Эволюция носка

Анастасия Матвеева
2 февраля 2015, 00:00

Смоленская фабрика чулочно-носочных изделий оказалась между рисками импортозависимости и возможностями, открывающимися из-за снижения конкурентоспособности зарубежной продукции на отечественном рынке

Носки — это трикотажный или вязаный предмет одежды,

предназначенный для стопы. Они являются предметом

гигиены, используются для комфортного расположения

стопы в обуви и увеличивают время эксплуатации последней.

Определение носка из типового бизнес-плана

 

Мы почти бежим по цеху с неказистой, 1980-х годов выпуска, но все еще вяжущей мужские носки техникой — к современным станкам, где весь технологический процесс управляется электроникой, а продукция, произведенная на них, даже летает в космос: белые носки с голубой каемкой были замечены на ногах российского космонавта в репортаже с МКС на сайте НАСА. «Я наши носки где угодно узнаю, — говорит работница Смоленской чулочно-носочной фабрики, наш с фотокорреспондентом проводник по цехам. — Правда, они были из старой коллекции».

Мы видим, как мелкие-мелкие иголочки в крутящемся барабане подхватывают нитки и строго по программе вывязывают мужской носок — от начала и до конца, меняя по ходу тип вязки, чтобы ввязать в него довольно сложный рисунок из пряжи, отличающейся по цвету от основной. А потом — хлюп! — носок засасывается в какую-то трубку и выворачивается с помощью сжатого воздуха с лицевой стороны наизнанку. Затем машина начинает зашивать мысок. Оказывается, на старой вязальной технике это сделать нельзя: там носки приходится выворачивать вручную, обрезать концы ниток и потом в швейном цехе зашивать на специальной машинке, при этом сам шов получается значительно грубее.

Но этим преимущества станков-автоматов не исчерпываются. «Эти могут вывязывать не только мужские носки, но и женские, и детские колготы — ассортимент с различной величиной петель в зависимости от настроек диаметра и количества игл, с различным переплетением, из различных видов сырья, махровые и гладкие, с различными рисунками…» — рассказывает на бегу наш гид. Тут машина останавливается, моргая лампочкой. Оказывается, пушинка — нить-то натуральная — попала в глазок иголки. Подходит мастер, подправляет нить, и автомат запускается снова. «Вот так: чуть неполадка, и машина останавливается, а старая продолжала бы вязать, пока вязальщица не подошла бы, и получился бы брак», — удовлетворенно поясняет наша спутница.

Непонятно, зачем предприятие продолжает держать у себя в цехах вязальное оборудование нескольких поколений. Но смысл этой производственной политики откроется чуть позже, когда нам объяснят стратегию удержания фабрикой рыночных позиций. 

 

О пользе транспортных нестыковок

Нина Никонова, председатель совета директоров компании: «Нам удалось поймать момент, когда нужно было становиться партнером сетей» noski-2.jpg
Нина Никонова, председатель совета директоров компании: «Нам удалось поймать момент, когда нужно было становиться партнером сетей»

Смоленская чулочно-носочная фабрика — предприятие с советским прошлым, которое нет-нет да и напомнит о себе: здесь можно невзначай набрести на настенные росписи в манере монументального искусства 1970-х годов, на которых радостные трудящиеся движутся вперед к трудовым победам. А еще совсем не старые работницы помнят, как девчонками вязали дешевые хлопковые чулки «в резиночку», которые носили все бабушки Советского Союза. Да и прочий ассортимент был немудрящий: эластичные женские следочки и простые мужские носки. Но в переходный — от социализма к капитализму — период фабрика удержалась на плаву и даже ни разу не допустила долгов по зарплате. Впрочем, это было не так уж сложно. Мужские носки — товар, востребованный всегда: он легко находил покупателя, расходясь мелким оптом самовывозом по многочисленным вещевым рынкам страны и через дистрибуторов — по стационарным магазинам.

