Малийская лихорадка

Геворг Мирзаян
доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ
21 января 2013, 00:00

Франция и западноафриканские страны вмешались в гражданскую войну в Мали. Не столько ради защиты малийских властей, сколько ради недопущения победы исламистов

Фото: AP
Французские ВВС усиленно бомбят малийские города

Мали — одна из многих стран Африки, где бушует гражданская война. И одна из немногих, куда вводятся миротворческие войска. Наконец, по всей видимости, это единственная страна региона, незаконная интервенция в которую со стороны бывшей метрополии — Франции — получает задним числом одобрение всего состава Совета Безопасности ООН.

Причина подобной избирательности — в специфике одной из сторон конфликта и особенностях географического положения Мали. Против центрального правительства здесь сейчас воюют не представители враждебного клана, желающие перехватить рычаги власти и экономические активы страны, и не представители конфессионального или этнического меньшинства, стремящиеся отделиться и создать собственное государство. Подобная ситуация не вызвала бы опасений Запада — работающие в Африке американские и европейские компании просто договорились бы с новой властью. В Мали противники центральных властей — исламисты, в планах которых не только превратить Мали в исламскую республику с законами шариата, но и наладить «экспорт революции» во все страны региона от Алжира до Нигерии. А значит, не просто лишить иностранные компании золотых и урановых концессий в самой Мали, но поставить под удар их активы в других странах региона.

Совместная операция в Мали проходит достаточно успешно. Французы без устали бомбят позиции боевиков, захватывают города. В покинутых боевиками населенных пунктах находят сотни трупов исламистов. На помощь французским солдатам уже спешат воинские контингенты из соседних африканских государств, готовых взять на себя сухопутные (то есть чреватые самыми большими потерями среди личного состава) операции. Помочь не против и некоторые местные силы — в частности, те же сепаратисты-туареги, которые еще недавно выступали против центральных властей страны. «Мы знаем местность и людей. Мы будем здесь намного полезнее, чем западноафриканские войска», — заявил журналистам представитель Фронта за освобождение Азавада (Mouvement National pour la Libération de l’Azawad, MNLA) Муса аг Асарид. Война обещает быть достаточно затяжной, однако, несмотря на очевидную силу исламистов, они представляются обреченными.

Беженцы с пулеметами

Нынешний кризис в Мали — прямое следствие событий, произошедших в Ливии. Убийство Муаммара Каддафи разрушило весьма хрупкий баланс сил в Западной Африке и фактически обрекло регион на затяжной конфликт.

Несмотря на большие запасы природных ресурсов, многие страны региона живут весьма бедно. В частности, та же Мали. Располагая залежами золота (третье место во всей Африке), урана, фосфатов, бокситов, железной руды, марганца, олова и меди, а также потенциальными подземными резервуарами нефти и пресной воды, по размеру ВВП на душу населения Мали занимает 203-е место в мире. Даже на первом этапе гражданской войны почти половина 14-миллионного населения страны жила менее чем на 1,25 доллара в день. И сводить концы с концами Мали помогала не столько бывшая метрополия Франция (которая активно качала ресурсы из страны), а полковник Каддафи. Фактически он содержал малийскую армию, субсидировал малийский бюджет. А также усмирял самую беспокойную часть населения — туарегов, которые раньше регулярно восставали против центральных властей. С вождями проводилась политическая работа, а молодых и горячих жителей пустыни брали на службу в ливийскую армию (в частности, в отлично вооруженные Панафриканский легион и бригаду Хамиса). Конечно, это была не благотворительность — в ответ Каддафи получал политическую лояльность и подтверждение статуса панафриканского лидера.

После убийства полковника приток денег прекратился, и малийские власти вынуждены были не только серьезно сократить социальные расходы, но и фактически перевести армию на самообеспечение, что не добавляло ей ни боеспособности, ни любви со стороны местного населения. А еще в Мали из Ливии вернулись туареги. Они принесли с собой не только уважение к убитому Каддафи, но и тяжелое вооружение из ливийских правительственных арсеналов (технику, системы залпового огня и, вероятно, часть ПЗРК «Стрела», пропавших с ливийских складов). Среди вернувшихся были и кадровые офицеры ливийской армии, понимавшие, какая судьба их ждет в новой, демократической, Ливии. Получив столь серьезное подкрепление, туарегские сепаратисты из MNLA уже в середине января 2012 года стали захватывать северные города Мали. Не имевшие современного вооружения и боевого опыта, а также элементарного снабжения, регулярные войска терпели поражение за поражением. В результате туареги уже в марте контролировали почти треть территории страны, а общие потери 7-тысячной армии Мали (погибшие, пленные и дезертировавшие) составили, по некоторым сведениям, почти 1 тыс. человек. В стране росло недовольство, которым решили воспользоваться французы. В Париже давно были обеспокоены слишком тесным общением президента страны Амаду Тумани Туре с Китаем (особенно его планами продавать Пекину золото), а также слухами о причастности Туре к массовым похищениям французских граждан в стране. В итоге Елисейский дворец, по некоторым данным, 22 марта 2012 года инициировал в Мали военный переворот.

