Салафитский междусобойчик

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
28 марта 2014, 23:42

Катар пытается оспорить влияние Саудовской Аравии на арабские страны и их периферию. И за это подвергается наказанию

Фото: АР
Катарский эмир Тамим не боится изоляции

Еще недавно казалось, что Катар распрощался со своей мечтой стать региональным лидером и «серым кардиналом». Проекты Катара в странах «арабской весны» потерпели поражение, впустую потраченные на их развитие миллиарды долларов вызвали возмущение катарских элит (даже устроивших в стране переворот). Взращенная с таким трудом «информационная сабля» — «Аль-Джазира» — полностью растратила свой кредит доверия недостоверными репортажами из пораженных «весной» стран, а игра против интересов Запада (в частности, в Ливии) вызвала обострение отношений с Брюсселем и Вашингтоном. В итоге летом прошлого года эмир Хамад вынужден был отречься от престола, и новым эмиром стал его сын Тамим. Наследник же сразу объявил о смене внешнеполитического курса от экспансии к смирению. И по требованию саудовского руководства в ноябре даже зафиксировал свое обещание на бумаге.

Однако подпись не помешала ему нарушить свое слово. Катар возобновил подрывную деятельность против Саудовской Аравии в арабских странах, а «Аль-Джазира» пытается вернуть свою репутацию за счет острых антиправительственных репортажей из стран Персидского залива и Ближнего Востока (за что журналистов катарского телеканала не раз арестовывали). Но самое неприятное для стран Залива — открытая поддержка Катаром движения «Братья-мусульмане», пропагандирующего модернистские для региона идеи «политического ислама». Эти идеи с их относительной религиозной терпимостью по отношению к другим направлениям ислама, демократическими основами и попыткой совместить достижения прогресса с Кораном смертельно опасны для консервативных монархических режимов Залива.

Попытки вразумить эмира ни к чему не привели, после чего ряд государств Персидского залива отозвал из Катара своих послов и угрожает эмиру Тамиму введением ряда экономических санкций. О причинах возобновившейся экспансии Катара и о последствиях этого для эмирата и всего Ближнего Востока в интервью «Эксперту» рассказал президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

Сосед на соседа

— После начала «арабской весны» и краха диктаторских режимов в странах Ближнего Востока очень быстро выяснилось, что никакой либеральной демократии там не наступит. Единственной альтернативой диктаторам стали исламисты — умеренные (которых поддерживал Катар) и радикальные (за которыми стояли саудовцы). Между ними сразу же началась борьба. И кто в итоге победил? И вообще, как протекает борьба между Эр-Риядом и Дохой за влияние в арабских странах?

— В столкновении с финансируемыми Катаром «Братьями-мусульманами» салафиты (сторонники радикальных толкований ислама, которые обычно финансировались Саудовской Аравией. — «Эксперт») потерпели поражение (пришедшая к власти в Тунисе «Ан-Нахда» тоже, по сути, является местной вариацией «Братьев-мусульман»). В конечном счете Саудовской Аравии удалось нанести контрудар, и правительство Мухаммеда Мурси в Египте было свергнуто военными, но Катар на этом не успокоился и сейчас переключился на финансирование террористов на Синайском полуострове.

В Сирии Катар (некогда воевавший на одной стороне с Саудовской Аравией. — «Эксперт») взял на себя финансирование группировки ИГИЛ (Исламское государство Ирака и Леванта), противостоящей не только Башару Асаду, но и просаудовским и проаль-каидовским группировкам в сирийской оппозиции. У Катара не изменилось отношение к нынешним сирийским властям (эмир Катара, как и его отец, — один из главных противников Башара Асада), но теперь он больше не хочет поддерживать саудовцев в войне, ставшей для Катара бессмысленной. Изначально речь шла о том, что после свержения Асада катарский газ и саудовская нефть пойдут в Европу, однако сейчас Катар понял, что никакой газопровод через территорию Саудовской Аравии, Иордании, Сирии на Турцию проложен не будет. И не только потому, что сирийская война складывается сейчас в пользу Башара Асада. Катар понял, что Саудовская Аравия просто не пустит катарский газ через свою территорию.