Но со временем на рынке появился дешевый китайский товар и более дорогой, но тоже китайский — под европейскими марками. Причем значительная его часть поступала практически контрабандой. Да и в России открылись новые специализированные производства: организовать небольшое предприятие по выпуску носков в принципе не так уж сложно и накладно. А затем пошла волна закрытия вещевых рынков. И у руководства фабрики возникла идея переориентироваться на розничные сети, которые благодаря своим масштабам становятся перспективным каналом сбыта для любого производителя. Это решение привело к тому, что фабрика получила дополнительные конкурентные преимущества перед коллегами, имеющими аналогичное по уровню производство.

«Наш рынок текстиля раньше основывался на крупных оптовых рынках типа Черкизовского, — рассказывает Нина Никонова, председатель совета директоров компании. — Никто и не думал, что он закроется, хотя слухи ходили. И вот он закрылся. И пострадали не только люди, что там торговали, но и ряд предприятий, поставлявших туда продукцию. Но нам удалось поймать момент, когда нужно было становиться партнером сетей. Очень много усилий было брошено на это, и мы смогли компенсировать резкое падение продаж на оптовых рынках».

Цеха со старой и новой техникой  noski-3.jpg
Цеха со старой и новой техникой

А поскольку сетям выгодно набирать как можно больший ассортимент у одного поставщика, на руку фабрике сыграло преимущество крупного производства, состоящее в возможности предложить требуемую широту ассортимента по конкурентоспособной цене. «Изначально позиции сетей значительно сильнее, чем у производителей. На первом этапе они говорят: что вы нам предложите? И вы им предлагаете, предлагаете… Но сейчас у нас уже появился взаимный интерес. С нами может нелюбезно поговорить любая сеть, но и мы можем сказать: хорошо, ищите себе другого поставщика на 10 миллионов рублей в месяц. К тому же сеть может выбирать: взять носки по 20 рублей за пару, по 40 или дороже. Она может выбрать рисунок: например, мы выпускали по лицензии носки с олимпийской тематикой, на них был просто ажиотажный спрос. А широта портфеля плюс эффект масштаба производства позволяет нам поддерживать конкурентоспособные цены», — говорит моя собеседница.

Конечно, не все проходило гладко. Так, смоляне никак не могли пробиться на полки одного из крупнейших российских ритейлеров через отдел закупок. И вот однажды г-жа Никонова, направляясь на выставку легкой промышленности в Вологде, оказалась на одном авиарейсе с генеральным директором этого гиганта розницы. Случилось так, что самолет до Вологды не долетел, сев в какой-то тьмутаракани, откуда всем пассажирам пришлось два часа добираться до места назначения на автобусе, да еще по разбитой дороге и в плохую погоду. В такой обстановке попутчики, чтобы не поддаться мрачному настроению и скоротать время, обычно вступают в непринужденную беседу. В итоге смоленские носки оказались в магазинах этого розничного оператора.

Цеха со старой и новой техникой  noski-4.jpg
Цеха со старой и новой техникой

В настоящее время половина продаж компании приходится на сетевую торговлю. Ее продукция присутствует во всех пяти крупнейших российских сетях и многих сетях поменьше. 

 

Сэндвич с бамбуком

Носки из машин падают в специальные мешки. Вязальщицы вынимают их, а затем складывают в аккуратные стопочки. На фабрике специально продумали этот процесс: аккуратно сложенный носок швеи быстрее заправляют в свои машины, когда зашивают мысок. А кроме того, будь они сложены кучами, на них образовались бы заломы — а ведь партия может попасть в швейный цех или формовку не сразу, заломы зафиксируются, и смятость останется — то есть будет потеряно качество  noski-7.jpg
Носки из машин падают в специальные мешки. Вязальщицы вынимают их, а затем складывают в аккуратные стопочки. На фабрике специально продумали этот процесс: аккуратно сложенный носок швеи быстрее заправляют в свои машины, когда зашивают мысок. А кроме того, будь они сложены кучами, на них образовались бы заломы — а ведь партия может попасть в швейный цех или формовку не сразу, заломы зафиксируются, и смятость останется — то есть будет потеряно качество

Собственно, с началом сотрудничества с сетями, ради расширения ассортимента и началась эволюция смоленского мужского носка. Предприятие вступило на путь инноваций, чтобы создавать продукцию на разных уровнях соотношения цены и качества. Для того чтобы достичь разнообразия по этому параметру, пришлось одновременно осваивать и новое сырье, и новое оборудование: возможность сочетать различные волокна и различные типы вязки создает необозримое поле комбинаций.

