Ответом на вызовы нынешнего кризиса должно стать повышение производительности труда в российской экономике и создание новых высокопроизводительных рабочих мест. Самый большой резерв повышения эффективности кроется в обрабатывающей промышленности

Падение цен на нефть обнажило проблемы российской экономики, хорошо известные и власти, и бизнесу, — критическую зависимость от экспорта энергоносителей, низкую производительность труда, слабость отечественного производственного сектора.

И лекарства давно известны, альтернатив им нет. Это повышение производительности труда, создание современных производств с высокопроизводительными рабочими местами. Главный потенциал кроется в обрабатывающей промышленности.

Даже конкретные показатели уже есть — создание до 2018 года 25 млн высокопроизводительных рабочих мест. Эта задача, поставленная президентом России Владимиром Путиным, была сформулирована в рамках программы «Новая индустриализация», разработанной «Деловой Россией».

Создавая этот план, мы исходили из того, что любая экономическая программа, не имеющая конкретного проверяемого KPI, может утонуть в бюрократических проволочках, быть выхолощена ими. Только при наличии измеряемого показателя можно судить об успешности принимаемых мер, корректировать проводимую политику, всегда видеть реальную картину происходящего.

Сегодня все задачи экономической повестки дня (диверсификация экономики, технологическое обновление, развитие промышленного потенциала) концентрируются вокруг одной ключевой задачи — необходимости радикального повышения производительности труда. По этому показателю мы в среднем в 2,5–3 раза отстаем от развитых стран, по крайней мере в сфере обрабатывающих производств. Так, по статистике ОЭСР, среди стран — участниц этой организации Россия заняла бы по производительности труда предпоследнее место. Она составляет примерно 39% от уровня США (примечательно, что эта цифра слабо меняется еще с советских времен).

Поэтому создание 25 млн новых (и модернизация существующих) высокопроизводительных рабочих мест (ВПРМ) и было принято в качестве KPI «Новой индустриализации».

Однако после того, как глава государства зафиксировал эту задачу в указе «О долгосрочной государственной экономической политике», изданном в мае 2012 года, нам еще пришлось выдержать серьезный спор в правительстве о методике подсчета ВПРМ.

Росстат предлагал считать их по уровню заработной платы, с чем мы были категорически не согласны, так как это серьезно деформировало бы реальную картину вещей. Ведь в России, к сожалению, уровень заработной платы далеко не всегда коррелирует с производительностью труда, особенно в госсекторе. В конце прошлого года наша точка зрения все же возобладала, и теперь оценка количества ВПРМ будет основана на отношении добавленной стоимости (для компаний и индивидуальных предпринимателей, применяющих специальные режимы налогообложения, — выручки) к числу работников. Эти решения утверждены межведомственной комиссией под руководством Аркадия Дворковича.

Этот, казалось бы, чисто бюрократический момент на самом деле весьма принципиален. В России достаточно программ поддержки малого и среднего бизнеса, развития промышленности и сельского хозяйства. Однако в силу того, что они реализуются различными ведомствам

У партнеров

    «Эксперт»
    №5 (931) 26 января 2015
    НИКАК НЕ ЛОПНУТ
    Содержание:
    Другой способ выполнять соглашение

    Ополченцы начали контрнаступление на позиции украинских войск. Сдерживать их пока некому и незачем

    Экономика и финансы
    Наука и технологии
    Реклама