Закрепление на занятых позициях

Алексей Кузнецов
12 ноября 2012, 00:00

В ходе минувшего экономического кризиса одни российские компании оптимизировали свои зарубежные активы, другие продолжили экспансию, воспользовавшись ситуацией на рынках. Однако для большего продвижения им необходима квалифицированная поддержка государства

Иллюстрация: Russian Look
Российские компании, активно инвестировавшие за рубежом накануне кризиса, прочно закрепились в списках 100 крупнейших по величине зарубежных активов

Мировой финансово-экономический кризис сильно повлиял на зарубежную инвестиционную активность российских компаний. Однако его влияние на формирующиеся российские транснациональные корпорации (ТНК) исключительно негативным назвать нельзя. Представители различных отраслей, да и отдельные компании схожей специализации выходят из кризиса разными темпами. А сохранение неблагоприятной экономической динамики в Европейском союзе, одном из важнейших регионов с точки зрения привлечения российских капиталовложений, создает для ряда устойчивых российских ТНК дополнительные возможности для приобретений. Таким образом, в результате глобального кризиса российская зарубежная экспансия не прекратилась, хотя ее напор заметно снизился. При этом происходят ощутимые сдвиги в отраслевой и географической структуре российских прямых иностранных инвестиций (ПИИ).

Недостатки официальной статистики

Определенную стабилизацию российских ПИИ на предкризисных позициях демонстрирует статистика Центрального банка Российской Федерации. Сегодня это наиболее авторитетный источник информации по отечественным прямым капиталовложениям. По данным ЦБ, на начало 2012 года накопленные российские инвестиции составили почти 362 млрд долларов против 366 млрд годом ранее и 370 млрд в конце 2007 года. Однако следует напомнить, что в конце 2008 года объем российских прямых инвестиций за рубежом упал до 206 млрд долларов. Однако шок от мирового кризиса не следует переоценивать: лишь немногие российские ТНК были вынуждены распродать основную часть своих заграничных активов. В значительной мере падение показателей накопленных сумм было связано с временным резким падением курсов акций ранее купленных российским бизнесом зарубежных дочерних фирм.

Показатели накопленных сумм не отражают в полной мере текущей инвестиционной динамики не только из-за переоценки рыночной стоимости ранее приобретенных или созданных с нуля активов. Ведь пока одни инвесторы распродают активы (по причине неэффективности приобретенных перед кризисом предприятий либо наличия серьезных проблем у самой российской компании-инвестора), другие россияне продолжают наращивать свое присутствие за рубежом.

Ежегодные новые капиталовложения за рубежом, регистрируемые банком, внушительны: 43,6 млрд долларов в 2009 году, 51,9 млрд — в 2010-м и рекордные за всю историю страны 67,2 млрд в 2011 году. Вместе с тем статистика Центробанка не позволяет точно оценить реальные направления прямых инвестиций из-за формально высокой доли в качестве получателей российского капитала Кипра, Виргинских островов и других офшоров и подобных юрисдикций. Ведь определенная часть российских прямых инвестиций через офшоры путешествует по кругу, возвращаясь затем на родину под видом иностранных капиталов. Часто имеет место даже не движение капитала, а регистрация кипрских, люксембургских и других зарубежных холдингов и обществ с ограниченной ответственностью в качестве собственников российских предприятий. При этом доля офшоров стабильна, хотя роль некоторых островов год от года меняется, что показывают данные Центробанка о текущих масштабах экспорта прямых инвестиций из России.