Большие возможности разнообразить продукт и обеспечить его качество заложены в волокне. Правда, прежде необходимо было обрасти надежными поставщиками качественной пряжи — крепкой, чтобы не было простоев из-за обрывов, ноской, хорошо прокрашенной, приятной на ощупь, позволяющей носку держать форму даже после многочисленных стирок. Эти поставщики, как это ни горько звучит, оказались иностранными, в основном турецкими. Правда, для самых простых и дешевых носков все еще закупается хлопковая пряжа из Узбекистана, оттуда же идет суровье для дешевых детских колготок. Есть еще производство волокна в Иванове, но цена его выше узбекского, а по качеству оно хуже турецкого.

Партнеры по волокну стимулировали смолян к дальнейшему обновлению и расширению ассортимента. Конечно, на фабрике давно знали, что носки бывают чисто хлопковыми, то есть натуральными, но быстро снашиваемыми и постоянно сползающими, и хлопковыми с эластомерной ниткой, увеличивающей срок службы носков и к тому же позволяющей им лучше сидеть на ноге. Но зарубежные производители несколько лет назад вывели на рынок бамбуковое волокно — более гигроскопичное, чем хлопок, к тому же с естественными антибактериальными свойствами. А в последнее время хитом на рынке стали носки из сои, которая гораздо мягче, чем другие типы волокна, и долго держит цвет, в который была окрашена. А есть еще лен для лета и мерсеризованный хлопок, проходящий специальную процедуру типа обжига и отличающийся от обычного шелковистым блеском. Самые дешевые из выпускаемых фабрикой — носки из узбекской пряжи. До начала валютных потрясений они стоили 22 рубля, а носки из турецкого хлопка или бамбука примерно вдвое дороже – 40 рублей (именно они являются самым массовым артикулом), а носки из сои — в два с половиной раза  - около 50 рублей. Правда  в рознице это соотношение нарушается: самые дешевые носки стоят 22-23 рубля, бамбуковые (в экономичных сетях) – 44-45 рублей, а вот цена соевых в тех же сетях превышает 80 рублей.

На попадающих в швейный цех носках вязальный аппарат в конце цикла вязки вывязывает из самой дешевой пряжи светлую кромочку, чтобы швея правильно заправила мысок в направитель и шов получился ровным. Мысок зашивается, кромка отрезается и выбрасывается. Потом носок сжатым воздухом с изнаночной стороны выворачивается налицо  noski-5.jpg
На попадающих в швейный цех носках вязальный аппарат в конце цикла вязки вывязывает из самой дешевой пряжи светлую кромочку, чтобы швея правильно заправила мысок в направитель и шов получился ровным. Мысок зашивается, кромка отрезается и выбрасывается. Потом носок сжатым воздухом с изнаночной стороны выворачивается налицо

Дальше в игру вступает оборудование. На фабрике оно разное: из Чехии, Кореи, Италии. Не все эти машины полного цикла, то есть состоящие практически из двух машин — вяжущей и зашивающей, доводящие операции до зашивания мыска. Но все соблюдают минимальные современные стандарты качества, например вывязывают носок с двойной резинкой, надежно удерживающей его на ноге, тогда как старая техника вяжет лишь одинарную.

Различия в классах современных машин проявляются в качестве вязки. Чем больше иголок, вывязывающих носок, тем меньше петелька и плотнее вязка, тем тоньше пряжу можно использовать и тем лучше носок. Только лучшее итальянское оборудование способно выдать вязку на уровне дорогих европейских изделий. Машина такого класса на фабрике всего одна, и эксплуатируется она не так уж активно: подобные носки пока мало востребованы в каналах сбыта, выбранных фабрикой, в сетях предпочитают более массовый товар. Разве что в космос кто-нибудь слетает.

