Миссия: репортаж

Вячеслав Суриков
редактор отдела культура журнала «Эксперт»
21 апреля 2014, 00:00

17 апреля состоялось награждение лауреатов национальной премии «Искра» в области прессы. Входящий в медиахолдинг «Эксперт» еженедельник «Русский репортер» неожиданно для себя победил в номинации «Фельетон». При этом журнал остается ведущим российским печатным изданием, специализирующимся на репортажах

Фото Олега Сердечникова

«Русский репортер» возник как проект, призванный удовлетворить спрос на новую социальную реальность. Общественная ситуация, а вместе с ней и ценности российского среднего класса стали меняться уже в начале 2000-х. Собственная страна, до сих пор воспринимавшаяся как неудавшийся проект, вдруг стала вызывать у наиболее активной и влиятельной части общества повышенный интерес. На смену долгие годы переживаемому «комплексу неполноценности» пришло острое желание отрефлексировать то, что происходит здесь и сейчас. Кто-то должен был это сделать.

Именно в этот момент журналистика начала переживать метаморфозы, вызванные глобальными технологическими изменениями.

Во-первых, аудитория прямо на глазах разучивалась концентрироваться на больших объемах информации. Предельный временной отрезок, в течение которого пользователи электронных медиа могли удерживать свое внимание на том или ином спикере, перестал превышать 20 секунд. Чтение печатных материалов сокращалась до заголовков. Больше никаких вступительных слов, никаких экспозиций — всегда с места в карьер, и чем короче текст, тем лучше.

Во-вторых, пишущих авторов стало больше, чем в любой из периодов истории печатного слова. Вначале были блоги. Затем появились социальные сети, где каждый получил право на вербальную версию реальности.

Идея «Русского репортера» возникла в 2006 году, когда стало понятно, что в стране есть спрос на массовый журнал нового типа. До конца года собиралась команда, накапливался материал, прорабатывалась концепция. Первый номер вышел 17 мая 2007 года. Произошло это не в Москве и не в Санкт-Петербурге, а в Новосибирске, Ростове-на-Дону, Самаре и Екатеринбурге. По словам главного редактора «Русского репортера» Виталия Лейбина, в Екатеринбурге журнал сразу поняли и полюбили — у издания там по-прежнему самая лояльная аудитория, а в Новосибирске его долгое время принимали за сибирский журнал, издающийся в Москве.

Виталий Лейбин возглавляет «Русский репортер» с 2006 года — с момента основания 056_expert_17_1.jpg Фото Олега Сердечникова
Виталий Лейбин возглавляет «Русский репортер» с 2006 года — с момента основания
Фото Олега Сердечникова

Какое-то время ушло на отработку формата, а уже осенью того же года РР стал таким, каким мы его знаем сейчас. У него не было и до сих пор нет никаких шаблонов — в этом принципиальное отличие от западных аналогов. «Журнал, ориентированный на реальность» искал не шаблоны, а язык, на котором можно говорить с читателем. При этом авторам пришлось также приложить усилия и научиться рассказывать человеческие драмы, не сгущая краски и не впадая в истерику. Виталий Лейбин объясняет это так: «Если в истории нет надежды, это плохая журналистская работа. Значит, ты производишь не информацию, а депрессию». И эта концепция сработала. Журнал за очень короткий срок получил аудиторию, которая позволяла продавать рекламу.

«Русский репортер» стал едва ли не единственным журналом, который позволял и позволяет себе публиковать большие фотографии и большие тексты. Он начал писать о тех, кто не пытался заявить о себе даже в интернете и в результате катастрофически выпадал из картины мира тех, кто привык воссоздавать ее в соответствии с медийной реальностью. Российские регионы, которые до сих пор могли привлечь внимание федеральных медиа только чрезвычайными происшествиями, оказались местами, где живут люди, не чувствующие себя обделенными из-за того, что им не выпало жить в столице. «Русскому репортеру» пришлось исправлять ситуацию, когда отечественная наука стала исчезать из информационного поля, а ее место заняли «британские ученые» — только потому, что информационные агентства, наполняя свои научные разделы, шли по пути наименьшего сопротивления и цитировали коллег из Reuters.

