Разрыв мобильного шаблона

Сергей Тихонов
28 февраля 2015, 16:00

Создав новый продукт на рынке большеэкранных смартфонов, компания Yota Devices удивила капризный мир потребительской электроники. Но подчинить себе этот мир компания сможет лишь в том случае, если сумеет привлечь инвестиции в полмиллиарда долларов

Технологию интегрированного второго экрана компания Yota Devices в перспективе планирует продавать другим производителям смартфонов и планшетов

Российский частный бизнес столкнулся с беспрецедентным ухудшением условий: кредитные ресурсы фактически оказались недоступны, внешние рынки заблокированы, потребительский спрос сокращается. Компании, рискнувшие вложиться в технологии, в еще более тяжелом положении — окупить такие крупные инвестиции невозможно. Бизнес-история, которую мы хотим рассказать, настолько диссонирует с этой мрачной картиной, что вызывает искреннее любопытство.

Многие знают, что в продаже появился «первый русский смартфон» под названием YotaPhone, в который впервые в мире интегрирован полнофункциональный дисплей, разработанный по технологии электронных чернил. Однако мало кто знает, что этот аппарат занял первое место за инновации на всех престижных профильных международных выставках и фестивалях, включая Мобильный конгресс в Барселоне, CES в Лас-Вегасе и «Каннских львов» во Франции. Крупнейший в мире мобильный оператор Vodafone начал продавать российское устройство в Европе «в приоритетном порядке»; аналогичные соглашения были заключены с ведущим дистрибутором мобильной электроники в Китае Potevio и крупнейшим на Ближнем Востоке оператором связи EtiSalat. YotaPhone-2 публично купили основатель корпорации Apple Стив Возняк и целый ряд других именитых персон. По оценкам аналитиков, в течение года компания сможет продать до 2 млн устройств, заняв около 3% глобального рынка в сегменте большеэкранных смартфонов.

Сможет ли московский стартап встроиться в глобальную кооперацию в отрасли и выйти на массовое производство, сравнимое с грандами рынка мобильной электроники Samsung и Apple? Покажет время. Однако уже сейчас можно констатировать, что небольшой стартап, выделенный из оператора связи, всего за год смог вырасти в компанию, которая, по сути, начала формировать несуществующую в России отрасль потребительской электроники.

Банановый король и другие авантюристы

История компании Yota Devices — это не бизнес-план и его методичная реализация и не многократно выверенное вложение капитала расчетливых инвесторов. Старт этого бизнеса вообще нельзя привязать к стандартным формулам инвестиций, известных в рыночной экономике. Мы бы сказали, что это гремучая смесь авантюризма, харизмы лидера и бронебойной воли к победе. Учитывая устойчивый скепсис потребителей во всем мире по отношению к «русским гаджетам» (в том числе в самой России), смешной для этой отрасли объем инвестиций 15 млн долларов (затраты на разработку новой модели у конкурентов составляют 150–200 млн) и отсутствие опыта работы на рынке потребительской электроники, это был сумасшедший риск. Прежде всего для людей, которые вложили в эту безумную авантюру свои деньги. Таким смелым инвестором стал фонд Telconet и его владельцы, известные предприниматели Сергей Адоньев и Альберт Авдолян — фигуры в российском бизнесе сами по себе яркие и с интересной историей капитала.

В 1993 году Адоньев вместе с Владимиром Кехманом и Олегом Бойко основал компанию «Олби-Джаз», которая стала практически монопольным поставщиком в Россию сахара и фруктов из Латинской Америки. В 1996 году она была преобразована в Joint Fruit Company (JFC) и до сих пор занимает лидирующие позиции на российском рынке фруктов. По данным Forbes, в 1996-м окружной калифорнийский суд приговорил его к штрафу в размере 4 млн долларов и к 30 месяцам тюрьмы за нарушение запрета на торговлю с Кубой и отмывание денег. Отбывая срок в Аризоне, он придумал бренд Bonanza — под этой маркой в России и сейчас продается большинство бананов (по оценке аналитической группы Ved-Stat, около 46% рынка). В 2001 году Сергей Адоньев продал свою долю в JFC и стал активно инвестировать в телекоммуникации, в 2006-м вместе со своим новым партнером Альбертом Авдоляном создал инвестфонд Telconet, главным проектом которого стало создание первого в России оператора связи стандарта 3G под названием Yota. Как вспоминает знакомый Сергея, «он всегда чувствует перспективу, отлично просчитывает на пять шагов вперед и заранее знает, куда надо вкладывать деньги. Это настоящая акула бизнеса. Поэтому, когда в мире только начали появляться беспроводные технологии передачи данных, он уже начал искать партнера для генерации этого рынка в России».