Активно действует молодой эмир Катара и в Ливии. В условиях нынешней нестабильности на территории бывшей Джамахирии Катар отозвал из Сирии ливийскую бригаду (около тысячи боевиков) и перекинул ее обратно в Ливию для борьбы с просаудовскими группировками.

Вообще, в рамках саудовско-катарского противостояния возникают странные альянсы. Так, Мурси свергла армия, которая представляет светские силы. Испокон веков эти силы преследовали салафитов, однако сейчас из-за вражды с Катаром Саудовская Аравия решила поддержать ас-Сиси (фельдмаршал Абдель Фаттах ас-Сиси намеревается выставить свою кандидатуру на выборах президента Египта. — «Эксперт»). В Ливии Катар фактически купил несколько салафитских группировок, а саудовцы арендовали территориальные «бригады» племенных объединений, которые ранее были близки к «Братьям-мусульманам».

— Это противостояние уже вышло за пределы Ближнего Востока?

— Мы наблюдаем жесткое противостояние внутри салафитского тандема Катара и Саудовской Аравии практически по всему исламскому миру, а также по периферии этого мира. В частности, на территории африканских государств. В Эфиопии, например, Катар потеснил интересы Саудовской Аравии. Раньше саудовцы строили в Эфиопии крупные инфраструктурные объекты, но параллельно раскручивали салафитские группировки в Огадене, недалеко от сомалийской границы (этот регион, в отличие от большей части остальной Эфиопии, населен мусульманами. — «Эксперт»). Эфиопское правительство вскрыло эту ситуацию и запретило саудовцам заниматься там религиозной пропагандой, а также основывать салафитские ячейки. Саудовцы в ответ свернули экономические проекты. Однако на их место тут же пришли катарцы, которым разрешили заниматься пропагандой их мягкого политического ислама (считается, что у Катара салафизм «с человеческим лицом» — например, женщинам можно водить машину).

Евгений Сатановский 051_expert_14.jpg Фото: РИА Новости
Евгений Сатановский
Фото: РИА Новости

В Киргизии около года назад практически одновременно открыли два посольства — Катара и Саудовской Аравии. И понятно, что оба эти посольства станут жестко конкурировать за право проведения уже в ближайшем будущем «центральноазиатской весны», которая будет распространяться по Узбекистану и другим странам региона.

В Афганистане у Саудовской Аравии через пакистанскую разведку ISI очень прочные связи c пакистанскими талибами (они действуют на юге Афганистана. — «Эксперт»), но афганских талибов пытается перекупить Катар. Именно для этого было открыто Бюро по связям движения «Талибан» в Дохе. Так что и тут идет смертельная борьба за влияние и власть.

Дипломатическая борьба проходит на фоне традиционной конкуренции двух стран за право называться истинными ваххабитами. Катарская династия считает себя прямыми потомками ибн-Ваххаба, тогда как саудиты, по мнению катарцев, «мелкопоместные» провинциальные шейхи, которые просто договорились с улемами из родственных ибн-Ваххабу семей.

Обещать не значит исполнить

— Но ведь новый эмир после отставки отца (вызванной как раз тем, что Катар слишком много на себя брал во внешней политике) пообещал вести менее активную дипломатию, обуздать «Аль-Джазиру» и не подрывать стабильность в соседних арабских странах. В ноябре он даже подписал соответствующие обязательства на встрече с саудовским руководством. Почему он вернулся к активной политике отца?

— Классическая фраза Ближнего Востока — «я обещал, но я не обещал выполнять». Эти обещания были тактическим решением, которое позволило молодому эмиру мирно и спокойно провести замену кадров, в том числе на высшем уровне (он убрал всесильного некогда премьер-министра, а также ряд представителей высшего военного истеблишмента), после чего организовать операцию, которая очень сильно испортила отношения саудовцев с американцами. Фактически Катар именно «слил» Вашингтону чувствительную информацию по Бостонскому теракту и ряду аспектов антиамериканской деятельности принца Турки бен Фейсала и его родственника принца Бандара бин Султана — руководителей Управления общей разведки Саудовской Аравии.

