Швейцарский механизм в российской оправе

Экономика и финансы
Москва, 20.10.2014
«Эксперт» №43 (920)
За последнее десятилетие отечественный private banking проделал большой путь от VIP-обслуживания до полноценного управления капиталами состоятельных людей. Теперь его задача — использовать приобретенный опыт для менее состоятельных клиентов и подготовить создание в стране полноценной финансовой системы

Иллюстрация: Игорь Шапошников

Старейшие швейцарские банки: Wegelin & Co, Pictet & Cie и Lombard Odier — выросли из рядовых торгово-финансовых предприятий, созданных во второй половине XVIII — начале XIX века. Долгое время они занимались тем же, чем и их конкуренты: что-то покупали, доставляли, продавали, выдавали кредиты коммерсантам и брали на хранение деньги. Но в середине XIX века пришло понимание, что традиционные методы ведения дел устарели. Искать владельцев крупных капиталов по всему Старому Свету, привлекать их деньги, но не под фиксированный процент, а на правах доверительного управления — так выглядела теперь их бизнес-модель.

Это положило начало истории швейцарских банков в их современном виде, банков, ставших символом престижа, надежности и конфиденциальности. Банкиры любили крупные цифры, но только если речь шла о счетах под управлением. В остальном же старались придерживаться аристократической сдержанности. Тот же Wegelin & Co до начала 1990-х годов вполне обходился штатом из трех десятков сотрудников и зданием в кантоне Сент-Галлен. Скромность компенсировалась доверием самых желанных клиентов Европы: клиенткой Wegelin была, например, Евгения Монтихо, жена Наполеона Бонапарта Третьего.

Собиратели капиталов

Сегодня последнюю французскую императрицу банкиры называли бы хайнетом (High Net Worth Individuals — высокообеспеченные частные лица). Именно с хайнетами работает так называемый рынок private banking, созданный по швейцарским лекалам банками по всему миру.

Дошли швейцарские традиции и до России. «История private banking в России начинается с 1997–1998 годов, — рассказывает Андрей Лиховид, генеральный директор дирекции частных инвестиций банка “Зенит”, — а наиболее активное и, что более важно, системное развитие данное направление получило в начале 2000-х годов. К этому времени вполне сформировалась группа состоятельных физических лиц, которые обладали крупными накоплениями и были готовы разместить их на банковские счета». Причем на постсоветском пространстве, как утверждает Илона Гульчак, председатель правления латвийского Baltic International Bank, private banking развивался вместе с клиентами: «Сначала это была необходимость в более конфиденциальном, дискретном обслуживании, затем — в обслуживании VIP-уровня и премиальных продуктах, а в середине 2000-х годов банки стали уже более широко предоставлять услуги для состоятельных лиц — возможности вложений на фондовом рынке на основе управления активами или посредством брокерских операций, альтернативные инвестиции».

Сегодня почти все крупные банки обзавелись подразделением или хотя бы продуктовой линейкой для обслуживания состоятельных клиентов. Работают на рынке и небольшие клубные банки, для которых private banking — основная специализация. Наконец, на финансовом рынке есть еще и инвестбанкиры — им-то по профессиональному кодексу положено работать с частными капиталами. Другое дело, что в России, в силу особенностей рынка, именно банки служат проводниками для хайнетов в мир сбережений и инвестиций.

У партнеров

    «Эксперт»
    №43 (920) 20 октября 2014
    Эксперт 400
    Содержание:
    Рубль фундаментально перепродан

    Но это не оградит его от новых раундов обесценения в случае дальнейшего падения цен на нефть. При этом рост ставок ЦБ нам практически обеспечен: это единственный способ, которым регулятор рассчитывает подавить разбуженные уже случившейся корректировкой курса инфляционные ожидания

    Русский бизнес
    Наука и технологии
    Потребление
    Ленинградская область
    Реклама