И заместить, и замахнуться

Галина Костина
15 июня 2015, 00:00

На конкурсе стартапов в Сколкове команды убеждали слушателей в том, что российские инноваторы могут делать конкурентоспособные продукты и создавать решения не только для внутреннего рынка, но и замахиваться на мировой

В Сколкове 2–3 июня уже в третий раз прошла крупнейшая в Европе международная конференция и конкурс стартапов Startup Village. Более 10 тыс. посетителей, среди которых инноваторы, инвесторы, чиновники, студенты, ученые. Солнце, музыка, энергичные волонтеры. Круглые столы, конференции, семинары. Последний интригующий аккорд — награждение победителей. В финал пробились 26 стартапов более чем из 300 команд, отобранных, в свою очередь, более чем из 600. Команды-финалисты должны были за четыре минуты по очереди убедить жюри, что их продукт технологически новаторский, вполне реализуемый и есть команда, которая с этим справится. Среди таких продуктов — новые композитные материалы, которые нужны для производства беспилотников и многих других агрегатов; 3D-принтеры, способные напечатать щитовидную железу или индивидуальный удобный ортез для человека, сломавшего руку или палец; робот, помогающий магазину резко увеличить продажи; уникальное кровоостанавливающее средство; кандидат в новое лекарство от рака.

Ждут жюри. Нет ни через обещанные пять минут, ни через десять, ни через пятнадцать. Команды в ожидании стоят на сцене, напряжение растет. Ведущий шутит и начинает звать членов жюри в микрофон. Наконец на сцену поднимается председатель жюри Наталья Касперская и объявляет троих победителей. Третье место и грант в миллион рублей — проект «РеалТаргет», второе с грантом два миллиона — проект «Тектум» и первое с грантом три миллиона — проект «Гравитон». Наталья Касперская отмечает, что члены жюри практически моментально определились с победителем, но подсчет оценок для определения второго и третьего мест потребовал времени.

Охранник на визг не реагирует

Максим Сомов, предприниматель из Екатеринбурга, представляющий проект-победитель «Гравитон», держит в руке что-то почти невидимое и говорит, что это нечто может стать самым лучшим и экономичным защитником вашего дома. Идея такого датчика, по словам Сомова, возникла у него в процессе установки чужих систем безопасности. «Мы прилагали массу усилий, чтобы спроектировать инсталляцию этих систем, смонтировать их, — рассказывает Максим, — и хотели придумать что-то более удобное и к тому же экономящее наши усилия. И стали думать, каким образом это можно сделать. И думали мы над этим больше пяти лет». А поводом для инновации стал обычный уже смартфон, вернее, акселерометр, который в смартфоне или планшете управляет, к примеру, положением изображения. В автомобильном видеорегистраторе он улавливает тревожные события — резкое торможение, ускорение, столкновение и проч. Акселерометр — прибор, измеряющий разность между истинным ускорением объекта и гравитационным ускорением, — также используется во многих навигационных системах, например летательных аппаратов или подводных лодок. Максим говорит, что идея была достаточно очевидной. И уже позже, когда он стал заниматься патентованием, был немало удивлен, что никому эта идея в голову не пришла. В патентном ведомстве вначале тоже покачали головой и сказали, что вряд ли удастся получить патент — наверное, таких систем пруд пруди. Ан нет.

Инновационный датчик охранной системы «Гравитон» «слушает» и анализирует частоту колебаний, например, оконной конструкции. Можно по-разному стучать в стекло, колебания не изменятся. И лишь при нарушении целостности стекла появится изменение колебаний, которое будет зарегистрировано и станет сигналом тревоги. Разумеется, ноу-хау заключается не в известном акселерометре, а в уникальной системе обработки сигнала с датчика.

