Деньги прямо перед вами

Евгений Огородников
редактор отдела рейтинги журнала «Эксперт»
26 апреля 2014, 13:46

Российский бизнес имеет колоссальную внутреннюю эффективность. Лучшие предприятия страны в обрабатывающем секторе могут на 25% опережать по производительности своих западных коллег. Однако «зеленый коридор» в России им никто открывать не торопится. В этом можно было убедиться, посетив форум «Вернуть лидерство»

Фото: ИТАР-ТАСС

Специфика российских деловых форумов в том, что бизнес ждет от них диалога с властью, но, как правило, разочаровывается. Власть имущие приходят на мероприятие, чтобы выступить, и довольно быстро его покидают: у них мало времени — надо разрабатывать меры по стимулированию российской экономики. Хотя часто бывает, что если бы они остались, то узнали бы напрямую, какие именно меры могли бы стимулировать экономический рост. И для государства была бы многогранная выгода: прямой контакт с бизнесом (не надо тратить время, чтобы искать предпринимателей и отдельно их собирать), делать надо совсем немного (последние года два мы слышим одни и те же пять-шесть советов-претензий), а потом всего лишь принять эти меры и ехать отдыхать, если не на Канары (что сегодня не в моде), то в Сочи или в Крым.

Знакомую сцену можно было наблюдать в середине первой секции форума «Вернуть лидерство», организованного медиахолдингом «Эксперт» совместно с Либеральной платформой партии «Единая Россия». Когда власть имущие ушли, один из выступавших, представитель очень важной для сектора ЖКХ компании, воскликнул, начиная свою речь: «Ну вот, я хотел сказать министерству, где настоящая проблема, а его уже с нами нет. Ну ладно, я тогда в “Эксперте” статью попрошу напечатать (она будет опубликована в следующем номере, который выйдет 12 мая. — “Эксперт”)». Та же тема всплыла и в конце второй сессии: «Мы убеждаем себя в том, в чем давно убеждены. Но нас никто не слышит, люди из власти уходят, не дождавшись конца». В результате государство не видит практически в упор ни эффективности бизнеса России, ни тех зачастую прозрачных решений, которые могли бы сильно улучшить состояние экономики страны. Пробиваются к власти только самые опытные и настойчивые, и тогда решаются вопросы индивидуальные. Публичные же площадки позволяют решать вопросы общие, а значит, обладающие большим мультипликативным эффектом.

Раскрытие ЖКХ

Некоторое единодушие, впрочем, есть. И чиновники, и бизнес признают, что у российской экономики есть огромный потенциал для развития за счет роста эффективности. Однако одни знают, где лежит ключ к этой эффективности, а другие только ищут его. И это в полной мере относится к отрасли ЖКХ. Чиновники считают, что для модернизации коммунальной инфраструктуры почти все готово: несколько десятков законов и подзаконных актов вот-вот окончательно сделают отрасль инвестиционно привлекательной. По словам замминистра строительства и ЖКХ Андрея Чибиса, в сектор необходимо вкладывать по 500 млрд рублей капитальных вложений в год, в том числе 300 млрд возвратных инвестиций. Совсем скоро инвестиционный механизм тут начнет работать как часы. Бизнес считает, что времени поправлять и регулировать нет. Через пять лет наступит коллапс систем канализации, еще пять лет спустя — водоснабжения, а за ним, еще через пятилетку, умрет теплоснабжение (см. график 1). При этом у бизнеса уже есть все необходимое — технологии, инициатива, ресурсы, — чтобы решить накопившиеся проблемы.

По словам Якова Рапопорта, первого заместителя директора группы «Полимертепло», при текущем подходе и регулировании запаса прочности инфраструктуры ЖКХ осталось на несколько лет. Если опираться на статистику Росстата, то окажется, что системы канализации исчерпают свой ресурс устойчивого функционирования уже к 2020 году, водопроводы — к 2025 году, а теплотрассы — к 2031-му. При этом из-за состояния труб страна несет колоссальные потери. И реальные потери в разы расходятся со статистикой, так как чиновники на местах не хотят нести ответственность за сверхнормативное отопление улицы. В итоге, чтобы свести экономику хозяйства, с населения приходится брать плату за больший объем услуг, чем оказано на самом деле. А то, что «недособрали», покрывается за счет вливаний из муниципальных и региональных бюджетов. Отсюда и миф о заведомо убыточном ЖКХ.

В то, что на самом деле ЖКХ способно приносить прибыль, трудно поверить, но это подтверждается практикой работы группы «Полимертепло», которая реализовала уже порядка двадцати проектов модернизации теплосетей в разных регионах России. Заключая контракты, коммунальщики на местах окупают эти проекты за пять лет, а иногда и быстрее. То есть рентабельность капитала в отрасли теплоснабжения может достигать 20%. Однако все это возможно лишь после заключения жестких договоренностей с местными властями и признания коммунальщиками истинного положения дел, то есть реальных потерь. Именно расхождение между реальными и отображаемыми потерями приводит к существенной разнице в сроках окупаемости: берем официальную величину потерь — получаем окупаемость за пятнадцать лет, берем реальную величину потерь — срок окупаемости снижается менее чем до пяти лет. Логично в такой ситуации объявить «амнистию» в ЖКХ и позволить наконец всем хозяйствующим субъектам показать свои реальные потери, не опасаясь прокуратуры.