Директора новой компании Yota Devices Владислава Мартынова акционеры нашли среди топ-менеджмента корпорации Microsoft yota-vladik.jpg
Директора новой компании Yota Devices Владислава Мартынова акционеры нашли среди топ-менеджмента корпорации Microsoft

В 2006 году совладелец петербургской компании «Корус консалтинг» Денис Свердлов и владельцы Telconet Capital Сергей Адоньев и Альберт Авдолян (через кипрский Woodenfish) приняли решение первыми привести в Россию 3G — создать оператора, работающего без проводов, на основе технологии WiMAX. Название компании было придумано в ходе SMS-переписки. «Что если Yota?» — спросил в шутку Денис. Однако, как они вспоминают, это имя настолько въелось в сознание, настолько оказалось звучным и запоминающимся, что решили его оставить. Генеральным директором нового предприятия был назначен Денис Свердлов. Позже предприятием заинтересовалась госкорпорация «Ростехнологии», которой партнеры продали 25% акций.

Бизнес на продажу

В 2006 году в мире было всего пять стран, начавших внедрять WiMAX-стандарты: Индия, Китай, Индонезия, США и Тайвань. Россия благодаря Yota стала шестой. На запуск и развертывание сети у партнеров ушел всего год. В мае 2007-го был запущен в тестовую эксплуатацию первый сегмент сети, а осенью 2008-го Yota первой в России развернула полнофункциональные сети WiMAX на территории Москвы и Санкт-Петербурга. В 2010 году Yota объявила о переходе на новый стандарт передачи данных LTE (4G). В мире на тот момент была предпринята всего одна попытка начать строительство сети четвертого поколения — в Нью-Йорке. В ночь с 9 на 10 мая 2012 года сеть WiMax Yota была выключена, а вместо нее была запущена сеть LTE. В конце 2011-го на телекоммуникационном рынке появилась информация, что акционеры оператора договорились с Алишером Усмановым о продаже своего бизнеса «Мегафону». К середине лета 2012 года было завершено объединение телекоммуникационных активов компаний «Мегафон» и «Скартел» (торговая марка Yota) в новую структуру — Garsdale Services Investment Limited. «АФ Телеком Холдинг» Алишера Усманова внес в капитал Garsdale более 50% акций «Мегафона» и получил в холдинге 82% акций, в то время как «Ростехнологии» и Telconet Capital (владеют 25,1 и 74,9% Yota соответственно) передали в Garsdale 100% «Скартела» и поделили 18% долей в объединенной компании — в той пропорции, в которой они владели долями в «Скартеле». «Мегафон» был оценен примерно в 15 млрд долларов, «Скартел» — в 1,18 млрд (вместе с долгами — 1,5 млрд долларов). Через год Garsdale продал входящий в него «Скартел/Yota» «Мегафону», и таким образом сделка была окончательно завершена.

Глава госкорпорации Росэлектроника Денис Свердлов yota-denchik.jpg
Глава госкорпорации Росэлектроника Денис Свердлов

«Было сразу понятно, что Yota — это бизнес на продажу, — рассказывает один из топ-менеджеров “Евросети”, пожелавший сохранить инкогнито. — Но я никак не мог предположить, что они смогут это сделать настолько выгодно. Всего за несколько лет акционеры “Скартела” вложили около 150 млн долларов, включая лицензии, инфраструктуру, раскрутку и так далее. А продали уже за полтора миллиарда. Красавцы! Это надо уметь! Вообще, бизнес по взращиванию бизнеса и последующей продаже его профильному крупному игроку рынка — весьма прибыльный, но рискованный. Таким делом целенаправленно могут заниматься только очень хваткие дельцы, имеющие большой и при этом успешный управленческий опыт, а также огромные связи в корпоративной среде».