Впрочем, и не достигая высот классности, иностранное оборудование позволяет и рисунок ввязать — даже трехмерный, выпуклый, и связать для лета носок в сеточку из льна, чтобы «у мужчин нога в жару дышала», и произвести теплый махровый носок переплетением «сэндвич»: плюшевой петлей внутрь так, что натуральное волокно будет прилегать к ноге, а синтетическая нить, придающая носку форму, останется на поверхности. Более того, появляется возможность изменить фасон изделия. Так, на рынке популярен спортивный носок: с укороченным паголенком, который лучше обычного смотрится с кроссовками. Плюс в спортивном носке в след изделия ввязывается резинка, чтобы тот не сползал и не натирал ногу при активных занятиях.

В цехе, где носки формируют, самая тяжелая на носочном производстве работа. Это самый горячий цех на фабрике: носки натягиваются на формы и для закрепления проходят через разогретые камеры. Кондиционеры в цехе снижают температуру ненамного noski-6.jpg
В цехе, где носки формируют, самая тяжелая на носочном производстве работа. Это самый горячий цех на фабрике: носки натягиваются на формы и для закрепления проходят через разогретые камеры. Кондиционеры в цехе снижают температуру ненамного

Свою лепту в процесс создания инновационного носка вносит и химическая лаборатория предприятия. Здесь разработали технологию антимикробной и антигрибковой обработки, что очень важно при применении хлопкового волокна, не обладающего естественной защитой, подобно бамбуку. Препараты, которые здесь используют, довольно давно применяются в текстильном производстве, связанном с медициной, но до сих пор никогда не использовались в производстве обычных носков: «Для носков технологии обработки этими препаратами не существовало, мы ее сами разработали. Препараты дорогостоящие и для такого простого продукта применять их казалось излишним. Но сейчас люди могут себе позволить быть здоровыми и внутри, и снаружи. А поскольку мы хотим быть конкурентоспособными, мы и придумываем различные решения для носка, о которых раньше никто не думал», — рассказывают в лаборатории.

А технологи придумали эксклюзивный метод работы с волокном из ангоры. До этого на предприятии намучались с его внедрением, так как это толстая пряжа и не на каждом вязальном аппарате ее можно связать. Пришлось специально подбирать и отлаживать оборудование, способное с ней справиться. И освоить дополнительный технологический процесс — войловку, чтобы носок был мягче. 

Будущее — за женщинами с детьми

 noski-9.jpg

Впрочем, разнообразный ассортимент не единственное преимущество во взаимодействии с фабрикой, которое может заинтересовать отечественные сети. Близость производства и не связанная с таможней доставка позволяют производителю и торговле более гибко взаимодействовать друг с другом: «Сети, конечно, заказывают носки в Китае. Но контейнер из Китая — это, во-первых, предоплата. А во-вторых, минимум пару месяцев этот контейнер к нам плывет. И хорошо, если приплывает вовремя — нет шторма или каких-то других форс-мажоров. А нам из сети позвонили: ребята, нужно это, это и еще это. Мы сказали “да” и очень быстро все сделали», — поясняет Нина Никонова.

К тому же фабрика старается дать сетям больше чем поставку, дополнив ее услугами. В одной из детских сетей, например, менеджеры предприятия следят за выкладкой товара, инвентаризируют остатки носков и составляют заказ на них — у них зачастую больше опыта с этой категорией, чем у продавца. А для другой — взрослой — смоляне перешивали бракованную партию китайского трикотажа.

Несмотря на это, риски во взаимоотношениях фабрики с розницей остаются. Как-то раз сотрудник одного из крупнейших торговых операторов, ответственный за категорию, ошибся и кратно завысил объем заказа, и фабрика, планирующая производство с расчетом на аналогичные поставки и впредь, столкнулась со значительным их снижением: сеть долго распродавала остатки со склада. Другой ритейлер все время старается вернуть остатки, возникающие не по вине производителя, а из-за того, что категорийные менеджеры сети неверно прогнозируют спрос, — фабрика в такой ситуации больше теряет на транспортных расходах, чем получает дохода. Был случай, когда, доставив товар на склад одной из небольших сетей, смоляне увидели там ОМОН: начав выяснять, поняли, что с этой сетью такое в порядке вещей, и отказались от дальнейших отношений.

