Говорите громче

24 июня 2013, 00:00

Редакционная статья

Рисунок: Константин Батынков

То, что жизнь требует ускоренного экономического роста, казалось бы, ясно всем. То, что основой устойчивого экономического роста должна стать реиндустриализация России, которая позволит наконец решить проблему зависимости российского бюджета от нефтяных денег и занятости населения, тоже, казалось бы, ясно, если не всем, то, по крайней мере, большинству активных экономических агентов. Мы в «Эксперте» слышим это в выступлениях и интервью участников наших мероприятий и форумов: конгресса «газелей», заседания Либеральной платформы, — видим по реакции их участников и читателей нашего журнала. Однако, к нашему удивлению и удивлению наших читателей, эти простые соображения не стали предметом теоретических дискуссий в том сообществе, которое задает тон нашей экономической политике.

Более того, когда тот или иной публицист или ученый-экономист из этого сообщества начинает говорить об экономических материях, то обычно это сводится к набору дежурных фраз или о постиндустриальном обществе, или о бюджетном правиле, или о том, что, скажем, причиной всех наших неудач в экономике являются слабые институты. И всем кажется, что они все в его речах понимают. Эти слова, фразы, понятия приобрели в нашем языке и в нашей жизни настолько устойчивый характер, что кажутся само собой разумеющимися и понятными без дополнительных разъяснений, как какому-нибудь язычнику кажутся понятными заклинания шаманов, мистический смысл которых состоит в самом факте их произнесения. И чем чаще их произносишь, тем сильнее мистический результат.

Такие будто бы не требующие разъяснений символы, теоретические представления, вербальные и визуальные образы называются мемами. Кто-то скажет, что «целью нашего развития является построение постиндустриального общества», — и все начинают согласно кивать головами. Не согласишься — и слывешь опасным для племени подрывателем устоев. Шаманы либерализма тебя проклянут. Мы решили разобраться с этими мемами, превратив их снова в обычные слова. А заодно определиться с их источником и источником тех, не побоимся сказать, экономических заблуждений, которые в течение последних двадцати лет определяют экономическую политику в нашей стране. Оказалось, что все те мемы, которыми мы здесь оперируем, имеют один источник — так называемый Вашингтонский консенсус, тот тип макроэкономической политики, который в конце XX века был рекомендован МВФ и Всемирным банком для применения в странах, испытывающих финансовый и экономический кризис. Именно потому, что это полноценная, внутренне логичная разработка, она так легко уживается в головах. Но ни один экономический агент России не может сказать, что он доволен результатами, которые дали и дают рецепты ВК на нашей территории.

Мы ничего не имеем против прекрасного города Вашингтона и никого не подозреваем в заговорах, но так был назван документ, легший в основу этой политики. Естественно, чиновники, сидевшие в самом Вашингтоне и осуществлявшие экономическую политику, никогда этим документом не руководствовались. Более того, Домини́к Стросс-Кан, одно время возглавлявший МВФ, еще в 2011 году сказал: «Вашингтонский консенсус, с его упрощенными экономическими идеями и рецептами, рухнул во время глобального экономического кризиса и остался позади». Но для России его рецепты были сомнительны с самого начала, потому что он был слишком примитивен для такой огромной, чрезвычайно разнообразной во всех отношениях и все еще развитой страны, как Россия. Однако, несмотря на плохие результаты применения ВК в России и всемирный отказ от этих рецептов, именно в России он оказался невиданно живуч — в экономических умах и кабинетах. И после кризиса 2008 года он опять возрождается.

Мы сделали простую вещь: напротив каждого расхожего тезиса ВК написали аргументы, почему этот тезис нельзя применять в условиях, когда стране надо быстро развиваться. Мы так легко и в то же время логично развенчали все тезисы, что можем свидетельствовать: неолиберальные мемы, которыми нас кормят некоторые экономисты, ничего не стоят. Мы призываем всех, кто способен говорить на языке глубокой экономической теории и с ее позиций анализировать нашу хозяйственную жизнь, просто говорить больше и громче.