Однако, как показало прошлогоднее исследование ИМЭМО РАН, лишь 20–25% российских ПИИ псевдоиностранные, тогда как в остальных случаях офшоры используются в качестве перевалочных баз для вложения капитала в третьих странах. Особенно популярно использование Кипра, карибских офшоров, а также Великобритании, Нидерландов и даже Канады для регистрации подконтрольных российским ТНК фирм, владеющих активами в странах СНГ, а также Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ). Так, в начале октября 2012 года ИМЭМО РАН совместно с ЕАБР опубликовали первые итоги мониторинга взаимных инвестиций стран СНГ, основанного на ведении базы данных проектов с учетом их фактической локализации. Среди прочих выводов мониторинга можно отметить многократное занижение в статистике Центрального банка реальных масштабов российских ПИИ на постсоветском пространстве. Ведь формально статистика и России, и других стран СНГ числит вложения через офшоры как кипрские и тому подобные ПИИ. Достаточно привести лишь несколько примеров: уставный капитал дочерней структуры у Альфа-банка на Украине 577 млн долларов, но непосредственный инвестор — ABH Ukraine Ltd. — с Кипра, «ЛУКойл» вложил за 2007–2010 годы 236 млн долларов в производство поливинилхлорида в украинском Калуше, но через нидерландскую Lukoil Chemical B.V. и т. д.

Существует еще одна проблема официальной статистики, которая затрудняет анализ зарубежной активности отечественных ТНК. Как было выявлено автором этой статьи в ходе нескольких обследований российских компаний в рамках международной программы Колумбийского университета (Emerging Market Global Players), прямые капиталовложения примерно сотни фирм, которые можно с высокой долей основания отнести к ТНК, обеспечивают не более 40% зарегистрированных Центробанком накопленных российских инвестиций.

Дело в том, что даже за вычетом отмеченных выше путешествующих по кругу псевдоиностранных капиталовложений остается еще не менее трети объема российских ПИИ, которые, как выяснилось, представляют собой капиталовложения россиян в зарубежную недвижимость, в том числе на популярных европейских курортах для последующей сдачи в аренду, а также инвестиции различных фондов и других институциональных инвесторов, заметно отличающихся от «классических» ТНК.

Мы детально рассмотрим лишь российские транснациональные корпорации.

Они стали осмотрительнее

Российские компании, активно инвестировавшие за рубежом накануне кризиса, прочно закрепились в списках 100 крупнейших по величине зарубежных активов нефинансовых ТНК из развивающихся и постсоциалистических стран, которые ежегодно публикует ЮНКТАД в своих докладах о мировых инвестициях. Однако совокупные зарубежные активы, используемые в этих докладах, дают искаженное представление о прямых иностранных инвестициях, поскольку включают в себя также краткосрочные (оборотные) активы. Но пока общепризнанным в мире является именно такой подход как более простой для сбора информации по ТНК самых разных стран и отраслей. Правда, в случае многих российских металлургических компаний, напротив, приходится на основе географического распределения внеоборотных (долгосрочных) активов досчитывать показатель совокупных зарубежных активов, делая допущение об одинаковом соотношении долгосрочных и краткосрочных активов в России и за рубежом.

По итогам 2010 года в опубликованном минувшим летом перечне ЮНКТАД фигурируют 10 российских компаний. Большее представительство среди развивающихся стран было только у Гонконга (18 ТНК) и Тайваня (12). От Китая и Сингапура в этот список попали по девять компаний, от Индии и ЮАР — по восемь. Правда, ни одна из российских компаний не вошла в перечень 100 ведущих нефинансовых корпораций мира, все еще заметно уступая североамериканским, западноевропейским и японским ТНК. ЮНКТАД не включает в российскую десятку также «Газпром» и «Совкомфлот», подконтрольные государству, зато ошибочно дважды считает данные по МТС (как самостоятельной компании и части АФК «Система»).

По итогам 2011 года ситуация с зарубежными активами российских компаний, сложившаяся в год предыдущий, принципиально не изменилась. Крупнейшей российской ТНК уже многие годы остается «ЛУКойл», который характеризуется не только внушительными масштабами зарубежных активов, но и обширной географией заграничного присутствия. За пределами России компания добывает углеводороды в четырех странах, ведет геологоразведку или подготовку к добыче сырья в двенадцати, занимается нефтепереработкой в пяти странах (причем в Болгарии и на Украине к ней добавляется нефтехимия), а также реализует нефтепродукты через сети АЗС в 25 государствах.