Почти никто такой рентабельности в отрасли пока не видит (или не желает видеть). Связано это в первую очередь со сложным тарифообразованием, когда каждый рубль, полученный отраслью, строго регламентирован: этот на топливо, этот на зарплату, этот на инвестиции. В такой экономике у ЖКХ нет собственных средств на масштабную модернизацию, а заемное финансирование практически закрыто. Выход для большинства инвесторов — контракты энергосервиса, когда частный бизнес вкладывает средства в модернизацию. За счет этого получается экономия ресурсов. Высвободившиеся средства идут инвестору на покрытие затрат.

Как сказал Антон Марков, заместитель директора по инвестициям ГУП ТЭК СПб, покрывающего 45% теплоснабжения Санкт-Петербурга, сейчас вложения города в систему теплоснабжения составляют 5 млрд рублей ежегодно. Однако ГУП в течение девяти лет намерен отказаться от финансирования капитальных затрат бюджетом города. Главная ставка делается на замену ветхих сетей, автоматизацию котельных и внедрение индивидуальных тепловых пунктов. До 2027 года ГУП намерен вложить в модернизацию 272 млрд рублей, в том числе 75 млрд заемных средств.

Но бизнес, пытающийся заниматься ЖКХ, сталкивается с рядом проблем. По словам Сергея Касаткина, председателя совета директоров компании «Электропроект», это, во-первых, дороговизна кредитов; во-вторых, отсутствие представления в отрасли ЖКХ о лучших технологических практиках; в-третьих, инертность в принятии решений на местах.

Сегодня отрасль накапливает решения, они будут аккумулированы в Минстрое РФ. Специальная рабочая группа при министерстве должна заняться разработкой «коробочных» решений. Смысл в том, что лучшие примеры модернизации ЖКХ, собранные в одном месте, могут быть растиражированы по всей стране. Такие типовые решения, одобренные Минстроем, смогут по «зеленым коридорам» проходить согласование на региональных и муниципальных уровнях. Бизнесу на местах придется тратить меньше времени и средств на доведение типовых проектов до реализации. А банки, понимая экономику таких кейсов, смогут адекватно оценивать свои риски, что повлечет за собой снижение ставок.

Такие типовые проекты модернизации могут стать точкой заработка на росте эффективности. Пора признать, что ЖКХ скрывает в себе колоссальный потенциал для этого. Пример скандинавских стран показывает, что там на отопление жилья сопоставимой площади тратят в три раза меньше топлива, чем у нас. Причем реализовать такие эффективные решения может только частный бизнес, малый и средний.

Проблема лидерства

Как и в ЖКХ, в других отраслях неадекватное регулирование приносит компаниям значительные сложности. Например, Евгений Войлов, вице-президент корпорации «ТехноНиколь», выражал недоумение, что таможенные пошлины на ввоз высокотехнологичного сырья в Россию — 15%, а на ввоз готовой продукции из этого сырья — 10%. В итоге иностранные конкуренты имеют очевидное преимущество на российском рынке перед локальными производителями.

Генеральный директор Липецкого хладокомбината Александр Афанасьев рассказал, как его компания потратила четыре года на организацию экспорта мороженого на европейский рынок. В то же время, чтобы ввозить в Россию мороженое из Европы, европейские компании должны лишь уведомить об этом Минсельхоз, направив туда письмо. Почему бы не установить хотя бы зеркальность законов в экспортно-импортных отношениях?

Эффективные российские игроки не ограничиваются внутренним рынком. Их цель — выйти на внешние рынки, и не только ради сбыта, но и ради получения новых современных технологий. Россия — это всего лишь 4% мирового ВВП, напоминает Евгений Войлов, основные рынки находятся снаружи. Схожей логики придерживается и основной акционер уже имеющей опыт экспансии за рубеж компании «Восток-Сервис» Владимир Головнев. По его словам, выход на внешние рынки возможен за счет покупки производств за границей. Необходимо это для того, чтобы компания могла перенимать самый передовой опыт и ноу-хау на внешних рынках. Тем самым она становится готовой конкурировать на равных с любым производителем как на внутреннем рынке, так и на внешнем. Но чтобы осуществить экспансию, нужны средства. Иностранные банки обычно не кредитуют «чужие» компании для сделок слияний и поглощений. Но российское финансирование очень дорогое — настолько, что сделки M&A становятся невыгодными.

Видит источники инноваций на внешних рынках Денис Волков, генеральный директор группы МТЕ, производящей в России металлорежущие станки. Эта высокотехнологичная отрасль практически исчезла в России за последние двадцать лет. Для того чтобы наверстать упущенное, группе МТЕ пришлось кооперироваться с чешскими производителем Kovosvit Mas. А главная сложность, говорит Волков, в том, что в России нет квалифицированных кадров. МТЕ вначале пришлось обучать команду работников: группа пошла на кооперацию c Донским государственным техническим университетом (ДГТУ) и помогла открыть в университете лаборатории, а потом занялась повышением квалификации преподавателей вуза. Но это не может системно решить проблему отсутствия кадров.

Государство, имея огромные возможности защиты внутреннего производителя, не пользуется ими, констатирует генеральный директор НИПК «Электрон» Александр Элинсон. Более того, на просьбу освободить от уплаты НДС комплектующие для медтехники Минфин всегда отвечает: «Нет, у нас возникнут выпадающие доходы», — но иначе ввоз в страну комплектующих экономически не оправдан. То, что НДС и так не будет начислен и никаких доходов у бюджета не будет, остается за рамками логики самого сильного в стране министерства. Сегодня некоторые виды медтехники выгоднее ввозить в страну готовыми, нежели собирать здесь. Это только один из примеров низкой эффективности регулирования. Но есть и хорошая новость: просто пройдясь по этим точкам и исправив явные ошибки, можно серьезно повысить эффективность российской экономики.