Однако продана «Мегафону» была не вся Yota, а только та ее часть, которая занимается предоставлением услуг связи, то есть сам оператор. А отдел технических разработок, работающий над созданием средств приема и распределения сигнала этого оператора: модемов, роутеров, маршрутизаторов и т. д., за месяц до слияния в Garsdale был выведен из состава компании путем реорганизации и создании на его основе отдельной компании — Yota Devices. Конечно, все это происходило при согласии всех заинтересованных сторон. «Мегафону» этот актив был не нужен, он не профильный. А собственники самой Yota поверили в одну новую и крайне рискованную идею, которой сумел их заразить директор холдинга Денис Свердлов.

«Наладить разработку “этого добра” можно без проблем»

Сокурсники Дениса по питерскому Инжэкону рассказывают, что даже в 1990-е он часто спорил с преподавателями и доказывал, что в России, чрезвычайно богатой инженерными талантами, можно за короткий срок построить конкурентоспособную отрасль потребительской электроники. Елена Чувашова, сидевшая с ним за одной партой (специальность «Бухучет и аудит», выпуск 2000 года), узнав, что именно Денису принадлежит идея создания русского смартфона, пришла в восторг: «Так он все-таки добился своего! Вот молодец! Еще студентом, держа в руках тот кирпич, который в то время именовался телефоном, он утверждал, что в этом аппарате ничего сложного для наших ученых нет и наладить разработку “этого добра” в России можно без проблем. Только, говорит, ленятся люди…»

Перед Свердловым встала задача найти «классного менеджера, который занялся бы этим проектом и растил его как своего сына». Поскольку целью была быстрая экспансия на глобальный рынок, причем практически без денег, то этот человек должен обладать солидным управленческим опытом работы на западных рынках. При этом с русским языком в качестве родного. И он нашел такого человека — в корпорации Microsoft.

«Дениса Свердлова я знаю лет семнадцать, — вспоминает генеральный директор Yota Devices Владислав Мартынов. — Даже когда я уехал в Америку, работал в штаб-квартире Microsoft, мы с ним поддерживали связь. Денис в принципе знает меня как человека, который любит разрывать шаблоны, в большой корпорации поработал, свой бизнес сделал, и стартапов у меня несколько было очень успешных. И несколько лет назад он мне позвонил и сказал: знаешь, у меня есть такая идея… Хочется, чтобы ты занялся этим проектом».

Корпорация Hi-P (Сучжоу, Китай), собирающая телефоны Blackberry, стала производственным партнером Yota Devices. Первый заказ на сборку составил 650 тыс. YotaPhone 2 с возможностью увели- чения до 2 млн к концу года yota-hi-p.jpg
Корпорация Hi-P (Сучжоу, Китай), собирающая телефоны Blackberry, стала производственным партнером Yota Devices. Первый заказ на сборку составил 650 тыс. YotaPhone 2 с возможностью увели- чения до 2 млн к концу года

Владислав подходил идеально. К моменту запуска Yota Devices он уже двадцать лет реализовывал масштабные проекты в сфере информационных технологий, успешно выводил локальные компании в число глобальных лидеров (среди них российская AxxonSoft и канадская Wild Apricot). Последний бизнес у него купила корпорация Microsoft за сумму, в 12 раз превышающую объем инвестиций, а через пару лет Билл Гейтс пригласил его в штаб-квартиру возглавить глобальный дивизион корпорации по бизнес-приложениям — компанию Columbus IT, которая была на грани банкротства. Русская команда во главе с Мартыновым за два года вывела компанию в лидеры мировой отрасли. Капитализация увеличилась втрое, прибыль пошла уже через пять месяцев. В США это была резонансная история: пришли русские и спасли символ Америки Microsoft от больших проблем. Непонятно, как его переманили с такой позиции в международном бизнесе заниматься каким-то стартапом в России. Сам Владислав говорит, что ему захотелось на родину. 

Безумная идея, или Как создать российский Samsung

Приехав из Америки, Мартынов возглавил крохотный коллектив из шести человек, которые сидели и размышляли над тем, как должен выглядеть телефон будущего. «Там было много интересных идей, — рассказывает он, — одна самая интересная, которая привлекла мое внимание, — это телефон с двумя экранами. И мы с командой собрались и стали думать: а для чего может быть второй экран, как его можно использовать? Во всех современных смартфонах много неудобств. Например, батарейка быстро разряжается. Или телефон всегда находится в спящем состоянии. Много приложений и полно всякого контента, в онлайне всегда что-то происходит, и мы по сто раз в день берем его, включаем, просто чтобы проверить, что там нового. И каждый раз это отвлекает нас от разговора, от каких-то дел. И каждый раз нам приходится включать дисплей. А дисплей — самый энергопотребляющий элемент в телефоне. Поэтому быстро садится батарейка. К тому же долго читать неудобно, потому что глаза быстро устают. И очень неудобно использовать смартфон на ярком солнце. Мы поняли, что есть одна причина, которая создает много неудобств, и решили разместить на задней панели еще один дисплей, который использует технологию электронных чернил».