Катарцы дали эту информацию группе «саудоскептиков» в Пентагоне и ЦРУ, которая, в свою очередь, сильно надавила на президента Обаму. В итоге охлаждение американо-саудовских отношений было колоссальным, уровень доверия директора ЦРУ к начальнику внешней разведки Управления общей разведки принцу Бандару бин Султану снизился до нуля.

Сейчас впечатление от победы Катара несколько смазано, поскольку вмешался фактор Украины. Обама вынужден модифицировать политику. Невозможно одновременно ссориться с Россией из-за Крыма, с Израилем из-за Ирана и палестинского вопроса, охлаждать отношения с Саудовской Аравией, уходить из Афганистана с перспективой возврата туда талибов, отдать Ирак Ирану, поссориться с египетским военным руководством, лидер которого вот-вот станет президентом. Вспомним, как Обама пытался сохранить у власти Мурси, а когда его свергли, безуспешно требовал от генерала ас-Сиси не запрещать, не судить и не приговаривать к смертной казни «братьев-мусульман». Сейчас американцам нужны союзники для сохранения хотя бы остатков их влияния на Ближнем Востоке — их миропорядка. Поэтому Обама будет пытаться наладить отношения с саудовцами, благо раздражавший американцев принц Бандар бин Султан заменен на фигуру, более близкую к директорату ЦРУ, — на принца Мухаммеда бин Найефа. В свою очередь, отношения Саудовской Аравии и Штатов крайне важны для Эр-Рияда, и их балансирование на грани разрыва крайне опасно для саудовских властей.

— Какую позицию занимают Европа и США в нынешнем саудовско-катарском противостоянии?

— Пока между Катаром и Саудовской Аравией сохраняется статус-кво, они стараются особо не вмешиваться. Европейцы торгуют со всеми — им нужны как саудовская нефть, так и катарский сжиженный газ, а также инфраструктурные проекты во всех странах. Американцы держат свою военную базу в Катаре, у них серьезные отношения с эмиратом в газовой сфере, им нужно, чтобы энергобаланс Европы был смещен в пользу поставок с Ближнего Востока. И тут им нужен не только катарский газ, но и саудовская нефть. Поэтому они судорожно пытаются сблизить позиции сторон. Правда, без малейшего успеха: арабы здесь демонстрируют удивительное единение в желании передраться.

— А насколько страны Залива поддерживают позицию Саудовской Аравии?

— Речь действительно идет уже не только о саудовско-катарских отношениях. Посла из Катара отозвал Бахрейн. Саудовцы фактически контролируют это королевство, и решение об этом могло быть принято в Эр-Рияде, но к ним присоединились и Объединенные Арабские Эмираты — абсолютно самостоятельный игрок. На последнем саммите Лиги арабских государств в Кувейте вообще произошла удивительная история: на него из-за бойкота Катара и его эмира Тамима бин Хамада аль-Тани все лидеры ССАГПЗ делегировали второстепенных лиц. Это сделали даже хозяева: кувейтского эмира Сабаха представлял его наследник.

Страны Залива фактически объявили Катару ультиматум. Либо он прекращает поддержку «Братьев-мусульман» и всех других ассоциаций, занимающихся пропагандой политического ислама в арабском мире, а также высылает со своей территории идеолога движения «Братья-мусульмане» шейха Юсуфа Кардауи и распускает поддерживаемых Дохой боевиков, либо с ним будут происходить весьма грустные вещи. Причем санкции, которые предъявят Катару, будут отличаться от тех, которыми сейчас угрожают России: там все будет гораздо жестче, вплоть до исключения из Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива.

Никто не тронет

— Сможет ли Катар выдержать такое серьезное давление со стороны своих арабских соседей? Какие у него есть варианты ответа?

— Катар и его молодой тридцатитрехлетний эмир сдаваться не намерены, поскольку понимают, что никакого особого ущерба Саудовская Аравия им нанести не сможет. У Катара после экспорта газа остается около 100 миллиардов долларов в год свободных денег. Территория крошечная, никакого демографического давления (в отличие от той же Саудовской Аравии) в эмирате нет. Он не боится угрозы вторжения со стороны соседа с двадцатикратно большим населением — ведь на территории Катара находится крупнейшая на Ближнем Востоке американская военная база. Все, на что способна Саудовская Аравия, — блокировать Катар с суши, однако эмират может проводить все экспортно-импортные операции через Персидский залив.

