Окрик Другого

Попробуйте воспринимать капитализм, как он есть

Славой Жижек, словенский философ, которого — в силу его невероятной межконтинентальной подвижности, с непрерывными университетскими курсами и публичными лекциями, — сегодня лучше определять как «философа планеты Земля». На данный момент Жижек автор 38 книг, хотя не исключено, что, пока этот номер «Эксперта» был в типографии, он выпустил еще парочку новых.

Славой Жижек — выдающийся автор, который умудряется столь виртуозно передать мысли бесконечных интеллектуальных персонажей, наводняющих его книги, что никогда (никогда!) не понятно, действительно ли так говорил Аристотель (Кант, Хайдеггер, Лакан, Деррида, Рансьер, Дэвид Линч, Терминатор, Дональд Дак и другие) или это лишь мнение самого Жижека об их мыслях, точнее, его представление о том, как могли бы (или должны были бы) эти мысли выглядеть.

Собственно, на этом рецензию можно было бы и закончить, добавив лишь, что «Щекотливый субъект» — единственная книга автора, где почти нет анекдотов и где цитаты почти соответствуют оригиналу, и уточнив, что эта книга обязательна к прочтению, настолько она хороша. Ведь Жижек — это всегда кипение, бурлеск и протуберанцы. Его невозможно подровнять секатором, превратив в аккуратный, компактный куст небольшой и содержательной рецензии. На провал обречена и нижеследующая попытка.

Почему все-таки «субъект»? Почему Жижек встает на защиту картезианского субъекта, против которого ополчились все: «постмодернистский деконструктивист (для которого картезианский субъект является дискурсивным вымыслом, эффектом децентрированных текстуальных механизмов) и хайдеггерианский сторонник мышления бытия (подчеркивающий необходимость «преодоления» горизонта современной субъективности, наивысшим воплощением которой служит нынешний разрушительный нигилизм); когнитивный ученый (пытающийся эмпирически доказать, что никакой уникальной сцены самости не существует, а есть только столпотворение соперничающих сил) и глубинный эколог (обвиняющий картезианский механицистский материализм в том, что он предоставил философское основание для безжалостной эксплуатации природы); критический (пост) марксист (настаивающий на том, что иллюзорная свобода буржуазного мыслящего субъекта укоренена в классовом делении) и феминистка (которая замечает, что якобы бесполое cogito — это на самом деле мужское патриархальное образование)». Всем знаком бородатый анекдот о сумасшедшем, который считал себя зернышком; после того как его наконец вылечили и отпустили домой, он сразу же вернулся в психушку, объяснив врачу причину своего страха: «Я встретил по дороге курицу и испугался, что она склюет меня!» В ответ на удивленное восклицание врача: «Так в чем теперь проблема?! Ты же знаешь, что ты не зернышко, а человек, которого курица склевать не может!» — сумасшедший сказал: «Да я-то знаю, что я больше не зернышко, но курица-то этого не знает...» Эта история, замечает Жижек, бессмысленная на уровне фактической реальности, где ты либо зернышко, либо нет, оказывается вполне осмысленной, если заменить «зернышко» некой ч

У партнеров

    «Эксперт»
    №1-2 (881) 23 декабря 2013
    Книжные тенденции
    Содержание:
    Эра неофитов

    Идейный кризис у читателей и писателей, а также новые технологии распространения и раскрутки книг принципиально изменили книжный рынок

    Реклама