Через пару месяцев работа в команде пошла очень активно. Для освоения темы производства гаджетов и обрастания связями среди поставщиков Мартынов уехал на мировую фабрику — в Китай — и фактически остался там жить на полгода. Свердлова же судьба унесла из бизнеса в правительство: новый министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров, назначенный в мае 2012 года, попросил Дениса заняться давно назревшей реформой отрасли телекоммуникаций. Так инициатор идеи «русского смартфона» стал заместителем министра связи.

Итак, концепция устройства была готова: это должен быть дорогой телефон, визуально исполненный в стиле минимализма, обладающий двумя дисплеями с двух сторон, один из которых монохромный, на основе технологии E-Ink. Почему команда замахнулась сразу на высший ценовой сегмент рынка, понять можно. Да, количество потенциальных потребителей будет ограниченным, однако новую бюджетную модель сложнее продвигать на рынке. Появление же топового устройства всегда привлекает внимание общества и СМИ, поэтому можно выводить продукт на рынок, даже не имея рекламного бюджета. Специалисты, с которыми общались инициаторы идеи, в основном говорили, что из-за отсутствия необходимых технических компетенций и инженерных специалистов в России без партнерства с действующим крупным вендором из ЕС, США или Кореи сделать это будет невозможно. И тут Мартынову повезло: старейший в мире производитель сотовых устройств финский концерн Nokia, не выдержавший конкуренции с новыми грандами отрасли из Кореи, Китая и США, приступил к массовому сокращению персонала.

Специалистам корпорации Hi-P пришлось освоить новые технологии, примененные в YotaPhone российскими разработчиками. Например, подложки к обоим экранам выполнены из графита особой структуры, а антенна впервые встроена прямо в шасси. Это сделано для уменьшения теплообмена и толщины телефона yota-kitayci.jpg
Специалистам корпорации Hi-P пришлось освоить новые технологии, примененные в YotaPhone российскими разработчиками. Например, подложки к обоим экранам выполнены из графита особой структуры, а антенна впервые встроена прямо в шасси. Это сделано для уменьшения теплообмена и толщины телефона

Руководитель департамента развития Торгово-промышленной палаты Финляндии Эрик Суоннонен в беседе с «Экспертом» выказал искреннее удивление: «Они очень вовремя подхватили людей из Nokia. Среди них были действительно настоящие спецы, которые двадцать лет и больше работают в сфере создания аппаратной архитектуры сотовых телефонов. На эти бриллианты тогда развернулась настоящая охота: приезжали из Apple, Samsung, Lenovo, HTC. Но они выбрали предложение никому не известной российской компании Yota Devices. Не знаю, какие золотые горы пообещали русские, но центр перспективных разработок корпорации Nokia практически всей командой перешел в Yota».

Чтобы легче было переманить людей, компания открыла собственный офис в финском городе Оулу, там же, где был инженерный центр Nokia. Одновременно был развернут набор специалистов в ведущих технических вузах страны, их сразу отправляли на стажировку в Финляндию, а впоследствии, после открытия представительств в Сингапуре и Китае, — в Азию. Таким образом удалось не просто сформировать профессиональную команду разработчиков, но и освоить уникальные технические компетенции, которыми просто так с российской компанией никто делиться бы не стал.

Процесс разработки первого опытного прототипа устройства занял около года, после чего остро встала задача налаживания производственной цепочки.

Марафон в Поднебесной и люди-паровозы

Почти все производственные ресурсы потребительской электроники находятся в Китае, и на полгода Владислав Мартынов с семьей переехал в Сингапур, поселившись недалеко от компании, которую хотел заполучить в технологические партнеры. «Все в Азии пытаются тебя обмануть, — отмечает он. — Вести бизнес в Азии — значит лично контролировать все, понимать все процессы на детальном уровне, разбираться во всех нюансах процесса разработки, сборки и тестирования телефона, понимать, какие комплектующие у кого можно купить. Только когда ты сам компетентен во всех вопросах на том же уровне, что и твои потенциальные партнеры, можно избежать непредвиденных неприятностей и получить именно тот результат, о котором договаривался. Только тогда тебя начинают уважать и оставляют попытки кинуть тебя по-крупному. Например, тебе нужно два станка, каждый из которых стоит сотни тысяч долларов, а тебе пытаются продать четыре, убеждая, что без лишних двух вся работа встанет.

