Между пузырем и революцией

5 ноября 2012, 00:00
Григорий Выгон

Слово «сланцевый» в заголовках газет и журналов соседствует то со словом «революция», то со словом «пузырь». «Доминирующее мнение — что это хорошо организованная и хорошо финансируемая информационная кампания, сродни глобальному потеплению или биотопливу», — заявлял еще в июне 2010 года глава «Газпрома» Алексей Миллер. В прошлом году в США добыли около 200 млрд кубометров «нетрадиционного» газа. В то же время попытки организовать его добычу за пределами США так и не увенчались успехом: компания Exxon, возлагавшая большие надежды на Польшу, свернула работы по разведке сланцевого бассейна в этой стране. Во Франции и ряде других европейских стран введен мораторий на проведение работ, необходимых для добычи сланцевого газа.

По сравнению с традиционными ресурсами на поверхность можно извлечь существенно меньшую долю сланцевого газа и метана угольных пластов — 20–40%. В последние год-два извлекаемые запасы сланцевого газа в ведущих регионах пересматривались в меньшую сторону по сравнению с первоначальными оценками. Так, Польский геологический институт при поддержке Геологической службы США в нынешнем году оценил запасы сланцевого газа своей страны в 350–770 млрд кубометров, это на порядок меньше первоначальных оценок (5,3 трлн). По результатам исследований китайских геологов оценки извлекаемых запасов сланцевого газа были сокращены на 20%. В самих США были серьезно переоценены запасы крупнейшего сланцевого образования Марселус на северо-востоке страны, которые оказались впятеро меньше первоначальной оценки (11,4 млрд кубометров).

Противоречива и история пионера сланцевой добычи и крупнейшей специализированной компании отрасли Chesapeak Energy. Последние пять лет объемы добычи, ресурсы и выручка у нее росли быстро, как по линейке; в то же время в 2009 году она получила многомиллиардный убыток и под бременем колоссальных долгов была вынуждена пойти на массовую распродажу активов.

Чтобы понять, что же такое сланцевый газ — революция или пузырь, необходимо получить ответы на следующие вопросы. Смогут ли США и дальше расширять объемы его производства? Пойдет ли американский газ на экспорт, в каких направлениях и по каким ценам? И наконец, кто еще сможет добывать этот ценный ресурс? На все эти вопросы «Эксперту» отвечают сотрудники Энергетического центра бизнес-школы «Сколково» — директор центра Григорий Выгон и старший аналитик Мария Белова.

— Какова сейчас себестоимость добычи сланцевого газа? Существуют ли возможности ее уменьшения?

— Порядка 3,5–4,5 доллара за миллион британских тепловых единиц (это приблизительно соответствует 130–170 долларам за тысячу кубометров), но это на скважине. Эффективность добычи в последнее время повышалась: за счет эффекта масштаба, а также из-за того, что добытчики научились делать большее число гидроразрывов пласта — свыше 30 на одну скважину вместо 5–12 ранее.

Добыча «нетрадиционного» газа принципиально отличается от традиционного нефтегазового бизнеса. Основная задача — последовательно разбуривать новые площади, ведь ресурсы распределены относительно равномерно, сложных геологических моделей строить не надо. Такой бизнес напоминает конвейер, на первое место выходит производственная эффективность и скорость принятия решений.

Мария Белова expert_826_022-2.jpg
Мария Белова

— Превратятся ли США в ближайшие годы в экспортера природного газа? Куда и по какой цене пойдет этот продукт?

— Согласно заключенным контрактам, в 2015–2016 годах должны начаться первые экспортные поставки газа с терминала Sabine Pass в Мексиканском заливе (мощность — 27 миллиардов кубометров в год). Покупатели — British Gas, корейская Kogas, индийская GAIL и испанская Gas Natural Fenosa. Газ будет приобретаться на условиях FOB (то есть непосредственно на терминале), так что готовый продукт не обязательно пойдет в страны базирования компаний, его можно будет продать там, где на момент поставки будет лучшая цена.

