О благопотребном многоглаголании

Александр Привалов
6 октября 2014, 00:00

Завершается работа над текстом, озаглавленном «Основы государственной культурной политики». Проект бумаги обсуждался в представительнейших сообществах, в рабочую группу поступило две тысячи замечаний и предложений, и к середине ноября сложится окончательный вариант «Основ…», где наиболее важные предложения будут учтены. Одновременно — «за одним разом чтобы, чтоб машину зря не гонять» — завершается работа над проектом федерального закона «О культуре». Его общественное обсуждение длится гораздо дольше — не четыре месяца, а целых три года; прошло ещё больше представительных собеседований, подано, думаю, ещё больше предложений — и вот теперь его сулят принять до конца года. Вероятно, так всё и произойдёт. Совсем скоро у нас будут и утверждённые основы культурной политики, и новый базовый закон о культуре, да только на ходе событий это скажется, по-моему, очень слабо. В тех же «Основах…» много разумных и очень разумных слов, есть полезные новации и в проекте закона. Но более или менее удачные фразы в этих текстах слабо или никак не увязаны с конкретными проблемами жизни за окном — в том числе и т. н. культурной жизни.

Авторы, впрочем, не видят тут беды. Сказано же вам, маловеры: основы политики, базовый закон. Тут-де будут сформулированы самые принципиальные принципы, а уж потом последует разработка путей их реализации, написание конкретных нормативных актов, составление программ — там и пойдёт конкретика; а сейчас-то — где ж её взять? В ходе одного из обсуждений было даже высказано пожелание: после принятия «Основ…» провести, базируясь на них, анализ ситуации в отечественной культуре. Воля ваша, это очень странно. Как можно формулировать принципы политики, если анализ положения дел отложен на потом? А ведь он отложен. Тут Минкульт торжественно выкатил «Государственный доклад о состоянии культуры в РФ в 2013 году» — теперь каждый год такие будут. Увы, доклад есть, анализа нет. Типичный канцелярский отчёт: грантов роздано… фестивалей проведено… юбилеев отпраздновано… И что? Правду злые языки клевещут, будто отечественная культура в кризисе, или неправду? Правда, будто истончается у нас слой потребителей сколько-нибудь высокой культуры, или враньё? А если истончается, то быстрее или медленнее, чем у соседей по глобусу? По каким направлениям дела терпимы, по каким явно нехороши? «Не даёт ответа». Ну а раз так, то предлагаемые основы политики и не могли выйти не отвлечёнными.

Вот обсуждение и тяготело к вопросам композиционным, стилевым и даже схоластическим. Скажем: надо ли дать в начале бумаги строгое определение понятие «культура» или не надо? С одной стороны, как же без определения про политику рассуждать, с другой же стороны, этих определений сотни — поди заставь хоть трёх интеллектуалов дружно одобрить какое-то одно. По мне, вопрос нерелевантный. Хоть вписывай определение, хоть не вписывай, из всего текста видно, что авторы большей частью имеют в виду стандартный советский штамп «культура и искусство» (а временами и попроще: «сфера досуга и развлечений»). Это, разумеется, недопустимо узко, но традиция понимать культуру именно так идёт от Луначарского и Фурцевой — какой же чиновник от неё отступит. Или ещё: надо ли акцентировать самобытность нашей культуры или лучше настаивать, что она органическая часть культуры мировой? И бесконечные споры о том, достаточно ли густо подчёркнута многонациональность России, и правильно ли расставлены слова русский и российский. (Кстати говоря, «российскую литературу» я уже видел — со дня на день ждём «российского языка».) Нет, к иным подобного же рода замечаниям я готов присоединиться; так, первая фраза бумаги: «Россия — государство, создавшее великую культуру» — совершенно неприемлема. Свет от тьмы вам не государство отделило? Однако и тут, если написать нечто менее безумное (хотя бы так: Россия — страна с великой культурой), это уменьшит число вопросов, но не увеличит числа ответов.

Вежливо говоря, не все, кто участвовал в обсуждении этих бумаг, верят, что с их появлением дела в культуре пойдут на лад, — прежде всего, конечно, из-за денег. Прямо сейчас через Думу идёт очередной бюджет. Как вы полагаете, могут ли в нём расти ассигнования на культуру, если известно, что затраты на образование и здравоохранение снижаются? Верно, не могут — и не растут. С ними даже хуже. Про образование и медицину нам рассказывают, что снижение федеральных затрат будет смягчаться за счёт регионов (у которых денег нет); в культуре же тратиться должны бюджеты местные, у которых денег нет совсем. Но не в одних деньгах несчастье. Деятели культуры — люди общительные; поговорите с ними, они вам расскажут, что им портит жизнь похуже безденежья. Они вам расскажут, например, о катастрофическом воздействии на любые учреждения культуры знаменитого закона о госзакупках (трижды клятый 94-ФЗ сменён с этого года на 44-ФЗ — легче не стало). Они вам откроют глаза на фактическую безответственность как госструктур, формально отвечающих за сохранение объектов культурного наследия, так и нечиновных лиц, такие объекты повсеместно убивающих. Они вам напомнят, что о госполитике в области культуры можно не только говорить; её ещё можно увидеть воочию в эфире контролируемых государством больших телеканалов — без сравнения главнейшего в стране инструмента формирования культурной среды. Если вы и там углядите усиленный акцент на сохранение, возрождение и приумножение традиционных культурных ценностей, вы гораздо прозорливее большинства.

Нет, я не против. Если перед тем, как сделать что-нибудь руками: хоть с переводом театральных деятелей на срочные контракты, хоть с эфирной политикой, хоть с чем — надо «сначала энциклопедию написать», то бишь утвердить «Основы…», так утверждайте скорее. Конечно, очень хотелось бы, чтобы все споры по текстам разрешились к наибольшей пользе творческих людей и их аудитории — и к наименьшей выгоде распорядителей и контролёров; но так же всё равно не будет.