В прошлом году «ЛУКойл» еще больше расширил свое территориальное присутствие, в том числе в Азии и Африке. Однако его постепенно нагоняет «Газпром». Отечественный гигант продолжает масштабные ПИИ в зарубежную газотранспортную инфраструктуру, а в 2011 году явно укрепилась тенденция усиления позиций «Газпрома» в зарубежной геологоразведке и добыче сырья.

Что касается металлургических компаний, то представители отечественной черной и цветной металлургии значительно сократили свои зарубежные активы в ходе глобального кризиса. Так, «Северсталь», одно время занимавшая третью позицию в списке ведущих российских нефинансовых ТНК, после распродажи большинства дочерних предприятий в Европе, а также некоторых в США и выделения в отдельную компанию золотодобывающего сегмента опустилась на седьмую строчку.

Впервые за много лет первую десятку отечественных ТНК покинул «Норильский никель». С другой стороны, некоторые металлургические компании неуклонно наращивают заграничное присутствие. Самый заметный рывок совершил НЛМК, консолидировав 100% компании SIF (Steel Investment & Finance). Заметно укрепил позиции после ввода турецкого комбината и ММК. В целом устойчиво, хотя и не безоблачно положение еще нескольких компаний российской черной металлургии — в десятку ведущих ТНК страны по-прежнему входят «Евраз», «Мечел» и ТМК. Заметную роль играет «Русал».

Важным событием 2011 года стало исчезновение из перечня российских ТНК телекоммуникационной компании «Вымпелком», это стало следствием, как ни парадоксально, усиления ее зарубежной экспансии. В результате сверхкрупной сделки с итальянским фондом Weather Investments «Вымпелком» объединился с Wind Telecom, получив доступ к рынкам мобильной связи не только Италии, но и Пакистана, Алжира, ряда других азиатских и африканских стран. В то же время российский акционер (входящий в группу «Альфа» холдинг «Алтимо») перестал быть ключевым владельцем компании, которая к тому же перенесла головную штаб-квартиру в Нидерланды.

Более того, в прошлом же году в ходе составления очередного рейтинга российских ТНК по международной программе Emerging Market Global Players представители «Вымпелкома» заявили, что компанию нельзя считать российской. По сути, известная телекоммуникационная компания стала иллюстрацией «ТНК-мигранта» — нового для России, но довольно распространенного за рубежом феномена. В частности, некоторые южноафриканские и индийские корпорации переместили центры принятия решений в Европу, там же получая основное финансирование для дальнейшего развития.

Наконец, стоит напомнить, что «Вымпелком» зарегистрирован за пределами России, однако, согласно современным традициям исследования национальной принадлежности ТНК, последний факт с учетом роста популярности офшоров не особо принципиален.

Еще одной новой тенденцией, проявившейся уже в нынешнем году, стало укрепление за рубежом российских банков, главным образом Сбербанка. На протяжении 2000-х годов по масштабам зарубежного присутствия лишь российские нефинансовые ТНК могли быть сопоставимы со своими конкурентами из развитых и ведущих развивающихся стран. В то же время основные российские банки, хотя и осуществляли прямые иностранные инвестиции, чаще всего ограничивались рынком СНГ либо использовали, как в случае ВТБ, советский задел, в значительной мере эксплуатируя политические и культурно-исторические связи наших стран, а не опираясь на собственную конкурентоспособность.

Настоящий прорыв российских банковских ПИИ произошел, когда ведущий банк России вышел за пределы СНГ. В 2006–2009 годах в полном соответствии с классическими моделями поэтапной интернационализации бизнеса Сбербанк обзавелся дочерними банками в странах с низкими информационными, языковыми и другими неэкономическими барьерами — сначала в Казахстане, потом на Украине и наконец в Белоруссии.

