Имя для недрагоценного камня

Елена Николаева
3 ноября 2014, 00:00

— На что делаете ставку? — Изделия эксклюзивные и модные, в доступной ценовой категории, с полудрагоценными камнями и кристаллами, сделаны вручную

Украшения бывшего ювелирного редактора гламурных журналов Ольги Прокоповой под брендом Volha Jewelry продаются в российских, европейских и арабских бутиках. Ее копируют с первого дня продаж. Два года назад дело Прокоповой начиналось дома, а бизнес — с выложенных в Instagram фото изделий. Склонившись над столом, она с миниатюрным паяльником вручную компоновала поделочные, полудрагоценные камни и кристаллы, детали от люстры, ленты и другие подручные материалы. Со своими украшениями Ольга, во-первых, попала в восходящий тренд. Тогда — во многом это веяния кризиса 2008 года — «костюмная» (от способа ношения — поверх одежды) дорогая бижутерия стала обязательной для модниц любого достатка, примирив и тех, кто мог позволить себе драгоценности такого же размера, и тех, кому драгоценности были не по средствам. Во-вторых, стиль Ольги сразу стала узнаваем.

2012 год: попасть в тренд

Образования в части ювелирного искусства у Ольги нет. Есть, что называется, насмотренность. Прежде чем самой стать дизайнером, она лет шесть фотографировала чужие работы для российского глянца — журналов Tatler и Glamour. «Конечно, и у меня возникали ювелирные идеи. Но я совершенно не понимала, как подойти к производству. Когда начался бум бижутерии, поняла, что нужно срочно что-то предпринимать. Пыталась успеть, пока никто не реализовал идею с минералами, кристаллами крупных геометрических форм», — вспоминает Ольга.

Все сложилось в Барселоне: в середине 2012-го из магазина с камнями будущий дизайнер вышла перед самым закрытием, набрав материалов на 500 евро. Первые, еще безымянные, колье были выставлены в Instagram, и их разобрали авторитетные в мире моды девушки — знакомые по прошлой работе. Кого-то из них знали в Европе, кто-то вел шоу на российском телевидении. Пара выходов на публику. Дальше все сделали уличные фотографы и блогеры. «Что это за колье?» — комментировали пользователи фото в блогах у летописцев уличной моды. Поддержали и бывшие коллеги — редакторы модных журналов. Заказы Ольге начали поступать из Гонконга, Сингапура, Великобритании, Норвегии, Франции, Италии, а также из разных уголков России. Цены покупательниц не смущали. Начались звонки из бутиков. Московский ЦУМ выделил целую витрину рядом с международными брендами. На начинающего дизайнера обрушился золотой дождь.

Было одно «но» — со спросом Ольга не справлялась. Казалось бы, пора отложить паяльник в сторону и разместить небольшой заказ у ювелиров. Выяснилось, что в Москве заказать что-то выбивающееся из привычных форм практически невозможно, либо же это настолько дорого, что теряется весь смысл. «В России все очень ограничено шаблонами. Здесь просто нет производства бижутерии. Оно совершенно не развито. Конечно, появилось много рукодельниц, но это совершенно не тот уровень. В ювелирной отрасли еще есть какие-то задатки, а в бижутерии никто не работает с металлом. Нет такого понятия, как гальванизация сплава металла, кроме золота и серебра. То есть много разных технических моментов, и эта ниша, кстати, совершенно не занята», — объясняет дизайнер.

 84.jpg

Разнообразием деталей и камней для украшений столичные поставщики также не отличались. Пришлось везти и собирать все самой. Агаты — бразильские и мадагаскарские, стразы из Италии, фурнитура из Германии и США. И если на изготовление первого украшения ушел день, то к двухсотому (именно столько было продано за первые полгода) на каждое уходило по два часа. Наряду с нехваткой мощностей появилась и другая проблема — подделывать начали на четвертый день после публикации в соцсети.

2013 год: наращивание производственных мощностей

«Я стала искать производство на аутсорсинге в разных странах. Производить можно в Испании, Италии, Азии — в основном все производят там, но я от азиатского производства отказалась. Качество, которое меня удовлетворяло, я нашла в Италии», — вспоминает дизайнер задачи, которые ей приходилось решать год назад. Ручной труд никуда не ушел. Собственные элементы стали основой новой коллекции. Прокопова сделала чекеры (сложносочиненное украшение, которое составляет единую конструкцию, обвиваясь вокруг шеи и рук), а также «подтяжки». Несмотря на смелость, которая требуется для такого выхода, коллекция продалась быстро. Был тренд на такие формы.