Чтобы понять эту “китайскую грамоту”, мне приходилось много летать.

Было сложно убедить такие глобальные корпорации, как Qualcomm, работать с нами. Я объяснял топ-менеджерам на личных встречах, что мы можем совершить революцию с их помощью, и это будет сопоставимо с тем, как в свое время Apple создал iPhone, что это резонансная тема, за этими инновациями будущее. На начальном этапе мне, конечно, никто не верил: я был для всех безумным человеком с не менее безумной идеей телефона с двумя экранами. Но я не сдавался: возвращался во второй, третий, четвертый раз. Если идею не принимал вице-президент, я шел к президенту, а от него выходил на акционеров. Вот так я смог продать идею Qualcomm, Intel и другим поставщикам комплектующих».

Потом Мартынов понял, что его напора не хватает, надо поднять западную прессу, экспертное сообщество, чтобы они сами сказали, что это интересный продукт. Поэтому он решил рассказать о концепции телефона задолго до того, как появился первый коммерческий образец. За год до старта, в 2012 году, он рассказал о телефоне в Лас-Вегасе, на самой крупной в мире выставке потребительской электроники CES. Там аппарат показали нескольким журналистам из ведущих хайтек-изданий. На следующий день его пригласили на номинацию награждения «Лучшее устройство года» и неожиданно присудили первую премию. После этого стало намного проще договариваться с поставщиками, несмотря на низкие объемы. «Я им показывал публикации и говорил: вы рискуете упустить уникальную возможность участвовать в проекте, который поменяет всю отрасль. Я продолжал часами рассказывать об идее, концепции, выстраивал личные отношения. После этого мы инвестировали в создание трех прототипов — когда собеседники своими глазами видели физически существующую модель, они быстрее понимали суть, фишку. Я использовал любую возможность сделать так, чтобы о нас говорили, и в результате это сработало — мы попали в информационное поле», — вспоминает Владислав.

Новая компания — разработчик смартфона решила не проводить дорогостоящий брендинг, а воспользоваться уже известным именем своей материнской компании — оператора Yota yota-yota.jpg
Новая компания — разработчик смартфона решила не проводить дорогостоящий брендинг, а воспользоваться уже известным именем своей материнской компании — оператора Yota

Удивительно, но, несмотря на антироссийские настроения в Европе и США, западные СМИ восприняли российскую новинку благосклонно, многие даже с восхищением. Глобальный Forbes посвятил YotaPhone целых четыре больших материала, один из которых — на главной странице, CNews — три статьи и 20 новостей за полгода, The Wall Street Journal — три развернутых материала с анонсом на обложке. О том, что русские придумали интересный телефон, который может конкурировать с топовыми моделями ведущих мировых производителей, писали все крупные газеты и журналы мира. Десятого февраля в эфире крупнейшего немецкого телеканала ARD в популярной программе Galileo показали битву «iPhone 6 против YotaPhone 2», в которой по сумме преимуществ выиграл российский смартфон.

Основатель корпорации Apple Стив Возняк, увидев YotaPhone, сказал: «Я только сегодня увидел этот аппарат. По-моему, я где-то о нем читал, но, видимо, недопонимал, что имелось в виду. И мне бы хотелось такой иметь. Это отличная идея, когда один из экранов — низкопотребляющий. А на нем всегда что-то полезное. Даже если это просто красивая картинка. Но я не могу сидеть и ждать, когда он появится, определенно хочу такой прямо сейчас». Потом Стив пригласил Мартынова на ужин, в процессе которого увлеченно расспрашивал, как удалось сделать этот аппарат.

