Способ с интересом пережить зиму и узнать, как устроен мир

Георгий Любарский
23 декабря 2013, 00:00

В последние годы в России издается огромное количество качественной научно-популярной литературы. Вот книги, на которые обязательно стоит обратить внимание

Мы хотим знать, как устроен мир: для ориентации в нем, из любопытства, чтобы не было страшно, просто чтобы знать, чтобы использовать, для помощи в работе — по массе причин. Однако сил разобраться во всех науках самостоятельно нет ни у кого. И все мы, независимо от квалификации и образования, чтобы воспринять данные новых для себя областей знания, читаем популярные книги. У нас нет другого выхода: прочесть за год десятки тысяч книг на английском языке, а именно такими объемами измеряется наука, не в силах никто.

Значит, нас интересуют книги на русском за последние, скажем, пять лет. Что можно прочитать, какие самые лучшие, самые замечательные книги по всем областям знания опубликованы? Что нового появилось за пять лет в мире, о чем мы можем узнать, не затрачивая совсем уж чрезмерных трудов?

Но и на русском языке книг о науке — просто море. Их много, и к тому же они разного направления и качества. Как в этом всем ориентироваться? Мы же утонем, начнем выбирать наобум, пропустим самое интересное, озлимся… Что же делать?

Чтобы понимать, отчего доступная нам популярная литература выглядит именно так, а не иначе, прежде всего нужно понимать, какова современная наука. Она совсем не такая, как в прошлом веке, — очень сильно изменилась. Многие науки, привычные, имеющие свое место на фронте знаний человечества, — съежились, совсем незаметны теперь. А многие новые области, которые, кажется, должны лишь только начинаться, занимают огромный объем.

Давайте возьмем карту науки. Их много — можно в поисковике в интернете набрать «Карта науки» и посмотреть картинки. Эти карты создают разными методами, но обычно примерно так. Берут базы данных по научным публикациям — всем, какие только отражаются в этих базах, — и считают. То есть это карты по числу публикаций в научных журналах, что косвенно отражает важность той или иной области знания, число вовлеченных в нее людей, привлекаемые средства. Словом, то, что может быть подсчитано и измерено. А еще в одном смысле это показатель интереса. Человечество сейчас такое, что оно интересуется вот этими вопросами — и потому пожелало иметь вот такую науку.

Разбираться с детальным устройством этих карт можно очень долго, по мне, так это весьма увлекательное занятие. Но давайте составим самое общее представление о том, какова же современная наука.

Еще поколение назад было ясно: основа науки — это физика, наша мощная физика с опорой на замечательную математику, физика космологическая и ядерная, и от нее, от физики, исходит химия, и вот даже и биология начинает становиться количественной…

Так вот: все это истории прошлого века. Теперь все иначе. Центральная наука сейчас — медицина. Это огромная область знаний со многими десятками наук внутри. По «весу» сейчас медицина стоит столько же, сколько все прочие науки вместе взятые. На другом полюсе лежит физика с математикой и химией — они «весят» много меньше. Между медициной и физикой вставлена биология. Основная масса современных биологических наук просто встроена в медицину, связана с медицинскими науками наиболее тесно. Науки, входящие в «классическую» биологию, — это такой передаточный механизм, который помогает понять смысл молекулярных процессов.

Джаред Даймонд... 069_expert_01_1.jpg Фото: EPA
Джаред Даймонд...
Фото: EPA

К этой основной силовой линии, мощной связи «физикохимии» с медициной через посредство биологии, прилежат некоторые боковые веточки. Кроме здоровья человечество интересуется управлением собой. Тут важнейшая область — нейронауки, привязанные к медицине и связанные с психологией и социологией. От них идут связи к экономике и социологии, ну и к политическим наукам. Тут ясно: мы хотим управлять собой, чтобы жить счастливо, не болеть, побольше зарабатывать и быть окруженными друзьями, которые нам нравятся. Чтобы этого достичь, вкладывают средства в изучение психики, поведения, поведения в обществе, а также в «машинный интеллект», иначе говоря, в социальные сети и смартфоны, в область компьютерных наук, связанных в техническом отношении опять-таки с физикой, а в смысле значимости — с нейронауками и управлением поведением.

