Деньги с историей

Ирина Осипова
3 июня 2013, 00:00

Коллекционирование монет и участие в аукционной борьбе были популярны в России еще в позапрошлом веке, но последние два десятка лет антикварный рынок заново отстраивает свою структуру

Фото: Виктор Зажигин
Генеральный директор аукционного дома «Монеты и медали» Игорь Лаврук

Аукционный дом «Монеты и медали» отмечает 20-летний юбилей. По меркам постсоветского антикварного рынка — возраст патриарха. О том, с чего лучше начинать собирать коллекцию, как изменились коллекционеры и чего не хватает российскому законодательству, «Эксперту» рассказал генеральный директор дома Игорь Лаврук.

 

Расскажите, как все начиналось.

— Весной 1993 года мы с коллегами в краеведческом музее «Кунцево» организовали нумизматическую лавку и начали торговать монетами. По сути это был первый в Москве специализированный нумизматический салон. До этого были открыты магазин «Нумизмат» на Таганке, но он торговал в основном современными российскими монетами, и аукционный дом «Гелос», но там не было нумизматического отдела. Так что в своем роде мы были первыми. Сначала мы просто принимали вещи на комиссию, а потом начали проводить аукционы. Первый прошел там же, в «Кунцево», потом мы какое-то время сотрудничали с «Гелосом» и c салоном «Екатерина». Но в итоге я понял, что нужно заниматься только аукционами, никакой розничной продажи.

Почему? Галерейная форма торговли отмирает?

— Преимущество аукциона очень простое: клиент получает каталог, а там мы ему уже все подробно расписали. И он принимает решение, нужна ли ему та или иная монета. Там есть подробное описание, обозначена редкость, степень сохранности, даны ссылки на другие каталоги. Все-таки нумизматика как математика, в ней нужно ставить галочки. У каждой монеты есть свой номер, и покупатель смотрит, есть уже у него эта позиция или нет. Если просто положить монету на стол, 90 процентов коллекционеров сразу не поймут, нужна ли она им. Сейчас у большинства людей нет времени досконально во всем разбираться. Это раньше, еще в советское время, да и в 1990-е годы, коллекционеры приходили в клуб нумизматов. Я сам туда приходил и помню: вот ты стоишь, перед тобой альбом, и тебе нужно принять решение о покупке. Нужна тебе эта монета или не нужна, фальшивая она или настоящая — во всем ты должен разобраться сам. А теперь за коллекционера все делают специалисты: проверяют подлинность, определяют ее значимость по каталогам. И пишут эстимейт, то есть ориентируют, сколько она стоит. Но это общая тенденция нашего времени не в нумизматике, а вообще в жизни — человеку все разжевывается, подается готовое. К тому же на аукционе большой выбор. У нас есть магазин, но туда попадает то, что остается непроданным на торгах. Теоретически хороший нумизматический салон с дорогими редкими вещами в Москве мог бы быть. Но на практике все самые ценные и редкие предметы идут на аукцион.

А в Европе такие салоны есть?

— Пожалуй, нет. Есть магазины, ориентированные на туристов, но это совершенно другой уровень. А все представительные фирмы обязательно проводят аукционы. Это востребованная форма. Кроме того, аукцион — это всегда азарт.

Каков объем нумизматического рынка в России?

— Десятки миллионов долларов. Наш годовой оборот — около десяти миллионов. И это в основном за счет аукционов. В магазине и через интернет покупают простые недорогие вещи.

Вы торгуете антикварными монетами через интернет?

— Да, и это тоже наша находка. Главная проблема с интернетом — доставка. Потому что по правилам почты пересылка драгметаллов запрещена, и на этом основании они отказываются пересылать монеты. Но в свое время я убедил курьерскую фирму СПСР внести изменения в правила, убрать из договора этот пункт, и благодаря этому мы уже почти десять лет продаем монеты по всей стране. Кроме них, никто больше за доставку не берется.

По какому принципу формируются нумизматические коллекции?

— Первые каталоги русских монет появились в середине XIX века и уже тогда содержали изображения и небольшие описания в помощь собирателям. К концу XIX века были уже не только каталоги, но и проводилось много регулярных нумизматических аукционов, и их каталоги тоже служили ориентирами. То есть существует очень много справочной литературы, а уж за последнее время ее выпущено и вовсе невероятное количество. Тех, кто собирает все подряд, мало. Основное деление временное — императорская Россия, то есть время с Петра Первого до Николая Второго, время до и после. До Петра Первого были так называемые чешуйки — мелкие монетки неровной формы. Делались они так: вилась серебряная проволока, потом она рубилась на кусочки, они плющились, и по ним били лицевое и оборотное изображение, часто не попадая, отчего изображение помещалось лишь частично. Внешне они не слишком презентабельные, но их тоже коллекционируют. Потом Петр провел денежную реформу, ввел деление от копейки до рубля, и появились монеты массового чекана — полтина 1702 года, потом рубли 1704 года, медные копейки и так далее.