Глобальная экспансия

Инвестиции в НИОКР продукта составили 15 млн долларов, что на порядок меньше, чем у конкурентов, включая китайцев. Apple инвестировала в R&D первого iPhone 150 млн долларов, у Nokia уходило на модель в среднем 200 млн долларов. То есть компания — разработчик российского смартфона в десять раз эффективнее больших брендов. Эффективность скорее вынужденная, вызванная жизненной необходимостью. Это как человек, которого бросили в воду, за считанные минуты приобретает умение плавать. На брендинг компания решила вовсе не тратиться, а использовать бренд Yota, который достаточно известен в России и неплохо звучит для западного уха. Каналы сбыта пришлось искусственно ограничить из-за невозможности прибегать к демпингу и низкого объема производства. Одной из составляющих цены товара является маржа розничного партнера. Поэтому новый телефон стали продавать только онлайн, а также через розничную сеть продаж оператора Yota и небольшую торговую сеть «Деликатесы стерео» — компании, с которыми удалось договориться на более низкий процент.

«Представьте, какая была бы ситуация: вы зашли бы в “Евросеть” и увидели бы там йотафон по 45 тысяч рублей, а не по 39, как сейчас. Наверное, посмотрели бы, порадовались, что он там на полке стоит, но, наверное, не купили бы, да? Мы не можем выйти в такие сети, как “Связной” и “Евросеть”, потому что там очень высокая маржа. Бизнес-модель, по которой они работают, предполагает эту маржу. Выйти на них с телефоном за 45 тысяч рублей — это, наверное, большее зло, чем выйти на рынок не с пятью тысячами точек, а с тысячей», — объясняет Мартынов.

YotaPhone первого поколения был произведен малой партией 12 тыс. штук и предназначался для проверки самой концепции проекта. Вся партия была продана через сайт значительно раньше, чем планировали инициаторы проекта: за семь месяцев вместо двенадцати. А до физического ритейла так и не добралась — не хватило. Через три месяца после старта продаж стало очевидно, что у YotaPhone однозначно есть рыночное будущее, и компания приняла решение идти до конца. Архитектуру и дизайн устройства доработали до конечного товарного вида — углы закруглили, заменили процессор на топовый Qualcomm Snapdragon 801, задний экран на электронных чернилах сделали полнофункциональным — теперь управление телефоном можно целиком вывести на низкопотребляющий дисплей, включая социальные сети, почту, игры и даже видео.

Партнера-сборщика в Китае поменяли — вместо маленькой фабрики был выбран международный концерн Hi-P, расположенный в Сучжоу. Он не так известен широкой публике, как, например, Foxconn. Но именно он производит все телефоны Blackberry со дня основания бренда. Задача Hi-P заключается и в сборке российского телефона, и в доведении его архитектуры до серийного производства. Контракт заключен на выпуск первичной партии 150 тыс. штук для первого квартала 2015 года и возможности производства от 450 тыс. до 600 тыс. устройств за год в зависимости от реальных потребностей рынка. Но прогноз оказался излишне консервативным: за два месяца продаж (декабрь-январь) компании удалось продать 122 тыс. телефонов, притом что на основных рынках — в Китае, США — реализация еще даже не началась, она стартует со второго квартала года. По итогам 2015 года в целом планируется продать от 1,5 млн до 2,2 млн штук и занять порядка 2,5–3% мирового рынка в сегменте большеэкранных смартфонов, в 2016-м — от 2,4 млн до 3 млн, то есть от 3 до 5% объема рынка.

Сравнительная динамика глобальных продаж наиболее популярных моделей смартфонов и YotaPhone 2 в декабре 2014-го и январе 2015 года yota-tabl.jpg
Сравнительная динамика глобальных продаж наиболее популярных моделей смартфонов и YotaPhone 2 в декабре 2014-го и январе 2015 года

Yota Devices развернула сеть сейлз-офисов — по одному в каждом макрорегионе. Уже работают офисы во Франкфурте, Дубае, Сингапуре, Канаде, Китае и Москве. Продажи стартовали в 20 странах мира, с марта будет уже 40. Рекламной поддержки самый минимум — только через интернет, социальные сети, через так называемых opinion-лидеров, которые работают на продукт своим авторитетом и имеют свой доверительный канал коммуникаций. Стоимость продукта в рознице составляет 700 долларов — это на уровне Samsung Galaxy S5 с 32 Гб памяти (такой же объем у YotaPhone 2).