После неудачной попытки участия в покупке в ФРГ автомобильного концерна Opel Сбербанк вернулся на традиционную траекторию развития, выйдя на рынки Центральной и Восточной Европы. В сентябре 2011 года он заключил сделку в Австрии (закрытую в феврале нынешнего года), которая позволила ему закрепиться на банковских рынках Чехии, Словакии, Венгрии, Словении, Хорватии, Боснии и Герцеговины и Сербии. Меньше чем через год Сбербанк вышел на рынок Турции, причем сделка по приобретению DenizBank оказалась существенно больше, чем капиталовложения «Газпрома» в установление им полного контроля над «Белтрансгазом».

В целом, анализируя недавние крупные проекты российских ТНК по поглощению зарубежных фирм, можно сделать вывод о том, что отечественные инвесторы стали осмотрительнее. Они уже не так безоглядно наращивают зарубежное присутствие, как перед кризисом. Сорвавшиеся сделки, особенно если ставка делалась на заемные средства, иногда способствуют долгосрочной стабильности компаний. В качестве примера достаточно вспомнить попытку ММК приобрести в ноябре прошлого года более чем за 550 млн долларов австралийскую железорудную компанию Flinders Mines, никак не связанную технологически с российским или турецким бизнесом российской ТНК. Не случайно финансовые рынки позитивно встретили окончательный отказ ММК от сделки летом 2012 года.

Российские компании постепенно учатся использовать благоприятную для себя мировую конъюнктуру, перестав сорить деньгами и вытаскивая зарубежные компании из трудного финансового положения нередко в ущерб российскому бизнесу. Хорошим примером служит компания «Атомредметзолото», которая смогла после аварии на АЭС Фукусимы добиться 14-процентной скидки при покупке австралийской Mantra Resources, ведущей добычу сырья в Танзании.

По-видимому, кризис в зоне евро сыграл не последнюю роль и в том, что «Роснефть», ранее заметно отстававшая от «ЛУКойла» и «Газпрома» в наращивании прямых иностранных инвестиций в развитых странах, смогла установить контроль над четырьмя нефтеперерабатывающими заводами в Германии.

Помимо поглощений уже существующих компаний российские ТНК продолжают также развивать заграничные проекты с нуля. Например, в прошлом году «Газпром» запустил вторую очередь крупного подземного газохранилища Хайдах в Австрии, а «ЛУКойл» ввел в эксплуатацию опытную фотоэлектрическую станцию в болгарском Бургасе. С развитием проектов greenfield (новые предприятия), реализуемых в основном вторым эшелоном отечественных компаний, связана продолжающаяся географическая и отраслевая диверсификация российских прямых иностранных инвестиций.

Разнообразие от второго эшелона

В случае России во втором эшелоне ТНК нередко оказываются крупнейшие компании, которые лишь недавно начали интернационализацию своего бизнеса. Со временем они могут многократно увеличить внешние инвестиции, которые сегодня пока не превышают 100–500 млн долларов. Во второй эшелон входят также компании среднего размера, которые в силу отраслевой специфики и некоторых других факторов могут многие годы ограничиваться вложениям в зарубежные активы 30–50 млн долларов.

Небольшие ТНК интересны тем, что они применяют методы, нетипичные для ведущих российских инвесторов. Например, зарубежные прямые капиталовложения компании «Глория Джинс» достигли примерно 50 млн долларов, что ввело ее в клуб ста ведущих российских компаний-инвесторов. Причем в основном ПИИ компании связаны с реализацией проектов с нуля. В настоящее время «Глория Джинс» запустила около десятка швейных цехов на востоке Украины, руководствуясь классическим для западных ТНК мотивом экспорта капитала — снижением производственных, прежде всего трудовых, издержек.