Это устройство науки объясняет блеск и нищету нашей популярной литературы. Она замечательная, ее очень много, ее не перечитать, и она рассказывает об очень небольших участках науки и окружающего мира — о том, что больше всего интересно человечеству. На бронзовых статуях — помните? — блестят те фрагменты, которые чаще всего трогают прохожие. Сияющие участки статуй на фоне темного их тела — именно так отображается тело науки в нашей популярной литературе.

Устройство Вселенной

Итак, вслед за устройством современной науки одна из крупных групп замечательных популярных книг — о физике. Но физика — это большая группа наук, там есть масса всего. Элементарные частицы и устройство твердого тела, термодинамика и электромагнетизм, оптика и ядерная физика… Увы, о многих физических науках составить представление не удастся — либо учебники читать, либо никак. Они не представлены в популярном поле. Но звездных книг все равно много. О чем пишут? Об устройстве Вселенной, как это представляется с современной точки зрения. О Большом взрыве, о теории струн, об измерениях пространства, о вероятности и невероятности в нашем мире. Вот самые знаменитые книги последних пяти лет:

Хокинг С. Теория всего. 2009.

Хокинг С. Краткая история Вселенной. 2010.

Хокинг С., Млодинов Л. Высший замысел. 2012.

Млодинов Л. (Не)совершенная случайность: Как случай управляет нашей жизнью. 2010.

Млодинов Л. Евклидово окно: История геометрии от параллельных прямых до гиперпространств. 2013.

Каку М. Физика невозможного. 2011.

Пенроуз Р. Циклы времени: Новый взгляд на эволюцию Вселенной. 2013.

Вайнберг С. Мечты об окончательной теории. 2009.

Вайнберг С. Космология = Cosmology. 2013.

Это преимущественно работы о двух-трех науках физического круга — физике элементарных частиц и физике струн. По теме это вопросы эволюции Вселенной, истинного ее строения, скрытого от нас завесой явлений, если угодно — нашим размером. Мы такие, какие есть, — а за границами наших масштабов, в областях сверхогромных и сверхмалых расстояний, происходит нечто совсем для нас непредставимое.

Человек и эволюция

А каков другой полюс в популярной литературе? Книги о медицине не входят в число популярных книг о науке. Видимо, это иной жанр — не «хочу все знать», а «как мне это вылечить». И потому другая огромная группа замечательных книг — по биологии, по новой биологии: молекулярной, практически значимой, создающей новые лекарства, читающей гены. И, конечно, об эволюции человека — ну и об общей теории эволюции тоже. Вот самые знаменитые книги последних пяти лет:

Марков А. Рождение сложности. 2010.

Марков А. Эволюция человека. 2011.

Докинз Р. Расширенный фенотип: Длинная рука гена. 2010.

Докинз Р. Самое грандиозное шоу на Земле: Доказательства эволюции. 2012.

Веннер А., Уэллс Н. Анатомия научного противостояния: Есть ли язык у пчел? 2011.

Панов Е. Парадокс непрерывности: Языковой Рубикон. О непроходимой пропасти между сигнальными системами животных и языком человека. 2012.

Циммер К. Паразиты: Тайный мир. 2011.

Циммер К. Эволюция: Триумф идеи. 2012.

Циммер К. Микрокосм: E. coli и новая наука о жизни. 2013.

Сакс Дж. Микробы хорошие и плохие. 2013.

Леруа А. Мутанты: О генетической изменчивости и человеческом теле. 2010.

Ридли М. Секс и эволюция человеческой природы. 2011.

Ридли М. Происхождение альтруизма и добродетели: От инстинктов к сотрудничеству. 2013.

Рэнгем Р. Зажечь огонь: Как кулинария сделала нас людьми. 2012.

Мукерджи C. Царь всех болезней: Биография рака. 2013.

Зубов А. Становление и первоначальное расселение рода Homo. 2011.

Вишняцкий Л. Неандертальцы: история несостоявшегося человечества. 2010.