Самые собираемые монеты — серебряные номиналом один рубль. В основном собирают XVIII век, потому что они самые красивые и на них есть портреты императоров. Потом, когда на престол взошел Павел Первый, наконец дождавшийся своей очереди, императорский профиль заменили вензелем. Дело в том, что новый вид монеты обязательно утверждался новым императором. Для Павла сделали пробные образцы, но они ему не понравились. И он мало того что забраковал образцы, но и приказал уничтожить штемпеля — как будто сам был нумизматом и понимал ценность пробных монет. Но на Монетном дворе штемпеля раскололи, но не уничтожили. И уже после смерти Павла были начеканены так называемые новоделы этим сломанным штемпелем. Оригинальных пробных монет с профилем Павла сегодня известно всего две, но и новоделы тоже очень редки. К портретам на монетах вернулись только при Александре Третьем.

Еще один принцип — обычно собирают либо серебряные, либо медные, либо золотые монеты. Серебро собирают больше всего — оно самое разнообразное и интересное. Самая простая тема — золото, самая сложная — медь. Золотые монеты почти не участвовали в обращении — все-таки это были слишком большие суммы, они лежали в сундуках и хорошо сохранились. К тому же у них реже менялся внешний вид, поскольку золото — металл мягкий, штемпеля не так быстро изнашивались и разновидностей золотых монет не много. С медными монетами все наоборот: они активно участвовали в обращении, были на руках у крестьян и прочего населения, разновидностей много, при этом из-за хождения по рукам мало монет в хорошей сохранности.

Каковы главные нумизматические раритеты, за которыми особенно охотятся коллекционеры?

— Прежде всего это Константиновский рубль. В 1825 году, когда умер Александр Первый, на престол должен был вступить Константин Павлович, и на Монетном дворе уже отчеканили пробные монеты, но тут стало известно о его отречении и провозглашении императором Николая Первого. Так что этих монет очень мало, в частных руках известны буквально одна-две. Последний раз на аукционе Константиновский рубль появлялся в начале 1990-х и стоил порядка ста тысяч долларов — по тем временам невероятная сумма. А сейчас, когда другие редкие монеты продаются на торгах по три миллиона долларов, он мог бы стоить и пять, и десять миллионов. Кроме того, каждый начинающий коллекционер мечтает о юбилейных монетах, которые выпускались во времена Российской империи, так же как и сейчас. Первой появилась в 1834 году памятная монета на открытие Александровской колонны в Санкт-Петербурге, с одной стороны у нее портрет Александра Первого, с другой — сама колонна. И таких монет существует десять-двенадцать видов: на открытие памятника на Бородинском поле, на коронацию Александра Третьего и Николая Второго. Это монеты не редкие, но популярные.

А если не гнаться за раритетами и начать собирать среднюю, но достойную коллекцию, что в ней должно быть?

— Лучше, чтобы это были монеты в отличной сохранности. Но начинающий коллекционер этого, как правило, не понимает, он хочет количества, а потом со временем начинает эти монеты продавать и менять на лучшие. Поэтому я всегда говорю: пусть монет будет не так много, но в хорошей сохранности. Эти вещи и радуют глаз, и более ликвидны при продаже.

Существует ли мода на какие-то темы в нумизматике?

— В последние годы стали активно собирать советские памятные медали. Их огромное количество, и стоят они недорого, поскольку выпускались большими тиражами. Простые медали стоят 500–1000 рублей. Редкими и дорогими считаются ранние советские медали 1930-х годов и пробные, которых, как это ни странно, при всей закрытости советских монетных дворов сохранилось довольно много. Стоят они 150–200, максимум 300 тысяч рублей.

А с точки зрения инвестиций что лучше всего покупать?