США будут продавать газ на оба основных рынка — и в Азию, и в Европу. Приемлемый для американцев уровень цен — где-то 420 долларов на первом рынке и 300–330 долларов на втором, это несколько ниже сложившихся нынешних уровней. Нынешняя цена природного газа в США (130 долларов за тысячу кубометров) неравновесная; из-за дефицита экспортных мощностей в стране сформировался его переизбыток. Когда газ начнет уходить на экспорт, внутренние цены подрастут примерно до 150–170 долларов за тысячу кубометров, а может, и больше.

— Как вы оцениваете перспективы роста добычи сланцевого газа в США и распространение их опыта на другие страны мира?

— Добыча газа в США определенно будет расти, причем в основном за счет добычи «нетрадиционного» газа — сланцевого и газа плотных пород. С другими странами ситуация не столь очевидная. Китай предпринимает последовательные шаги по стимулированию разработки сланцевого газа: он был выделен в отдельный вид ресурса, а Государственный комитет по развитию и реформе разработал план добычи сланцевого газа, в соответствии с которым ежегодная добыча к 2015 году должна достичь 6,5 миллиарда кубометров, а к 2020-му — 50–60 миллиардов. Осенью 2012 года объявлен второй лицензионный тендер, право на участие в котором уже получили, помимо госкомпаний, крупные коммерческие нефтегазовые структуры из Китая, а также СП с контрольным пакетом у китайских партнеров. В то же время существуют и риски, основной из которых — низкая геологическая изученность. Имеющиеся данные в значительной степени основаны на допущениях, связанных с перенесением на китайскую почву данных о запасах североамериканских месторождений.

— Не подтверждает ли пример Chesapeake Energy недавние заявления «Газпрома» об экономической нецелесообразности добычи сланцевого газа даже в США?

— Chesapeake — пионер в добыче сланцевого газа, за ней все следят, но почему-то экстраполируют ее ситуацию на всю отрасль. Между тем компания особенная, почти весь извлекаемый ею «нетрадиционный» газ «сухой», то есть содержит лишь идущий на энергетические цели метан. У других компаний сектора куда выше доля «жирного» газа, в котором много этановых, пропановых, бутановых фракций и конденсата. Сжиженные углеводороды и конденсат продаются по высоким ценам и делают добычу газа рентабельной. Компания оказалась в сложной ситуации в 2008–2009 году, когда цены на газ в США упали до 80–100 долларов за тысячу кубометров, что ниже себестоимости добычи «сухого» сланцевого газа. Сейчас цены растут, в перспективе финансовое положение компании должно улучшиться.

— Насколько ключевые отечественные инвестпроекты — освоение Арктики, Ямала, Восточная газовая программа и другие — адекватны новым реалиям?

— Если американский газ будет продаваться в Европе по ценам менее 330 долларов за тысячу кубометров, что весьма вероятно, арктический газ вряд ли будет востребован. При этом начало крупномасштабной реализации Восточной программы мы считаем весьма своевременным решением. Если не запустить освоение Ковыкты и Чаянды сейчас, то мы упустим окно возможностей размером где-то в 40 миллиардов кубометров, которое в долгосрочной перспективе появится в Китае и Корее. Поставки центральноазиатского газа по трубам могут достигнуть 80 миллиардов кубометров, на подходе американский СПГ, проекты в Австралии, Восточной Африке — всем места не хватит. Вместе с тем ясно, что наш газ будет дорогим, а в случае строительства завода по сжижению — очень дорогим, вероятно, в районе 450–500 долларов за тысячу кубов. Глобализация рынка и ценовой арбитраж, действия новых игроков могут опустить цену в странах АТР ниже обозначенной планки. Наша страна берет на себя большие риски, начиная стройку и не дожидаясь твердых договоренностей о поставке газа, но стратегически они оправданны: когда ситуация на европейском рынке столь неопределенная, приходится искать новые возможности. В любом случае, чтобы остаться конкурентоспособным, «Газпрому» теперь придется работать с куда большей эффективностью.