Наука и судьба

Александр Механик
обозреватель журнала «Эксперт»
15 сентября 2014, 00:00

В  ХХ столетии произошли две великие революции, радикально изменившие планету: научная и социальная. Обе опирались на революции в науках, соответственно, в физике и в социологии. Карл Поппер был одним из немногих мыслителей, попытавшихся найти философские ответы на вызовы обеих революций, причем используя общую методическую основу, которую сам же и разработал.
Родившийся в начале века в Вене, столице одной из империй, исчезнувших в результате войны и революции, и одновременно одной из интеллектуальных столиц мира, Поппер не мог не почувствовать накала революционных событий и связи между революциями в, казалось бы, столь разных областях человеческого существования. Собственно этому и посвящена книга великого философа. Поэтому она не столько о фактах его жизни, сколько о рождении и становлении идей, которые определили его интеллектуальную судьбу и, во многом, развитие всей философии ХХ века.
Поступив в 1918 году в Университет Вены, где он изучал физику и математику, Поппер оказался вовлеченным в политические дискуссии, которыми было охвачено все австрийское общество, и увлекся марксизмом, более того — коммунизмом. Впрочем, юный еще философ довольно быстро разочаровался в их теории и практике. «Как только я взглянул на марксистскую теорию критическим взглядом, дыры, пробелы и противоречия в ней стали для меня очевидными», — пишет Карл Поппер. При этом Поппер сохранил уважение к рабочему, социалистическому движению, участники которого, по его словам, были вдохновлены удивительной верой в свою миссию — освобождение человечества — и на этом пути стремившиеся к постоянному самосовершенствованию. «Если бы могла существовать такая вещь, как социализм в сочетании с индивидуальной свободой, я оставался бы социалистом до сих пор», — признается философ.
Но Поппер формулирует максиму, верным которой он оставался до конца своих дней: «Свобода важнее равенства». Именно из этого убеждения родилась уже в годы Второй мировой войны знаменитая книга «Открытое общество и его враги», в которой Карл Поппер рассматривает философские учения Платона, Аристотеля и Маркса с точки зрения их соответствия, во-первых, требованиям своей максимы и, во-вторых, тем требованиям, которым, по мнению Поппера, должна отвечать всякая наука (а марксизм претендовал на это звание). Впрочем, это было позже, а в 1919 году Поппер побывал на лекции Эйнштейна, которая потрясла его и во многом предопределила его интересы в области философии науки. Уже тогда наметилось его противостояние с господствовавшим в среде ученых, в первую очередь физиков, позитивизмом — философией, отрицавшей традиционную философию с ее претензией на некое общее знание. «Я пришел к выводу, — пишет Поппер, — что научный подход — это критический подход, который ищет не верификаций, а решающих проверок — проверок, которые могли бы опровергнуть проверяемую теорию, но никогда не утверждать ее истинность». Проблема истинности научной теории стала для Поппера главной научной проблемой, ей посвящена значительная часть его трудов. Здесь следует пояснить, что верификация была одним из принципов подхода позитивизма к определению научности той или иной теории. Развивая свой подход, Поппер противопоставил верификации (то есть положительно осуществляемой проверке, иначе говоря, подтверждению) то, что он назвал фальсифицируемостью (то есть столь же реально осуществляемое опровержение). Иными словами, согласно Попперу, проверка истинности научных теорий должна осуществляться не через поиск фактов, их подтверждающих, а преимущественно (или даже исключительно) через поиск фактов, их опровергающих. И, как считал Поппер, марксизм и коммунизм, так же, как, кстати, психоаналитические теории Фрейда, Адлера и Юнга, этой проверки на фальсифицируемость не выдержали. Интересен взгляд Поппера на теорию естественного отбора, которая, по его словам, «является не проверяемой научной теорией, а метафизической исследовательской программой», хотя и лучшей из имеющихся.
Свою научную деятельность Поппер сочетал с увлечениями и занятиями, далекими от науки. Какое-то время он обучался в Венской консерватории, но посчитал себя недостаточно способным и прекратил заниматься музыкой, однако интереса к ней окончательно не утратил и в «Неоконченном поиске», в частности, рассказывает о своих взглядах на музыку и искусство. С 1921-го по 1924 год Поппер осваивал профессию краснодеревщика, а параллельно работал волонтером в детских клиниках Адлера. Научная работа Карла Поппера протекала на фоне назревавшей европейской катастрофы: к власти в Германии пришел нацизм, в родной для Поппера Австрии нарастал антисемитизм. В 1937 году Поппер, не дожидаясь аншлюса, решил эмигрировать, что оказалось нелегко. Несмотря на уже проявившиеся ужасные черты нацистской диктатуры, большинство европейских стран неохотно принимали беженцев из Германии. Поппер нашел место лектора в одном из университетов Новой Зеландии, эмигрировал туда и с 1937-го по 1945 год преподавал философию в Университете Кентербери. А уже из Новой Зеландии смог переехать в Британию, где был принят на работу в Лондонскую школу экономики. Философские труды Поппера привлекли внимание многих выдающихся физиков и философов, с которыми у него часто возникали бурные споры, — Эйнштейна, Шредингера, Витгенштейна, Рассела.
Конечно, и жизнь, и научные достижения Поппера, так же как сама книга, не ограничиваются тем, о чем рассказано в этой рецензии. И всякому, кто хочет приобщиться к интеллектуальной атмосфере научно-философских дискуссий ХХ века (которые, к слову, продолжаются и сегодня), стоит ее прочесть. Хотя чтение будет не из легких.

Поппер Карл. Неоконченный поиск: Интеллектуальная автобиография. — М.: Издательская и консалтинговая группа «Праксис», 2014. — 290 с. Тираж 1000 экз.