— В любой теме, повторюсь, важна идеальная сохранность. Такие монеты быстро растут в цене еще и потому, что понятны не только профессионалам. Если в редкости человек может не разбираться, то сохранность легко определяется по внешнему виду. Можно сказать, что сейчас недооценены медные монеты. После кризиса цены на них сильно упали, и это был удел ценителей. Купить медяк за 10 тысяч долларов не каждый инвестор отважится. Это перспективно, но в них надо разбираться, с ходу ими не займешься. Сейчас все больше заметно расслоение — лучше всего продаются шедевры и выгоднее покупать именно их, если есть такая возможность, но это как в любом антиквариате. А вот средний сегмент переживает не лучшие времена, и спрос в нем падает. Но в целом монеты — ликвидный материал. Когда-то, когда мы еще работали в «Гелосе», у нас была такая история. Одна пара коллекционеров покупала все виды антиквариата — живопись, ювелирные изделия, иконы, монеты. Когда им срочно понадобились деньги, они привезли и сдали на комиссию целую машину антиквариата. И быстрее всего продались монеты.

Какие у вас условия для продавцов и покупателей?

— Мы берем со сдатчиков 15 процентов, с покупателей 10 процентов. В Европе пропорция другая, там существенно большую сумму платит покупатель, но так исторически сложилось. Некоторые правила там прямо прописаны в законе об антиквариате. Нам его, конечно, сильно не хватает.

В чем именно не хватает?

— Нужны специальные условия ведения бизнеса — мы же не пивом торгуем, но при этом подчиняемся общим правилам торговли. На каждый предмет должен быть договор, номер. Это и нам морока, и лишняя зацепка для проверяющих. Сейчас есть идея ввести патент на антикварную торговлю. Возможно, сумма там будет большая, но фиксированная. И, конечно, должен быть решен вопрос вывоза (по нынешнему законодательству культурные ценности старше ста лет вывозу за пределы РФ не подлежат, на предметы старше пятидесяти лет должно быть оформлено разрешение Министерства культуры. — «Эксперт»). Никакие шедевры, если открыть границы, из России не утекут. Шедевры все равно останутся там, где за них больше платят, а платят больше здесь. Но свободный вывоз пошел бы на пользу имиджу страны в мире, дал бы толчок интересу к стране и ее истории. Когда двадцать лет назад мы только начинали, было много желающих покупать русские монеты по всему миру. Нам приходили факсы (тогда были еще в ходу факсы, а не электронная почта) от коллекционеров с Филиппин, из Японии, Бразилии, которые покупали монеты по всему миру и хотели покупать и у нас. И мы всем без конца объясняли правила. Ну покупали бы они елизаветинские пятаки, которые у нас стоят по 300 рублей и никому не нужны, а для них это свидетельство, что в России в XVIII веке жили люди и у них уже были деньги.

Подделки в нумизматике существуют?

— Это огромная проблема, и со временем она только уcугубляется, а качество подделок улучшается. Монеты дорожают, и если раньше были монеты, которые стоили так дешево, что не было смысла их подделывать, то сейчас уже они подорожали и смысл появился. Изготавливают подделки на заводах, разумеется тайно, но видно, что в промышленных масштабах.

И что спасает, какой-нибудь сложный химический анализ?

— Как правило, подделку видно визуально. Невозможно полностью повторить весь технологический процесс, особенно с монетами XVIII века — оборудование слишком сильно отличается. Современные подделки гораздо лучше, чем настоящие монеты того времени. Их пытаются искусственно старить, но есть ряд примет, по которым они выявляются. Поскольку это тиражные вещи, бывает видно, что на рынке появилось слишком много одинаковых монет. Часто подделывают не раритеты, а средний уровень, монеты, которых и так много на рынке. Например, екатерининские рубли, которые в средней сохранности стоят 30 тысяч рублей. Нам иногда говорят, что мы перестраховываемся. Бывает, что, даже уже когда сформирован и напечатан каталог, мы повторно все проверяем и снимаем лоты с аукциона, если есть хоть малейшие сомнения. Я всегда говорю, что в наших каталогах процент подделок гораздо ниже, чем в любой коллекции. Потому что в любой коллекции есть фальшаки.

Вы также занимаетесь фалеристикой. С нумизматикой это как-то пересекается?

— Фалеристика — совершенно отдельная тема. Там другой круг коллекционеров, другие подходы к экспертизе и собирательству. По русским орденам до сих пор не существует каталога, как по монетам, где было бы расписано, какой орден, когда награждали, сколько выдано экземпляров, с ценами и фотографиями. Их больше собирают не по темам, а по внешней красоте. Кроме того, средний уровень цен там выше в несколько раз. Например, за 30 тысяч рублей купить хороший орден невозможно, выбор медалей будет небольшим, а монеты — пожалуйста.