Именно в РР впервые, и это было частью его концепции, фотография перестала быть просто иллюстрацией и превратилась в самостоятельную историю. Фактически журнал сформировал рынок российской репортажной фотографии. Уже на второй год существования он принял участие в международном фестивале фотожурналистики во французском Перпиньяне. Там в отдельном павильоне РР представил выставку американского фотографа, лауреата пяти премий World Press Photo Стэнли Грина об афганском наркотрафике. И это еще один вклад журнала в новейшую историю русских медиа. Он начал регулярно публиковать на своих страницах работы ведущих мировых фотографов. До «Русского репортера» ни один из отечественных журналов на это не решался. С тех пор фотослужба и фотографы РР котируются на всех международных конкурсах и выставках фотоиндустрии.

Александр Ивантер получает приз за статью «Мы ничего не производим», написанную для журнала «Эксперт» совместно с Татьяной Гуровой, — номинация «Аналитическая статья» 057_expert_17_1.jpg Фото Олега Сердечникова
Александр Ивантер получает приз за статью «Мы ничего не производим», написанную для журнала «Эксперт» совместно с Татьяной Гуровой, — номинация «Аналитическая статья»
Фото Олега Сердечникова

«Русский репортер» задумывался как журнал мирового уровня. Реализовать этот статус в полной мере ему удалось в 2010 году, когда еженедельник стал единственным в России партнером «портала утечек» WikiLeaks по публикации уникального собрания дипломатических депеш и документов и таким образом встал в один ряд с Guardian и New York Times. Это была журналистская удача, которой помог журналист Йоханнес Вальстрем (через него удалось выйти на основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа), и в то же время своевременно проявленная решительность. Виталий Лейбин так комментирует возникшую в тот момент ситуацию выбора: «Это позволило нам занять жесткую позицию: мы не стоим на линии фронта, мы выступаем на стороне общественных интересов. Если ты делаешь репортаж, то ты в любом случае следуешь реальности, даже если у тебя есть позиция, а она у нас есть».

В конце концов «Русский репортер» оказался, может быть, не во всем, но очень во многом прав. Безусловно, они пошли против течения. Им удалось сделать то, что, казалось, уже никогда не будет возможным. Но самое важное, что РР превратился в едва ли не основной печатный бастион, где журналисты отстаивают право журналов быть местом, где рассказываются истории. Истории, через которые транслируется смысловая часть реальности. Одной из своих миссий «Русский репортер» видит противостояние информационному шуму, который неизбежно возникает в ситуации, когда происходящее в мире может интерпретироваться до бесконечности. Авторы журнала оказываются в тех местах, где решается история, как это произошло с Игорем Найденовым, который оказался в том самом месте в тот самый переломный момент киевских событий, видел их своими глазами и свидетельствовал о них на страницах журнала. Прошедшая огонь и воду специальный корреспондент РР Марина Ахмедова стала писателем с международным статусом. Саша Денисова, много лет писавшая на страницах «Русского репортера» о буме документального театра, сейчас сама пишет пьесы и ставит модные спектакли.

Редактор отдела науки журнала «Русский репортер» Григорий Тарасевич победил в номинации «Фельетон» 057_expert_17_2.jpg Фото Олега Сердечникова
Редактор отдела науки журнала «Русский репортер» Григорий Тарасевич победил в номинации «Фельетон»
Фото Олега Сердечникова

По словам Виталия Лейбина, в журнале назревает перезагрузка дизайна и рубрик, но ключевым жанром останется репортаж. «Русский репортер» рассчитывает расширить свою аудиторию: несмотря на российский успех, она еще не достигла предельных значений, особенно по сравнению с аналогичными проектами в Великобритании, Германии и США. Но для этого предстоит решить задачу, которая, по мнению главного редактора журнала, заключается в том, чтобы средний класс обрел свой голос: «Это означает, что страна должна заново научиться читать периодическую прессу. Это амбициозная цель, которой должны достичь мы и коллеги, работающие на этом же рынке».