Маг, родившийся не вовремя

Книги
Москва, 04.11.2013
«Эксперт» №44 (874)
Биография великого автора, заговорившего голосом мифа, который никогда не существовал

Прежде всего, это самая настоящая, с деталями и подробностями, биография Толкина. Прежде чем начинать рассуждать, зачем Толкин построил свой магический мир, у кого заимствовал мотивы, в чем видел задачу, надо очень хорошо знать материал. И книга отлично решает эту проблему.

Впрочем, это не просто биография великого автора, который начал новую эпоху литературы — а сделать переворот такого масштаба в нигилистичном ХХ веке непросто. Это еще и историко-культурологическое исследование, именно то, чего хочет настоящий толкиенист: чтобы детали биографии были озарены смыслом, соотнесены с тем, что было сделано, как и отчего.

Очень приятно, что культурологические истории вплетены в саму биографическую канву. Автор не излагает моделей и гипотез, он «просто» рассказывает о прочитанных Профессором книгах, об отношении к ним, о степени влияния тех или иных сюжетов в разные периоды жизни — и постепенно, без напряжения, из фактов, отзывов, интервью возникают ответы: что делал Профессор, почему и какой была его цель.

Пробираясь через длинный перечень авторов, которые могли бы, по идее, оказать влияние на Толкина, но были ему скорее неприятны и влияния не оказали, читатель подходит к главному вопросу: что же, собственно, делал Толкин? Ну конечно, он вовсе не стремился стать «родоначальником фэнтези», сделать успешную коммерческую книгу… А к чему он стремился?

В начале ХIХ века мир был потрясен удивительным и прекрасным событием, которое, как все действительно замечательные события, прошло мимо внимания большинства. Элиас Лённрот путешествовал по землям русской Карелии и собирал финские старинные народные песни. Это был древний эпос, собрание древних мифов, который можно сопоставить с «Эддой», «Песней о Нибелунгах» и «Беовульфом». Но этот древний эпос был открыт очень поздно, Лённрот любовно соединил отдельные сказания в цельное произведение — появилась финская «Калевала».

Толкин хотел сделать английской поэзии такой же подарок, какой Лённрот сумел сделать финской: собрать истинный героический эпос. Но на древнеанглийском этот пласт легенд был почти утрачен, и Толкин двинулся очень трудным путем: он не стал модернизировать эпос, не стал придумывать сентиментальные сказки, королей, ряженых в латы, принцесс в платьях из перьев — а решил сам проникнуть в дух древних времен и воссоздать древние английские сказания.

У Борхеса есть знаменитейшая новелла «Пьер Менар, автор “Дон Кихота”». В этой новелле обсуждается проблема авторства: ее герой, Менар, проникся духом Сервантеса так сильно и чисто, что смог самостоятельно написать одну главу великого романа, слово в слово, точно такую, как у Сервантеса. Конечно, как всегда у Борхеса, это и глубокая мысль, и яркая пародия, и парадокс. Но Толкин был очень серьезным человеком. Он самым решительным образом взялся именно за такую невозможную задачу.

Ничто не могло быть ему противней, чем некое переливание воды «по мотивам», детские сказочки про эльфов из пряничного домика, что летают весенними ночами на паутинках. Толкин стал пи

У партнеров

    «Эксперт»
    №44 (874) 4 ноября 2013
    Стратегия развития Дальнего Востока
    Содержание:
    Свободно конвертируемый округ

    Ставка на экспортную модель развития Дальнего Востока действительно может обеспечить быстрый рост его хозяйства. Но нельзя надеяться только на спрос из-за рубежа: это чревато усилением сырьевой специализации округа, а в перспективе — потерей суверенитета над территорией. Как минимум экономического

    Международный бизнес
    Потребление
    На улице Правды
    Реклама