Как школьнику драться с отборной шпаной

1 октября 2012, 00:00

Редакционная статья

Дело Кудрина в надежных руках. Первый же бюджет, сверстанный после отставки министра-долгожителя, наверняка понравится Алексею Леонидовичу. Уже через три года мы будем иметь бездефицитный бюджет и станем одним из европейских лидеров по скорости и глубине «бюджетной консолидации». В переводе на русский — по жесткости и неумолимости кастрации всех жизненно важных расходов государства, за исключением военно-полицейских и неотложных социальных, включая сверхчувствительные пенсионные выплаты.

Впрочем, работники оборонно-промышленного комплекса вряд ли вздохнут с облегчением. Для них заготовлен изящный маневр — значительная часть закрепленных федеральных ассигнований переносится на 2016-й и последующие годы, то бишь за горизонт нынешнего бюджетного цикла, тогда как финансирование ближайших трех лет предполагается осуществлять за счет банковских кредитов. Притом что ни госгарантий под такие кредиты, ни субсидирования процентных ставок по ним, конечно же, не предусмотрено. За эти «подушки» сейчас активно ратует МЭР, но еще бабушка надвое сказала, будет ли маневр успешен.

Есть и другие примеры креативной бухгалтерии мастеров с Ильинки — например, решительный сброс на региональные бюджеты и источники страхового покрытия значительной части федеральных расходов на здравоохранение. Неизбежные следствия — дальнейшее сужение анклавов бесплатной медицины, особенно высокотехнологичной, а также резкое ухудшение положения медицинской науки, сконцентрированной в федеральных научных центрах.

Сокращаются — уже напрямую, без всяких экивоков и маневров, — государственные расходы на НИОКР. Не до модернизации, господа, на дворе преддверие кризиса. Ведущие державы мира, в частности США и Китай, считают государственные ассигнования на НИОКР и госинвестиции в инфраструктуру наилучшими антикризисными решениями — не только в конъюнктурном смысле, но и в части повышения эффективности хозяйства, а значит, и иммунитета к циклическим спадам.

Японские ЦБ и Минфин ввели за последние четыре года уже как минимум пять пакетов стимулирующих монетарных и фискальных мер. Пройдет семь-десять лет, и мы не узнаем эту страну. Визитными карточками японского экспорта станут уже не автомобили, тяжелая техника и станки, а продукция чистого сельского хозяйства, медицинские технологии, инфраструктурные проекты «под ключ» любой сложности.

Российский же Минфин знает лишь одну контрциклическую меру — сворачивание любых вложений в «завтра» страны. Плюс экстренное накопление бюджетных резервов, вкладываемых в условно безрисковые иностранные госбумаги. Правительство прилагает с переменным успехом усилия по максимальной утилизации нефтяниками попутного нефтяного газа. Между тем само с упорством, достойным лучшего применения, сжигает в факелах тупиковой финансовой политики сотни миллиардов рублей нашей общей нефтегазовой ренты.

И все же иного пути, кроме как найти взвешенный компромисс между задачами бюджетной и — шире — макроэкономической устойчивости и задачами развития и модернизации российского хозяйства, материальной и социальной инфраструктуры страны, нет. Реальные ценности, долгосрочные стратегические цели все же когда-нибудь получат приоритет.

Приблизить сей благословенный миг могла бы консолидированная жесткая позиция бизнес-сообщества, однако наше предпринимательское сословие, за редкими исключениями, пока предпочитает отмалчиваться, стиснув зубы, живя вопреки, а не заодно с решениями начальства, либо, устав от борьбы, избирает другие юрисдикции для расцвета своих талантов, семей и капиталов.

Кто обуздает и вразумит российский Минфин? Кто остановит эту вымороченную дурную бесконечность?

Записывайтесь в добровольцы.