбам (официально Ван «добровольно покинул территорию консульства»), которым Ван решил сознаться во всем.

Будущее в тумане

Примечательно, что самого Бо Силая какое-то время не трогали, ему даже разрешили приехать на сессию Всекитайского собрания народных представителей (его выступление вызвало небывалый ажиотаж в китайских и иностранных СМИ). Во время пресс-конференции Бо обрушился с нападками на Ван Лицзюня, признав, что «иногда опирался на недостойных людей». Но уже 15 марта Бо был отстранен от должности секретаря горкома Чунцина, а в начале апреля выведен из состава Политбюро. «Это стало шоком для Чунцина, мои бизнес-партнеры просто отключили телефоны на неделю», — рассказывает «Эксперту» один из американских бизнесменов, постоянно живущих в Гонконге.

К слову, Ван еще только ждет суда по обвинению в государственной измене и, скорее всего, получит не меньше десяти лет. Местоположение и будущее самого Бо Силая туманно — он находится в изоляции на неопределенный срок. «Скорее всего, в Пекине пока не решили, как с ним поступить: и слишком жесткое, и слишком мягкое решения чреваты внутриполитическими осложнениями, поэтому выдерживать паузу китайские власти могут еще довольно долго», — говорит профессор политологии Китайского университета Гонконга Джозеф Лим.

Нил Хейвуд запросил за свои услуги слишком высокую цену expert_816_046.jpg Фото: AP
Нил Хейвуд запросил за свои услуги слишком высокую цену
Фото: AP

В двух предыдущих случаях — с мэрами Пекина и Шанхая — с момента выпадения чиновников из публичного поля до суда над ними проходило от 28 до 36 месяцев. Но если до суда дело не дойдет, то история может завершиться и раньше, уже этой осенью, в преддверии XIX съезда КПК, на котором должно быть избрано новое руководство КНР. «Сейчас дело Бо, по-видимому, находится в ведении комиссии по дисциплине ЦК КПК, и если в Пекине решат ограничиться наказанием по партийной линии, то дело закроют еще до съезда, чтобы дать четкий сигнал его делегатам», — утверждает гонконгский эксперт по политике Китая Вилли Вонг Лап-По. Как бы то ни было, Бо Силай до сих пор не исключен из партии и не выведен из состава делегатов Всекитайского собрания народных представителей, что формально препятствует началу уголовного преследования.

Чунцинский эксперимент

Бо Силай стал во главе Чунцина (в китайской иерархии партийное начальство всегда выше обычного) в 2007 году, после весьма успешной карьеры на северо-востоке Китая и трехлетнего пребывания на посту министра торговли КНР. Внутри КПК Бо Силая относят к так называемой фракции принцев — детей известных в прошлом революционеров и партийных чиновников. Отец Бо Силая, Бо Ибо, участвовал в революционном движении с начала 1920-х годов, а в 1980-х и 1990-х был одним из ближайших соратников Дэн Сяопина.

Со стороны руководство провинциальным городом после столичной работы может показаться не самой почетной ссылкой, но Чунцин сложно назвать обычным китайским городом. «Китайские власти выбрали Чунцин локомотивом развития центральных и западных районов страны. Его пример должен был доказать, что “китайское экономическое чудо” возможно не только на юге и на востоке», — рассказывает китайский экономист Анди Ли. В 2010 году Чунцин был выведен из состава провинции Сычуань и официально стал одним из городов центрального подчинения — наряду с Пекином, Шанхаем, Гуанчжоу и Тяньцзинем. Иными словами, Бо Силая поставили на один из самых ответственных участков работы и на один из наиболее перспективных с точки зрения дальнейшего карьерного роста. В случае успеха Бо мог претендовать на самые высокие посты в китайской партийной иерархии.

И Бо Силай в глазах многих оправдал ожидания. Сначала его команда избавила город от организованной преступности, связанной с местными кланами. С 2009-го по 2011 год в Чунцине было арестовано около 6 тыс. человек — не только бандитов, но и бизнесменов и чиновников. Руководил чистками правая рука Бо Силая, уже упоминавшийся выше Ван Лицзюнь. Уголовные процессы в Чунцине стали одной из главных новостей того времени и обеспечили Бо Силаю общекитайскую известность.

Параллельно с борьбой с преступностью в городе проходили экономические реформы — Бо всячески завлекал иностранных инвесторов (только Ford выделил 600 млн долларов на создание сборочного производства), одновременно активно вкладывая государственные деньги в строительство инфраструктуры и жилья. С 2007-го по 2012 год темпы экономического роста в городе значительно опережали средние по стране.

Активная экономическая политика сопровождалась не менее яркой идеологической кампанией — в Чунцине был фактически реабилитирован культ Мао Цзэдуна и восстановлен ряд ритуалов и обычаев того времени. Чунцинских студентов призывали уезжать работать в деревню, на телевидении и радио проходили конкурсы красных песен. Перед 60-летней годовщиной основания КНР в 2009 году каждый житель Чунцина получил «красную эсэмэску» с цитатой из речей Великого Кормчего.

Левый уклон

У политики Бо Силая много поклонников и среди простых китайцев, и среди представителей образованного класса. Дикий капитализм, насажденный в КНР функционерами поколения Цзян Цзэминя, сменился строительством «гармоничного общества» под руководством Ху Цзиньтао. Маоистские эксперименты Бо Силая, подкрепленные впечатляющими экономическими результатами, как нельзя лучше ложились в эту новую модель и, главное, демонстрировали ее потенциал. Оказывается, продвинутый маоизм можно сочетать с бурными темпами экономического роста и привлекательностью для иностранных инвесторов. Для китайских левых это был бальзам на душу.

Сегодня левая фракция чувствует себя незаслуженно наказанной, сильнейший удар был нанесен, откуда и когда не ждали. И поверить в то, что Бо стал жертвой случайности, они просто не могут. На китайских левацких сайтах открыто обсуждают вероятность правого заговора против Бо Силая.

В такой ситуации слишком мягкое наказание сторонники Бо воспримут как знак его невиновности. Если же Бо Силая накажут чересчур жестко, это вызовет еще большее недовольство со стороны левых, среди которых немало влиятельных в Китае интеллектуалов и чиновников.

Гонконг