Для большинства же ведущих российских ТНК важную роль играют совершенно другие мотивы для осуществления зарубежных инвестиций — от захвата рынков сбыта и доступа к технологиям до такого российского расчета, как повышение переговорной силы в отношениях с властью или «страхование» собственности.

Довольно распространена среди ТНК второго эшелона стратегия инвестиций brownfield. В отличие от инвестиций greenfield в данном случае инвестор приобретает существующее предприятие. Однако дальнейшие капиталовложения в его расширение и модернизацию многократно превосходят первоначальные инвестиции, что отличает их от классических слияний и поглощений.

Проекты инвестиций в существующие предприятия характерны и для крупнейших российских корпораций. Достаточно вспомнить инвестиции «ЛУКойла» в нефтепереработку на Украине, в Болгарии и Румынии. Однако такой тип ПИИ больше характерен для отраслей, выпускающих продукцию с высокой добавленной стоимостью, например для машиностроения и химической промышленности, а в географическом плане — для постсоциалистических стран, где приватизация нередко сопряжена с небольшими первоначальными платежами новых собственников. Именно в таких отраслях, причем преимущественно на постсоветском пространстве, доминируют российские ТНК второго эшелона, поскольку за пределами СНГ с их уровнем конкурентоспособности и недостаточным опытом зарубежной деятельности возможности для прямых инвестиций у них невелики. Иллюстрацией могут служить, в частности, производитель насосного оборудования группа ГМС и специализирующийся на выпуске полимерных труб «Полипластик».

В последнее время опять растут российские инвестиции в электроэнергетику. Группа Александра Бабакова и его партнеров по VS Energy активно включилась в очередной этап приватизации региональных электроэнергетических компаний на Украине. В апреле прошлого года в Грузии компания «Интер РАО ЕЭС» выкупила за 104 млн долларов Храми ГЭС-1 и ГЭС-2, находившиеся в управлении российского инвестора начиная с 2003 года. Параллельно эта компания вовлечена за рубежом в проекты в секторе возобновляемых источников энергии. Так, в июле 2011 года в Литве более чем за 25 млн долларов «Интер РАО ЕЭС» приобрела 51% акций ветрогенерирующей компании Vydmantal Wind Park.

Пока еще рано говорить, успешными ли окажутся названные приобретения. Однако российским инвесторам в случае долгосрочного участия придется осуществить значительные капвложения в развитие купленных фирм.

Отдельного упоминания заслуживают российские инвестиции в отраслях по оказанию нефинансовых услуг. В этой сфере требуются небольшие капиталовложения, поэтому здесь отмечается сравнительно высокая зарубежная активность российских компаний. В сфере информационных технологий — «Лаборатория Касперского», «Техносерв» и др., рекламы и СМИ — «Интерфакс», издательский дом «Аргументы и факты» и др.

Еще совсем не раскрыт потенциал интернационализации российских вузов, которые в настоящее время имеют почти 40 филиалов в странах СНГ.

Дальнейшее развитие российских ТНК второго эшелона будет определяться как внутренними процессами в России (прежде всего сдвигами в деловой среде, нацеленными на сокращение монополизации и коррупционного давления, особенно ощутимого для не слишком крупных фирм), так и внешними условиями интернационализации отечественной экономики. Пока сложившаяся в России политико-экономическая модель не способствует расцвету предпринимательской инициативы и активизации средних и малых фирм. Более того, российская политика поддержки зарубежной экспансии отечественных компаний имеет склонность к гигантомании. К тому же в последнее время среди крупнейших ТНК все более активно в деле слияний и поглощений за рубежом проявляют себя государственные компании. По причине участия государства в акционерном капитале они пользуются его поддержкой.

Между тем поддержка со стороны государства куда важнее для ТНК как раз второго эшелона. Из-за очень высоких политических рисков такие компании часто боятся работать в странах Азии, Африки и Латинской Америки, где у них есть объективные конкурентные преимущества. По-видимому, именно на этом направлении следовало бы сосредоточиться недавно созданному (после многих лет обсуждения) Агентству по страхованию экспортных кредитов и инвестиций при Внешэкономбанке.