Поэтому он станет просто игнорировать любое давление и при этом пытаться продолжать наносить максимальный ущерб саудовским интересам в Египте и Ливии. Это будет аналог своего рода «войн по доверенности» (другое название — «войны на периферии»), которые протекали между СССР и США во время холодной войны. Мы ведь с американцами тоже воевали, но на плацдармах третьих стран — Никарагуа, Сальвадора, Анголы, Мозамбика, Вьетнама. Именно поэтому монархии Залива на своей территории превентивно ликвидируют все мыслимые и немыслимые ячейки «Братьев-мусульман», а в Египте сотни «братьев» приговорены к смертной казни.

— Однако предыдущий эмир тоже считал себя неуязвимым и в отместку получил попытку государственного переворота.

— США не допустят нарушения статус-кво, и, если придется выбирать между саудовским руководством и катарским, они выберут последних. Над молодым эмиром не висит тень «Аль-Каиды», он, в отличие от Эр-Рияда, не претендует на атомную бомбу (саудовцы ее практически наверняка получат из Пакистана, и это еще раз покажет никудышность Обамы как президента). Катар представляет собой приемлемое для США будущее арабского мира: по госдеповским раскладам, именно «Братья-мусульмане» с их проектом политического ислама, имеющие огромное число сторонников и сочувствующих по всему арабскому миру, будут доминировать в арабских странах в ближайшие десятилетия. Наконец, американцы взяли курс на сближение с Ираном, и Саудовская Аравия тут Вашингтону явно не помощник — как и в деле активизации диалога с талибами.

— Каковы сейчас отношения у Катара с Ираном?

— Между сторонами идут переговоры. Активные контакты проходили на территории Ливана в теневом формате. Было обращение близких к руководству Катара людей к высшему руководству КСИР, контролирующего там шиитские военно-политические структуры, и была налажена координация по совместным действиям против салафитских ячеек. Фактически боевиков «Хезболлы» за катарские деньги подрядили атаковать салафитские позиции в Ливане. Вчера такое казалось практически невероятным, однако Иран пошел на это после того, как Управление общей разведки Саудовской Аравии подняло на воздух иранское посольство в Бейруте, уничтожив ряд сотрудников КСИР. Сотрудничают стороны и в Йемене. Хауситы (близкое к Ирану племя в Йемене. — «Эксперт») сегодня находятся в нескольких километрах от Саны, и парадоксальным образом их действия против просаудовских группировок финансируют и Иран, и Катар.

Нынешнее антисаудовское сотрудничество фактически разблокирует отношения Катара с Ираном, которые были очень напряжены из-за дележа Северного и Южного Парса (пока на Иран были наложены санкции, Катар спокойно качал газ с общего шельфового месторождения). Понимая ценность неожиданного союзника против саудовцев, Иран, скорее всего, оставит Катар и его газ в покое и, имея защищенный «катарский тыл», ударит по Саудовской Аравии с утроенной силой.

— Иран провозгласил выстраивание новых отношений со странами Залива. Будет ли Катар поддерживать вхождение Ирана в Залив в качестве некоего противовеса Саудовской Аравии?

— Наверняка. И не только он один — приход Ирана поддержит также султанат Оман. Он занял нейтральную позицию по Катару, никаких послов оттуда не отзывал и, кроме того, является крупным посредником в отношениях Запада с Ираном. У султана Кабуса и его лоббистов поддержки связей с Ираном из-за необходимости сотрудничества с ним по Ормузскому проливу и налаживания военно-технического сотрудничества свои планы. Вовлечением Ирана в дела Залива и уравновешением с его помощью влияния Саудовской Аравии Оман хочет добиться равновесия — и геополитического, и конфессионального. Ибадитскому анклаву, которым является Оман, выгодна изоляция как от шиитов, так и от суннитов (тем более салафитского толка) при ровных отношениях с ними.