Посмотрите, здесь все книги — просто замечательные. Авторы совершили невозможное, поместив огромный фактический материал и очень непростые теории в яркую, доходчивую оболочку. Это интересно читать — и в результате действительно обращаешься не к выдумкам журналистов, а к тому, что думают ученые.

Биология — огромная область, в ней сотни самых разных научных дисциплин. Большинство из них совершенно неизвестны читателю. Чему посвящены популярные книги? Новая генетика — а в последние пару десятков лет генетика пережила несколько научных революций и совершенно изменилась — позволяет высказать новые идеи об эволюции человека, о множестве аспектов человеческого поведения. В биологию хлынул чудовищный вал новых фактов. Молекулярная биология задыхается, узнавая непредставимо огромное количество новых фактических сведений — осмыслять их успевают далеко не полностью. Идеи, которыми живут представления об эволюции, в общем, прежние, но они подкреплены совершенно новым фактическим материалом и получают совсем новую оболочку, новые варианты развития.

...Стивен Хокинг... 069_expert_01_2.jpg Фото: Reuters
...Стивен Хокинг...
Фото: Reuters

Не все перечисленные книги играют одну и ту же мелодию. Например, книга А. Веннера и Н. Уэллса и книга Е. Панова — несколько разные по материалу, это книги дискуссионные, выросшие в полемике против господствующих взглядов. Тем они и интересны: у читателя есть возможность посмотреть на жестокие споры внутри науки. Всех деталей, конечно, не уловить, но многое понять можно.

Книга Л. Вишняцкого — это современное популярное изложение данных антропологии, области сложной, поскольку из обычных источников о ней представление составить невозможно — слишком засорены каналы информации слухами и ложью. Эта книга позволяет понять, что известно на самом деле.

Книги Дж. Сакс и С. Мукерджи ближе к медицине, они увлекательно рассказывают о потрясающих переменах, которые испытывает наш общий взгляд на мир. Биология с вступлением в молекулярную эру вошла в мир бактерий и вирусов, там теперь происходят самые яркие открытия, а мир многоклеточных организмов все больше становится некоторым «придатком» в великом царстве элементарных живых существ.

Это книги по генетике, эволюционной биологии, молекулярным областям и вирусологии, бактериологии. Но множество классических областей биологии не попало в фокус внимания — кто сейчас интересуется новостями бриологии или следит за свершениями сравнительной анатомии? Как и в физике, в биологии множество наук, не избалованных вниманием, они на заднем плане, все внимание достается тем, кто в первых рядах: молекулярным эволюционистам, которые, с одной стороны, дают количественные данные, а с другой — могут помочь медицине.

Усилием мозга

Одна связь полюса физики с полюсом биологии—медицины проходит через классическую биологию, а другая — через новую большую группу наук, нейронауки. Прежняя «гуманитарная» психология занимает все меньше места, наука о поведении стала совсем иной — это наука о нервных центрах, лекарственных средствах, медиаторах, гормонах, инстинктах. Это теперь такая наука, которая имеет в руках рукоятки: человеческое поведение можно сдвигать, можно им управлять, правда, пока весьма в ограниченных пределах, но это уже не шаманство, а измеримые знания. О той механической подкладке поведения, которая и позволяет им управлять, — о генных механизмах, определяющих поведение, механизмах нейронных и неврологических, инстинктивных, — написаны очень интересные книги.

Сакс О. Антрополог на Марсе. 2009.

Сакс О. Человек, который принял жену за шляпу. 2010.

Фрит К. Мозг и душа: Как нервная деятельность формирует наш внутренний мир. 2010.

Пенроуз Р. Новый ум короля: О компьютерах, мышлении и законах физики. 2011.

Свааб Д. Мы — это наш мозг: От матки до Альцгеймера. 2013.

Дойдж Н. Пластичность мозга. 2011.

Рамачандран В. Мозг рассказывает: Что делает нас людьми. 2012.

Кандел Э. В поисках памяти. 2012.