Пока же основные усилия по поддержке компаний-инвесторов предпринимаются МИД России. Например, им оказывается дипломатическое содействие при инвестировании средств в машиностроение за рубежом и другие отрасли высоких технологий, где российские ТНК сталкиваются с серьезной конкурентной борьбой на рынках, уже поделенных ведущими западными корпорациями. Дипломатическое ведомство оказывает российскому бизнесу информационную и другую поддержку в тендерах на освоение месторождений полезных ископаемых, сооружение нефте- и газопроводов, объектов электроэнергетики.

Некоторые крупные ТНК поняли выгоды от координации своих усилий с действиями государства и регулярно информируют МИД о своих стратегических планах. Соглашения о сотрудничестве с МИД России заключили РСПП, Торгово-промышленная палата, «Деловая Россия», «ОПОРА России», Ассоциация российских банков, Союз нефтегазопромышленников России, Союз машиностроителей России, Московская международная бизнес-ассоциация, а также некоторые ведущие корпорации. В рамках президентской программы подготовки управленческих кадров начиная с 1997 года уже более 11 тыс. менеджеров прошли стажировку за рубежом.

Вместе с тем, как показало одно из наших исследований, многие фирмы по-прежнему действуют на свой страх и риск, часто слабо подготовившись к реализации зарубежного инвестиционного проекта, последующий провал которого может нанести существенный урон имиджу всей России как экспортера капитала. До сих пор компании очень мало обращаются за консультационными услугами в специализированные учреждения. Впрочем, профильные министерства и ведомства тоже не всегда могут оказать им грамотную информационную поддержку из-за того, что не сотрудничают полноценно с соответствующими научными и консалтинговыми организациями. При продвижении на внешние инвестиционные рынки негативно на наших компаниях отражается также их крайне низкая информационная прозрачность.

Экспансия отечественного капитала нуждается в квалифицированной поддержке, которая вовсе не сопряжена со значительными финансовыми расходами, что в наибольшей степени беспокоит противников государственной поддержки российского экспорта капитала, полагающих, что таким образом будет поощряться коррупция.

Использование различных мер поддержки прежде всего даст ощутимый эффект не столько даже для количественного наращивания присутствия отечественного бизнеса за рубежом, сколько для возрастания роли российских заграничных капиталовложений в трансформации отечественной экономики, ее перевода на инновационный путь развития. Не случайно многие авторитетные эксперты неоднократно высказывали мнение, что в условиях глобализации поддержание конкурентоспособности экономики страны немыслимо без наличия крупных национальных компаний — экспортеров капитала.

Таким образом, именно сейчас определяется дальнейшая траектория интернационализации российской экономики. Даже при отсутствии инновационных прорывов нефтегазовые и металлургические ТНК по-прежнему будут некоторое время наращивать свое присутствие в мире, а представители других отраслей — концентрировать свою зарубежную активность преимущественно в соседних странах. Однако при таком варианте развития событий Россия останется во втором десятке стран — экспортеров капитала, причем российские ПИИ будут все больше походить на легализованное бегство капитала. Желателен, безусловно, другой сценарий — когда компании обрабатывающей промышленности и сферы услуг будут с помощью экспорта ПИИ интегрироваться в глобальные цепочки создания добавленной стоимости, повышая конкурентоспособность своих российских предприятий. Большинство российских ТНК уже преодолели последствия мирового кризиса. Некоторые из них оптимизировали зарубежное присутствие, частично сократив свои заграничные активы. Другие продолжили расширять сети дочерних предприятий по всему миру. Однако при наличии ряда новых тенденций в мотивации и географических приоритетах российских ТНК пока в основном речь идет о закреплении российского бизнеса на предкризисных позициях без кардинальной смены характера интернационализации отечественной экономики.