Казалось, что рядовая, по сути, смена режима в бывшей колонии французам удалась. Хунта быстро передала власть гражданским: обязанности президента стал исполнять председатель парламента Дионкунда Траоре, а захватившие север страны туареги заявили, что не будут вмешиваться во внутренние дела «соседнего государства». «Мы не ставим своей целью выходить за границы Азавада (самопровозглашенного государства туарегов, созданного в Северной Мали. — Эксперт”). Мы не хотим создавать проблемы правительству Мали и еще меньше — создавать проблемы южным районам», — говорилось в их заявлении. Кроме того, туареги согласились отдать французам концессии на разработку урановых месторождений в Азаваде. Однако проблема была в том, что уже через несколько месяцев территорию Азавада контролировали не они, а исламисты.

В плохие руки

На севере Мали против правительственных войск воевали не только туареги, но и местные исламисты, а также часть представителей «зеленого интернационала» из Ливии, которая после свержения Каддафи не отправилась в Сирию. Пока эти две силы совместно сражались против малийской армии, между собой они особо не конфликтовали. Однако после победы все изменилось. Если MNLA выступало за создание на севере Мали светского государства, то исламисты радели за халифат с законами шариата. 26 мая 2012 года туареги заключили официальное соглашение о перемирии с исламистами, однако уже через пару дней это соглашение было разорвано. В начавшейся междоусобной войне исламистам удалось одержать верх и потеснить MNLA, после чего они не только ввели шариат на севере (включая отрубание рук за кражу мотоцикла и побивание камнями молодых пар за секс до брака), но и — летом 2012 года — отправились покорять юг. Их действия оказались настолько успешными, что уже в сентябре официальное правительство Мали обратилось за помощью к ООН.

Возглавивший Мали Дионкунда Траоре готов принять любую помощь expert_03_064_2.jpg Фото: EPA
Возглавивший Мали Дионкунда Траоре готов принять любую помощь
Фото: EPA

Нельзя сказать, что попадание Мали (или даже северной ее части) под власть исламистов абсолютно не соответствовало интересам Запада и соседних с Мали государств. Прежде всего в Брюсселе и Вашингтоне были против перехода под контроль исламистов урановых рудников, а также путей транзита латиноамериканского кокаина (есть сведения, что ежегодно до 50–60 тонн этого порошка разгружается в западноафриканских портах и аэродромах, а затем через пустыню идет в Европу). «Вся Западная Африка превратилась в зону транзита. Нет никакой береговой охраны, нет серьезной системы радаров. Это места, которые никем не контролируются. Черная дыра», — возмущается Филипп Хейл, начальник отдела воздушного и берегового контроля бюро Африканского командования Вооруженных сил США (AFRICOM). Кроме того, в Париже хотели избежать распространения исламистской заразы на соседние африканские государства, где у Франции также есть серьезные экономические интересы. Наконец, Запад в принципе выступает против создания в Мали (да и в любой другой интересной ему стране третьего мира) исламского государства. Ведь опыт Афганистана и Сомали показал, что в отсутствие государственности и легитимных общенациональных институтов исламский проект с не нуждающимся в легитимизации шариатом может оказаться весьма успешным с точки зрения наведения порядка в обществе. И тем самым он фактически становится серьезным конкурентом для либерально-демократического проекта, который Запад хочет навязать бывшим колониям.

Именно Франция, в чьей сфере влияния и находится Мали, быстро начала сколачивать международную коалицию из соседних с Мали африканских государств — членов ЭКОВАС. Эти страны были сами заинтересованы в недопущении захвата исламистами власти в Мали. Ведь не исключено, что если север Мали или вся территория этой страны станет ядром «халифата», то исламистские настроения распространятся на Нигерию, Сенегал и другие приграничные страны. При этом, с точки зрения вербовки сторонников джихада, Мали — просто кладезь для исламистов. По уровню безработицы (30%) страна занимает 178-е место в мире, а по темпам рождаемости, как и по уровню фертильности, — 3-е место. Средний возраст жителей — 16,3 года.

В конце декабря Парижу удалось добиться резолюции Совета Безопасности, который выдал годовой мандат на проведение операции странами Западной Африки. Но западноафриканские государства были не готовы к такому развитию событий. Они вроде бы и говорили о том, что операция в Мали должна проходить без участия «бывших колониалистов», однако, по-видимому, не могли договориться о размере вклада в общее дело каждого участника. В итоге было решено, что операция силами чуть более 3 тыс. военнослужащих начнется лишь осенью 2013 года. Формально африканцы объясняли отсрочку процедурными вопросами. Дело в том, что, согласно правилам ЭКОВАС, с просьбой о помощи может обратиться только легитимно избранное правительство страны. И поскольку после произошедшего в Мали в прошлом году переворота полностью легитимного правительства там нет, сначала нужно было провести выборы.

Однако проволочки могли привести к тому, что к осени 2013 года спасать в Мали было бы просто некого. Продвижение исламистов на юг шло столь успешно, что к началу января они уже угрожали крупным портам на реке Нигер, захватив которые, они могли бы беспрепятственно плыть к столице.