Книги потрясающе интересные — бестселлеры Оливера Сакса и других авторов всемирно знамениты. Эти исследования тесно связаны с компьютерными науками, где изучают взаимодействие мозга и компьютера. Уже можно управлять роботом «усилием мозга» — компьютер считывает мозговые волны, а программа умеет в соответствии с этими командами менять поведение робота. Есть надежда не только управлять гаджетами легко и «мыслями», но и управлять собой, например успокоиться, если раздражен, или сосредоточиться.

Управление и деньги

Компьютерные науки сильнейшим образом связаны с математикой и физикой, что понятно, с нейронауками — и с гуманитарными областями. Человек хочет управлять не только собой, но и большими массами людей. Связь компьютерных наук с социологическими и политологическими дисциплинами проходит через статистику. Поведение одного человека предсказать трудно, зато поведение больших масс строго детерминировано. Благодаря компьютерам, интернету и лично «Гуглу» стало возможно обрабатывать количественно миллиарды строк в базах данных: поисковые запросы, данные медицинской статистики, данные о транспортных перевозках. А значит, появилась возможность предсказывать, как меняется поведение больших масс людей, то есть учитывать это в ценах, нагрузках, ожиданиях.

Майер-Шенбергер В., Кукьер К. Большие данные: Революция, которая изменит то, как мы живем, работаем и мыслим. 2013.

...и Роджер Пенроуз — пожалуй, наиболее издаваемые в России популяризаторы науки 069_expert_01_3.jpg Фото: East News
...и Роджер Пенроуз — пожалуй, наиболее издаваемые в России популяризаторы науки
Фото: East News

Этот интерес к большим числам, статистике и предсказанию поведения масс связан с новыми количественными «гуманитарными» дисциплинами. Количественный аспект появился у экономики, теперь это не обязательно рассуждения о поведении рационального потребителя, это модели, проверяемые на больших массивах данных, уточняемые и используемые очень практично и вполне конкретно. Не всегда пока безошибочно, но это — работает. И потому появляются новые книги, описывающие экономическую реальность: книги о деньгах и вероятностях, о нашем поведении и психологии. Сейчас мы застаем скорее реакцию на неоправданные ожидания и кавалерийские атаки — открываются «неклассические» стороны экономики, скрытые аспекты поведения людей.

История старая и новая

Помимо общественных наук, к которым интерес прагматический — чтобы предсказали революцию, экономический кризис, помогли купить дом и авиабилет, человечество интересуется и своей историей. Однако и этот традиционный интерес тоже изменился. Конечно, можно найти и книги «старого» образца, переиздания замечательных классиков прошлого столетия.

Ле Гофф Ж. Герои и чудеса Средних веков. 2011.

Ле Гофф Ж. Рождение чистилища. 2011.

Гуревич А. Индивид и социум на средневековом Западе. 2009.

Меннигер К. История цифр. Числа, символы, слова. 2011.

Однако появляется «новая» история. Привычные яркие описания битв и империй во множестве можно найти в книжном магазине, но популярность завоевывают работы совершенно нового стандарта. Историю стало интересно расшифровывать как процесс, детерминированный естественными науками. Один очень популярный взгляд: историю определяет по большому счету развитие технологий. Вслед за технологиями меняется богатство народов и — самый интересный параметр — благополучие отдельного человека. Значит, отслеживая историю технологий, мы смотрим на поток причин, определяющих историю. В одних книгах самые первые этапы развития технологий связывают в большей степени с ботаникой и географией — важен набор потенциально съедобных растений, которые можно одомашнить, или территория, где развивается цивилизация: прибрежная полоса, горы, одинокий остров в океане. А другие замечательные истории об историях — это, скажем, история с точки зрения химии. Как состав химических веществ в тех или иных продуктах человека повлиял на знаменитые исторические события?

Даймонд Дж. Ружья, микробы и сталь: Судьбы человеческих обществ. 2010.

Даймонд Дж. Коллапс: Почему одни общества выживают, а другие умирают. 2011.

Даймонд Дж. Почему нам так нравится секс. 2013.

Даймонд. Дж. Третий шимпанзе. 2013.