Вице-президент компании E-Mobile, владеющей розничной сетью мобильной электроники в США и Канаде, Джон Суотер в беседе с «Экспертом» выразил уверенность в перспективах российского телефона на американском рынке: «Американский потребитель сугубо эгоистичен и расчетлив. Поэтому все разговоры о том, что YotaPhone у нас провалится в продажах, потому что он российский, не имеют ничего общего с реальностью. Когда речь идет о покупке товара, потребителю совершенно наплевать на политику, на войны и так далее. За первые недели после объявления о начале продаж у нас уже очередь желающих выстроилась, думаем даже заказывать дополнительную партию сверх контракта, если такая возможность есть у производителя. Будем выяснять». Стэнли Чэнг, глава офиса Yota Devices в Китае, тоже полон оптимизма: «Мы наблюдаем живой интерес к YotaPhone 2 в Китае, хотя смартфон у нас еще не продается. На наш взгляд, это один из главных критериев, который убедительно свидетельствует, что этот смартфон изменил рынок мобильных средств связи и задал для него новый вектор развития — в сторону высокотехнологичных устройств с двумя экранами. Смартфон отличается от всех других продуктов в этом сегменте за счет наличия второго экрана и принципиально новых сценариев использования телефона».

В прошлом году YotaPhone 2 получил рекордное количество наград и премий за инновации на ведущих выставках Европы и США. Уже осенью интерес к телефону стали проявлять ведущие ритейлеры и операторы связи. В октябре был заключен контракт на реализацию YotaPhone с ведущим оператором связи мира Vodafone (более 40 тыс. салонов связи в 25 странах мира, в основном Евросоюза), который обязался продавать продукт в Европе, выделяя его на витрине. Затем в ноябре было заключено аналогичное соглашение с крупнейшим оператором связи на Ближнем Востоке — компанией EtiSalat. Сейчас же очередь дошла до восточноазиатских рынков, наиболее перспективный из которых — китайский: 11 февраля компания заключила контракт с крупнейшим в КНР дистрибутором потребительской электроники государственной корпорацией Potevio, которая входит в тройку крупнейших в Азии дистрибуторов мобильной электроники.

 

Нужны большие инвестиции

 

Проект YotaPhone, безусловно, уже можно считать состоявшимся. Однако при запланированном переходе на следующую ступень развития — выходе на массовое производство и реальной конкуренции с лидерами рынка — могут возникнуть объективные проблемы. Большинство независимых специалистов, с которыми нам удалось пообщаться, отмечают один существенный недостаток устройства с коммерческой точки зрения — его цену. Да, она сопоставима с флагманом Samsung Galaxy S5, и по техническим характеристикам они практически идентичны, но корейская компания вложила в продвижение своего аппарата (только последнего поколения) уже более 460 млн долларов и продолжает агрессивную рекламную кампанию с использованием практически всех массовых медиаканалов. У Yota Devices такой возможности нет. Притом что даже такие огромные инвестиции в маркетинг не гарантируют успеха: сейчас лучшую динамику продаж показывают более дешевые смартфоны китайских производителей, которые вышли на рынок недавно, — HTC, Lenovo и др., а тот же Samsung скатился до пятой строчки по динамике продаж в мире. Один из топ-менеджеров российского офиса Samsung на условиях анонимности отметил: «YotaPhone — отличный смартфон, если честно, я бы купил. Но не за такие деньги». Однако для снижения стоимости продукта компании необходимо вложиться в оптимизацию бизнеса, в технологии автоматизации разработки и производства и хотя бы на каком-то уровне обеспечить маркетинговую поддержку для экспансии на рынок. В конечном итоге необходимо выйти на массовое производство, сопоставимое с грандами отрасли, — от 5 млн штук в год. Тогда можно будет оптимизировать контракты с поставщиками комплектующих и всеми подрядчиками компании. Сделать все это без больших финансовых ресурсов невозможно. Опрошенные нами эксперты из различных стран едины во мнении: если сейчас инвестировать в проект хотя бы полмиллиарда долларов, то буквально через пару лет он с вероятностью, близкой к 100%, войдет в тройку лидеров мирового рынка.

«Я патриот своей страны, в которой родился и вырос. И мне хотелось бы, чтобы в стране появлялось как можно больше таких проектов, как наш, — говорит Владислав Мартынов. — В перспективе они могут стать локомотивами в создании совершенно новых отраслей. Такие компании-двигатели помогают выводить наш российский потенциал — интеллектуальный, менеджерский — на глобальный рынок и конкурировать с международными компаниями. Пусть даже занимая очень небольшие доли нишевых рынков. Тем не менее лиха беда начало».