Все приходится делать самим

В этой ситуации в Елисейском дворце принимают экстренное решение о начале 11 января операции «Серваль» — ввода французских войск в Мали. «Если бы мы не вышли на передовую, то Мали была бы оккупирована, и стало бы невозможно собрать эти африканские силы», — пояснил свое решение президент Франции Франсуа Олланд. Президент так торопился на передовую, что пошел на прямое нарушение французской конституции. По закону, для начала военных действий нужно было одобрение парламента, которое было получено лишь через три дня после начала кампании.

Пока операция проходит относительно успешно. Французская авиация нещадно бомбит занятые исламистами города, которые затем вычищаются силами Иностранного легиона и сохранившими минимальную боеспособность частями малийской армии. Париж также убедил страны региона поспешить с предоставлением собственных контингентов. «Председатель ЭКОВАС принял решение немедленно начать развертывание наземных сил для помощи армии Мали в защите территориальной целостности», — говорится в заявлении, выпущенном секретариатом президента Кот д’Ивуара Алассана Уаттары, который сейчас председательствует в ЭКОВАС. На момент подписания номера Нигерия и Гвинея уже перебросили в Мали контингенты из 600 человек, остальные обещают подтянуться в начале этой недели. Даже те страны региона, которые отказались помочь войсками, поддержали операцию. Так, Алжир закрыл границу с Мали, одновременно открыв свое воздушное пространство для французских самолетов, взлетающих с аэродромов Южной Франции.

Не было проблем у Олланда и в Совете Безопасности ООН. «В целом то, что делают французы… вписывается в резолюцию 2085 и соответствует международному праву, поскольку использование вооруженных сил было предпринято по просьбе правительства Мали, — заявил постоянный представитель России в Совбезе Виталий Чуркин. — Франция нас информировала о своих действиях, в этом плане претензий у нас нет». Судя по тому, что Совет Безопасности в итоге поддержал действия Франции, претензий не было и у Китая. В Пекине, конечно, недовольны смещением президента Амаду Тумани Туре, однако видеть исламистов у власти в Мали китайцы также не хотят.

Однако в долгосрочной перспективе операция в Мали вполне может обернуться серьезным внешнеполитическим провалом Франции. Так, исламисты уже перешли к тактике терактов и взятия заложников. Самый масштабный захват произошел в конце прошлой недели в Алжире, когда террористы напали на нефтяное месторождение возле границы с Ливией и захватили в плен около 150 человек (в том числе и иностранцев). Власти отказались от любых переговоров с террористами и начали штурм, в ходе которого были убиты 11 террористов и несколько десятков заложников. Исламисты обещают, что алжирским месторождением не ограничатся — они грозятся перенести войну в «сердце Франции», что сразу же вызвало повышение уровня террористической угрозы на территории Пятой республики. В Париже признают, что недооценили боевые возможности подразделений малийских исламистов. «Мы ожидали увидеть банду парней на фургонах с пистолетами, но на деле они оказались хорошо вооружены и хорошо обучены», — цитируют журналисты представителей французских властей. В свою очередь, боеспособность вспомогательных африканских частей в Париже не переоценивают — поэтому слова Олланда о том, что Франция в Мали задержится на неделю, а потом передаст руководство операцией членам ЭКОВАС, были быстро дезавуированы. Теперь речь идет о расширении французского контингента — пока с 750 до 2500 бойцов. «Цель в том, чтобы Мали восстановила своей суверенитет, свою территориальную целостность, чтобы боевики убрались оттуда, исчезли», — поясняет задачи операции министр обороны Франции Жан-Ив Ле Дриан.

Вряд ли цель будет достигнута за неделю или даже за месяц. При этом от действительно боеспособных армий — в частности, западных — помощи ждать не стоит. Британцы отделались двумя транспортными самолетами, некоторые европейские страны (в частности, Бельгия) выразили готовность прислать небольшие контингенты, которые при этом не будут участвовать в боевых действиях. Кроме того, Евросоюз согласился запустить миссию по обучению солдат малийской армии. Она будет проходить в течение 15 месяцев, и ее стоимость оценивается в 12 млн евро. Однако, учитывая крайне низкий уровень боеспособности малийских военных, вряд ли стоит рассчитывать, что эта программа окажет какую-то существенную поддержку «Сервалю». Американцы же от операции открестились. По словам официального представителя Государственного департамента Виктории Нуланд, США «не собираются поддерживать малийских военных до тех пор, пока в этой стране не будут восстановлены демократические процессы путем проведения выборов». Не исключено, что вся тяжесть операции ляжет на плечи Парижа. Выдержит ли он — большой вопрос.

Ирония ситуации, однако, в том, что, даже если Париж потерпит фиаско, исламистов к власти в Мали все равно не пустят. Те же США, Китай, Великобритания (которые сейчас отказывают Елисейскому дворцу в реальной поддержке миротворческой операции) не меньше, чем Франция, заинтересованы в стабильной добыче ресурсов на территории Западной Африки. И если Париж потерпит поражение, то экспедиционный корпус просто возглавит другая великая держава, которая заодно получит от Франции в наследство урановые и золотые концессии в Мали.