Берресон Дж, Лекутер П. Пуговицы Наполеона: семнадцать молекул, которые изменили мир. 2013.

И даже классическая история одевается сейчас в количественные одежды и основана на статистической обработке больших массивов данных.

Миронов Б. Историческая социология России. 2009.

Миронов Б. Благосостояние населения и революции в имперской России: XVIII — начало XX века. 2012.

Мировое дерево

А где же у нас гуманитарные науки? В некоторых областях гуманитарного знания удалось разработать количественный подход. Например, лингвистика местами математизирована ничуть не меньше, чем экономика, и встроена этой своей частью в комплекс компьютерных наук — работает над распознаванием речи, проблемами перевода и проч. А «классические» гуманитарные науки выглядят на карте науки как некий довесок к общественным наукам. Социолог или экономист, живущий тем интересом, который проявляют люди к управлению своим поведением, заинтересован в знании разных аспектов гуманитарных наук. То это требуется для понимания социокультурной динамики, то еще какая надобность возникнет. Но в основном, конечно, эти науки живут просто потому, что они интересны. Есть такое выражение «друг своих друзей». Так и эти науки: они интересны тем, кому интересны. Стоит отметить, что в этой сфере начиная с 90-х годов прошлого века пошел мощный поток переводов — к нам хлынули данные десятков наук глубиной в век. Но сегодня эта волна во многом иссякла, так что теперь доля первосортных незнакомых работ меньше и появляются работы отечественных гуманитариев.

Гаспаров М. Филология как нравственность. 2012.

Плунгян В. Почему языки такие разные. 2010.

Гаспаров Б. Борис Пастернак: по ту сторону поэтики (Философия. Музыка. Быт). 2013.

Топоров В. Мировое дерево: Универсальные знаковые комплексы. 2010.

Зализняк А. Из заметок о любительской лингвистике. 2010.

Крусанов А. Русский авангард. 1907–1932. Исторический обзор. В 3 т. Т. 1–2. 2010–2013.

Новые количественные дисциплины создают свои отражения в зеркале гуманитарных знаний. Антропология может дать интереснейший ряд фактов, чтобы обратиться к заветной проблеме происхождения языка, компьютерные науки могут позволить по-новому взглянуть на язык и мышление — и конечно, такие попытки крайне захватывающие.

Бурлак С. Происхождение языка: Факты, исследования, гипотезы. 2011.

Пинкер С. Субстанция мышления: язык как окно в человеческую природу. 2013.

Наконец, в этой кажущейся такой бесполезной гуманитарной области рождаются исследования, связанные с самым нашим практическим интересом — с интересом к собственной жизни. Конечно, таблетки для счастья и новый смартфон — это очень хорошо, так что физика и биология обеспечены работой — в тех областях, где они к этим чудесам имеют какое-то отношение. Но ведь помимо этого есть масса других вполне практических проблем. Наши дети учатся в школе — а там, как известно, ужасное образование. А как надо лучше? Мы живем в городах, задыхаемся в пробках — но, говорят, есть города, где уровень проблем ниже. А как надо строить города и как следует в них жить? Дети потом поступают в университет — а что там у нас с высшим образованием? А как наука — она же, кажется, должна обеспечивать нам все это благополучие — как там с наукой, все ли в порядке? Эти вопросы тоже нас интересуют, и потому есть знаменитые, чудесные, замечательные «гуманитарные» книги, посвященные истории вполне практических вопросов.

Грэм П. Америка за школьной партой. 2011.

Джекобс Дж. Смерть и жизнь больших американских городов. 2011.

Андреев А. Российские университеты XVIII — первой половины XIX века в контексте университетской истории Европы. 2009.

Шноль С. Герои, злодеи, конформисты отечественной науки. 2010.

Замечательных популярных книг о разных науках очень много. Некоторые даже пессимистически замечают, что это похоже на обильное цветение перед смертью. Однако оставим страхи; мы пока живы, у нас есть множество хороших книг, а вскоре выйдет еще несколько замечательных — вот прямо совсем скоро, уже в январе. Можно узнать, как устроен мир, — а то вечно эта проклятая неопределенность.