Работницы проверяют носки на отсутствие дефектов, разнооттеночности, нарушений в петельной структуре (она должна быть ровной, без изгибов), правильность отделки, мягкость и ровность шва, состыковку рисунков. Если есть небольшие отклонения, носок идет вторым сортом, но иногда продукция возвращается в цех. Здесь же подбираются пары носков по размеру и рисунку. Норма для сортировщиц — 3500 пар. А фактически они делают 4500–4800 пар. Раньше они работали, как и все, в две-три смены, но сейчас только в одну, поскольку в слишком ранние и поздние часы дня внимание у людей рассеивается, и они могут пропустить дефекты noski-010.jpg
Работницы проверяют носки на отсутствие дефектов, разнооттеночности, нарушений в петельной структуре (она должна быть ровной, без изгибов), правильность отделки, мягкость и ровность шва, состыковку рисунков. Если есть небольшие отклонения, носок идет вторым сортом, но иногда продукция возвращается в цех. Здесь же подбираются пары носков по размеру и рисунку. Норма для сортировщиц — 3500 пар. А фактически они делают 4500–4800 пар. Раньше они работали, как и все, в две-три смены, но сейчас только в одну, поскольку в слишком ранние и поздние часы дня внимание у людей рассеивается, и они могут пропустить дефекты

Тем не менее курс на упрочение позиций в сетевой торговле компания сохраняет. Будущее во взаимоотношениях с сетями здесь видят в расширении женского и детского ассортимента, а также бельевого трикотажа. Для трикотажа полотно закупается за рубежом, но фасоны и лекала отечественные. Здесь одну коллекцию пижам и ночных сорочек даже назвали итальянской — настолько удачным оказался дизайн, вызвавший бум спроса. В цехе трикотажа утверждают, что он очень удобный и мягкий — сами, уверяют, носим. Вспоминают, как не разгибая спины работали над заказами по олимпийской тематике — еле, говорят, выжили.

Намеченные объемы производства трикотажа таковы, что на старой чулочно-носочной фабрике для него уже не хватает места: его предполагается производить на недавно приобретенной производственной площадке в Вележе, под Смоленском. Надежды на нее возлагаются большие: она велика по площади, да и в городке безработица, значит, достаточно людских ресурсов. Под развитие трикотажного производства, как, впрочем, и для поддержки другого направления — производства женских колготок из хлопка с лайкрой и из бамбука с лайкрой, необходимо приобретать дорогостоящую высокопроизводительную зарубежную технику. «К сожалению, на дешевом оборудовании мы и колготки получим не лучшего качества, и трикотаж тоже», — замечает Нина Никонова.

А здесь партии носков упаковывают в целлофан noski-011.jpg
А здесь партии носков упаковывают в целлофан

Вот только в настоящее время эти планы, да и налаженное производство оказались под угрозой. Импортная составляющая продукции предприятия очень велика — только эластан для носков можно купить в России. Так что валютные скачки самым неблагоприятным образом влияют на себестоимость что носков, что пижам. А сети между тем давят на поставщиков, стараясь не допустить слишком резких скачков розничных цен. И в чем-то они правы: потребители еще с начала 2014 года сокращают потребление. Как отмечают маркетологи, если раньше женщины сразу брали в магазине 8–10 пар колготок, то теперь покупают одну пару. На носках для мужа массовая покупательница старается сэкономить, покупая дешевую китайскую продукцию, а для детей хотя и предпочитает купить отечественные колготки, носочки и пижамки, но переходит на экономкласс.

Впрочем, теоретически с падением курса рубля возможности Смоленской фабрики, как и других российских компаний на отечественном рынке, увеличиваются, так как импортная продукция становится менее конкурентоспособной. А чтобы реализовать это преимущество, смолянам как раз пригодится старое советское оборудование. «Мы давно хотели отказаться от него, — говорит Нина Никонова, — но в определенном сегменте рынка дешевая продукция, сделанная на нем, востребована. И не исключено, что без нее продажи нашей средней и дорогой продукции сократятся, так как берут, как правило, определенный ассортиментный портфель: и совсем недорогое экономкласса, и средний ценовой сегмент, и сегмент выше среднего».

Не только носки: машины вышивают узоры на пижамах  noski-012.jpg
Не только носки: машины вышивают узоры на пижамах