Максим Сомов, проект «Гравитон», 1-е место zzzzzzzzzzzzzzzzzzzskolkovo2.jpg
Максим Сомов, проект «Гравитон», 1-е место

По словам Максима Сомова, существующие на рынке детекторы реагируют на движение или звук разбитого стекла. Многие из них имеют свои недостатки. Они могут быть сложными для монтажа, а еще одна неприятная проблема — ложная тревога: «Вы разбили тарелку в доме или завизжал малыш — сигнализация сработает». С извещателем «Гравитон» можно совершенно спокойно находиться в доме, не выключая сигнализацию и не боясь постоянных ложных завываний охранной системы. Маленькое устройство легко монтируется, к примеру, в оконную раму, оно совершенно невидимо для глаза потенциального взломщика. Это устройство может контролировать не только целостность стекол, но и дверей, стен, потолков, любых перекрытий. Используя эту технологию, команда Максима Сомова сконструировала еще один прибор, которым заинтересовалось военное ведомство. Прибор получает сигналы с небольших датчиков-карточек, которые могут находиться на расстоянии двух километров от него. Такая карточка, например, может лежать на важном ящике с оружием на складе: если его начнет кто-то двигать, прибор это зафиксирует. Или карточка может лежать в кармане часового и подаст сигнал тревоги, если тот вдруг упадет и будет обездвижен. Установленная на дверях, она передаст сигнал при их открывании. Команда участвовала в Днях инноваций Минобороны, где и была замечена экспертами, участвовала в Международном военно-техническом форуме. В прошлом году на международной выставке MIPS — «Охрана, безопасность, противопожарная защита» проект «Гравитон» занял первое место. «Для нас это была, пожалуй, первая серьезная экспертиза, потому что выставка проходит уже двадцать лет и проекты там оценивают очень серьезные профессионалы. И они первыми нам сказали, что мы их удивили», — говорит Сомов.

Изобретатель внимательно изучил рынок и был немало удивлен, что похожих датчиков нет ни в нашей стране, ни в других странах мира. Сомов имеет два российских патента, поданы заявки на патенты в США и Европе. По его словам, мировой рынок охранных систем сейчас оценивается примерно в 100 млрд долларов. В ближайшее время команда планирует наладить серийное производство и посмотреть на реакцию рынка: «Понятно, что совершенно новая технология, неизвестная рынку, должна сначала показать себя, чтобы первая волна покупателей оценила новый продукт». Заказ на первую партию у компании уже есть.

Команда провела небольшое исследование, чтобы оценить планы потенциальных конкурентов, и выяснила, что в этой области никто не планирует революций и не предвидит их. «Мы уже есть, но нас не предвидят», — удивляется Максим. Расслабляться, однако, команда не собирается: «Мы-то как раз стараемся предвидеть. И понимаем, что, как только выйдем на рынок, начнут появляться аналоги. И мы будем делать новые модификации нашего датчика, чтобы он всегда был лучше. У нас есть универсальная платформа, но новые функции будут добавляться за счет программирования».

Разработками уже интересовались инвесторы. Однако Максим Сомов хочет найти партнера, который будет работать в команде и вкладывать деньги. Доля, которой готова поделиться компания, составляет 30% и стоит примерно полмиллиона долларов. Эти деньги нужны для организации серийного производства. Сомов уверен, что проект будет успешным. Вопрос лишь во времени: чем раньше появится искомый партнер, тем лучше.

«Тектум» остановит кровотечение

Второе место в конкурсе стартапов получила компания «Тектум» за инновационное кровоостанавливающее средство. Уникальный гемостатик — средство, способное остановить кровотечение, — разрабатывался биологами и химиками Нижегородского госуниверситета им. Н. И. Лобачевского много лет. Идея заключалась в том, чтобы воздействовать на систему естественного гемостаза, ответственную за жидкое состояние крови, целостность сосудов, предупреждение и остановку кровотечений. И когда стало понятно, что прообраз такого продукта появился, была создана компания «Тектум».