2014 год: совместные проекты, расширение ассортимента

Что касается сбыта, то многим магазинам приходится отказывать — Ольга выбирает те из них, которые правильно себя позиционируют и представляют дорогие бренды. Онлайн-магазин только планируется к открытию. Заработанное реинвестируется. Отдельным способом привлечения инвестиций и источником креатива стали совместные проекты. В части украшений вместе с архитектором, которая раньше была клиенткой бренда, дизайнер выпустила линию Urban — более утонченное изделие на шею, но в нем уже больше металлических деталей. Также реализуется совместный проект в части элементов домашнего декора. Появились новые линии — клатчи, шкатулки для хранения ювелирных изделий. Уже ясны планы на 2015 год: создание ювелирной линии и аксессуаров для путешественников. «Последние коллекции стали более сложными, так как я включаю больше своих элементов, которые изготавливаются и отливаются по моим чертежам. Я отказалась от использования готовой фурнитуры. К сожалению, опыт показал, что скопировать такое изделие не составит труда. Поэтому я максимально усложняю процесс. В Urban все элементы, все техники — ювелирные. По отливу изделий, по гальванизации, по спайке металлов. Процесс очень трудоемкий, очень длительный. Конечно же, я думаю о финансовой стороне бизнеса. И это отражается в некоторой унификации изделий. Стараюсь жестче следовать какому-то модельному ряду и цветовым комбинациям, производить меньше цветовых вариантов. Однако продукт не будет массовым. Да, изготавливать вручную долго, но я очень устала от повсеместной штамповки», — объясняет свою позицию Ольга.

Издержки: подражатели

«Копирование — это повсеместно. Я была на специализированной выставке в Париже. Зашла на стенд к итальянским производителям —поговорить, посмотреть. Как только ушла, к ним зашли две русские девушки с предложением: “Сделайте нам копии”. Они говорят: “Да не вопрос. А что нужно делать?” И те на планшете начинают показывать фотографии моих украшений. Итальянцы посмеялись, перезвонили мне, спрашивают: “Как поступить?” Я отвечаю: “Конечно, копировать. Но я в доле”», — рассказывает Ольга. Некоторые поклонники ее творчества и вовсе не стесняются. «В 2013-м мне писали душевные письма, как здорово я их вдохновила и чтобы я не удивлялась, если в соцсетях появятся похожие украшения. Спрашивали, как я это делаю, где это нахожу, какие-то ключевые технические моменты», — добавляет дизайнер. Остается надеяться на лояльность покупателей к первоисточнику. Хотя таких, знающих первоисточник, наберется, может, процентов десять. В правовой части изделие защитить практически невозможно — авторские права очень размыты. «Можно выиграть дело в суде, если твои изделия были первыми опубликованы официально. Но сейчас у меня нет цели и желания доказывать. Эти кейсы станут интересны мне, когда компания, использующая мою идею, начнет зарабатывать много денег, которые можно отсудить. Я больше сосредоточена на том, чтобы создавать что-то новое, улучшать качество в каждой детали», — рассуждает дизайнер.

 85.jpg

«Постепенно включаю в процесс дополнительные опции, которые, соответственно, влияют и на качество, и на имидж. Например, изначально я упаковывала украшения в бумагу и коробку. Теперь это конверт из ткани с люминофором — светоотражающего, защитного, противопожарного материала, в котором можно перевозить вообще все, что угодно. При транспортировке его не повредить. То есть придумываю нестандартные решения. Хотя воплощать их очень сложно — на производстве все выходящее за привычный стандарт вызывает кризис. И на все требуется чуть-чуть больше времени и чуть больше инвестиций», — улыбается Прокопова.

Калькулятор

Ожидаемая чистая прибыль за 2014 — более 1 млн рублей (маржа маленькая из-за больших накладных расходов). На аутсорсинге для нее работают бухгалтер, юрист, пиарщики. Средний чек на изделие — 25 тыс. рублей.