Разработчики создали совершенно новый состав для гемостатика. Природный хитозан — полисахарид, получаемый из панцирей крабов и креветок, — служит биоразлагаемой матрицей, на которую удобно «насаживать» другие компоненты гемостатика. В частности, соединения кальция, которые отвечают за кровоостанавливающие функции. Основное преимущество нового гемостатика в том, что он имеет гелеобразную форму, которая при застывании образует эластичную прозрачную пленку, со временем рассасывающуюся. Он работает быстро (в опытах на мышах венозное кровотечение останавливалось за полминуты) и к тому же имеет антибактериальные свойства.

Михаил Горшенин, проект «Тектум», 2-е место zzzzzzzzzzzzzzzzzzzskolkovo3.jpg
Михаил Горшенин, проект «Тектум», 2-е место

Несмотря на то что уже пройдена стадия НИОКР и проведены доклинические исследования на мышах, команда продолжает совершенствовать продукт. В частности, подбираются пропорции действующих веществ для конкретных случаев применения. «Мы также хотим сделать новую форму для применения при экстренной помощи в виде губки, пропитанной гемостатиком, — рассказывает гендиректор “Тектума” Михаил Горшенин. — Когда начинается кровотечение, мы интуитивно хотим прижать это место, а не просто нанести гемостатик. Поэтому такая губка, впитывающая часть крови, будет более удобной в применении врачами скорой помощи». Основное же потребление гемостатиков приходится на больницы. «Главное, чтобы наш продукт оценили врачи, тогда у нас не будет проблем с продажами», — считает Горшенин. Даже несмотря на то, что гемостатиков на рынке очень много, Михаил Горшенин уверен, что конкурентные качества инновационного продукта и адекватная цена сделают свое дело.

«Тектум» планирует сам дойти до производства. «Рынок сейчас перегрет, предложений подобных продуктов очень много, так что инвесторам гемостатики не очень интересны, — говорит Михаил Горшенин. — Впрочем, мы чувствуем в себе силы вывести продукт на рынок. Посмотрев на реакцию российского рынка, мы будем более активны с выходом на мировой».

Убить клетку опухоли

Третье место отдано проекту RealTarget за разработку нового противоопухолевого препарата. Задача далеко не из простых. Эра таргетных противоопухолевых препаратов фактически началась в XXI веке. И у обывателя появилась иллюзия, что наконец-то пришел конец раку. Однако несмотря на научные прорывы, сейчас известны всего лишь считаные мишени, ассоциированные с онкологическими заболеваниями, на которые можно воздействовать с помощью препаратов.

Одна из мишеней, интересующая разработчиков лекарств, — ганглиозид GD2. Эта молекула липидной природы, находящаяся на поверхности клеток, характерна для многих опухолей. Она является маркером для таких заболеваний, как нейробластома, меланома, мелкоклеточный рак легкого. Пока в мире нет препарата, который воздействовал бы на опухоль через GD2. В мире пытались сделать антитела к ней, но это оказалось делом непростым. Ганглиозиды — это целая семья молекул, и не все они опухолеассоциированные, так что антитела потенциально могут иметь массу побочных эффектов. К тому же, по словам руководителя проекта научного сотрудника отдела иммунологии Института биоорганической химии РАН Романа Холоденко, антитело хуже связывается с липидом, чем с белковым рецептором. И главная функция антитела — вызов иммунного ответа организма для борьбы с опухолью: антитело, связавшись с рецептором, как бы ставит на него флажок, призывая иммунных киллеров. «В случае воздействия на ганглиозид иммунная реакция может принести много побочных эффектов, — рассказывает Роман Холоденко, — поэтому мы решили пойти другим путем. Наш подход заключается в использовании не целых антител, а их фрагментов. Антитело состоит из двух частей. Мы убираем ту часть, которая вызывает иммунный ответ, а оставляем ту, которая связывается с GD2. Эта связка провоцирует гибель клетки. В своей работе in vitro и в опытах на мышах мы показали, что этот механизм работает, клетки опухоли гибнут». Этот проект находится на ранней стадии, еще не совсем закончены НИОКР. Поэтому, по словам Романа Холоденко, инвесторы пока проявляют заинтересованность в разработке, но не делают никаких предложений, для них слишком рано. Обычно их интересует успешность второй стадии клинических исследований. «Мы планируем года через полтора приступить к доклинике, — говорит Роман. — Но для этого тоже нужны ресурсы. Особенно сейчас, когда реактивы подорожали почти вдвое. Мы рассчитываем стать резидентом Сколкова и получить для следующего этапа грант».

Поддержать стартаперов

У «РеалТаргет» есть реальные шансы стать резидентом Сколкова. По словам директора кластера биомедицинских технологий фонда «Сколково» Кирилла Каема, в кластере в ходе двух конкурсов (один — Startup Village, второй — отраслевой, длившийся около полугода) ознакомились примерно с сотней биомедицинских проектов. «Сейчас в кластере около 240 проектов, — рассказывает Кирилл Каем. — Примерно тридцать-сорок в год мы теряем, по разным причинам. Но стараемся их восполнить. Однако для того, чтобы получить сорок, нам нужно профильтровать несколько сотен в рамках подобных конкурсов». В кластере жесткая, независимая, слепая экспертиза, которая отфильтровывает примерно один из пяти проектов. «Наша задача — попытаться помочь пройти “долину смерти” тем проектам, которые уже сделали научную часть, иногда что-то запатентовали. Дальше встает вопрос коммерциализации, бизнес-планов, патентов. Это как раз тот период, когда фонды, поддерживающие научную часть работы, уже сделали свое дело, а для инвесторов час пока не настал».

Роман Холоденко, проект «РеалТаргет», 3-е место zzzzzzzzzzzzzzzzzzzskolkovo4.jpg
Роман Холоденко, проект «РеалТаргет», 3-е место

Кластер работает всего пятый год, а биомедицинские проекты, как известно, имеют цикл десять-пятнадцать лет. Тем не менее уже есть ряд успешных проектов. Один из первых резидентов биомедицинского кластера, Уральский центр биофармацевтических технологий, получив грант, продвинул свои исследования, прошел процесс масштабирования лекарственного препарата, получил разрешение Минздрава. Теперь препарат триазавирин с выраженным противовирусным действием вышел на рынок. Еще один успешный проект ведет компания «Эйдос-медицина». «Ребята сделали симуляторы для врачей хирургов, которые конкурируют с лучшими мировыми образцами. Они настолько хороши, что ими охотно оснащают учебные центры не только в России, но и в Турции, США, Японии», — говорит Кирилл Каем.

Продукт компании «Аэлита» — инжекторная система искусственной вентиляции легких — тоже уже успешно используется в клиниках. «У нас сейчас немало проектов лекарственных препаратов, которые подходят ко второй фазе клинических исследований, — продолжает Кирилл Каем. — И они уже представляют интерес для профильных инвесторов».

Для многих стартапов стремление стать резидентом Сколкова связано не только с возможностью получить грант фонда, хотя и это немаловажно. Как признавались многие участники конкурса, в первую очередь для них было важно мнение экспертов, общение со специалистами, хорошо ориентирующимися не только в науке, но и в бизнес-моделях. По словам Кирилла Каема, в рамках поддержки научного сообщества фонд проводит несколько конференций в год, в частности в прошлом году они были посвящены 3D-печати и регенеративной медицине, онкологии. Кластер проводит так называемые pharma’s cool, в которых участвуют студенты, аспиранты, молодые ученые. Они встречаются с грандами фарминдустрии. Заканчиваются эти мероприятия ярмарками вакансий. Для резидентов работают 32 центра коллективного пользования.

«Грантами мы поддерживаем примерно треть проектов, — рассказывает Кирилл Каем. — Они варьируются от пяти до 150 миллионов рублей. В прошлом году мы одобрили гранты на 470 миллионов рублей. При этом все же самая важная часть для стартаперов — прохождение экспертизы самого высокого уровня. Это становится для них отличной школой».