Круг сжатия

Политика
Москва, 14.09.2015
«Эксперт» №38 (957)
В последние месяцы проявился целый ряд новых конфликтных зон: Молдавия, Таджикистан, необходимость помощи Башару Асаду в Сирии, — которые влияют на международную политику России не меньше, чем украинский конфликт

Да, сегодня Украина — ключевой вопрос российской дипломатии, наличие которого препятствует реализации целого спектра внешнеполитических задач. Гражданская война на Украине и вынужденное вовлечение в нее Москвы мешает нормализации российско-европейских отношений, а также эффективной реализации концепции евразийской интеграции. Однако в последнее время перед Министерством иностранных дел РФ встал целый ряд других проблем, требующих оперативных, нетривиальных и иногда тяжелых решений. Прежде всего это ситуация в Таджикистане и Молдавии, а также комплекс проблем, связанных с самим фактом существования в Сирии и Ираке террористической группировки ИГ*.

Отчасти поэтому Владимир Путин и летит в ООН, где не только выступит на Генассамблее, но и, по всей видимости, проведет закулисные переговоры с нужными людьми. В конце концов, иногда проблемы России (например, касающиеся Средней Азии или Сирии) являются одновременно проблемой и многих других государств. И решать их лучше всего совместно.

*«Исламское государство», также «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ), — организация, запрещенная в России.

Куда двигаться?

На важнейшем направлении — украинском — Россия оказалась перед крайне непростой дилеммой. Обстоятельства требуют от нее сменить подход к решению украинской проблемы или хотя бы пригрозить таким шагом.

Ни для кого не секрет, что вот уже почти год Кремль четко придерживается концепции сохранения единой федеративной нейтральной Украины в посткрымских границах, играющей не по правилам антироссийского форпоста, а по правилам буферного государства. Для России, упустившей Украину в 1990-е и 2000-е, это лучший из плохих сценариев. И казалось, что в «Минске-2» Россия его продавила — вместе с Францией и Германией, которые в целом разделяют российское ви́дение будущей Украины, Владимиру Путину удалось принудить Петра Порошенко подписаться под федерализацией.

Однако процесс забуксовал сразу же по возвращении украинского президента из Минска. Личные интересы Порошенко противоречат национальным интересам Украины, ему нужна не федерализация, а возобновление военных действий в виде наступления ополченцев и России — только так президент Украины может получить новые деньги и поддержку из-за рубежа, сорвать российско-европейские переговоры о компромиссе и консолидировать общество, задающее все больше неудобных вопросов об экономическом состоянии страны. Поэтому Петр Порошенко взял курс на срыв Минских соглашений и последовательно его проводит, нарушая эти соглашения пункт за пунктом. Украина продолжает обстрелы территории ЛНР и ДНР, отказывается принять закон о безусловной амнистии, учитывать мнение ополченцев при подготовке поправок в конституцию (их итоговый вид дает понять, что никакой децентрализации, о которой говорилось в Минске, не будет) и в закон о проведении местных выборов, а также вообще отказывается вести диалог с ополченцами, не желая, таким образом, признавать их стороной конфликта. Не имея возможности принудить Киев соблюдать Минские соглашен

У партнеров

    «Эксперт»
    №38 (957) 14 сентября 2015
    Демократия здоровья
    Содержание:
    На фронте и в тылу российской медицины

    «Общероссийский народный фронт» выступил с резкой критикой реформы здравоохранения. На повестке дня оказался принципиальный вопрос: какова конечная цель реформ и справится ли с этим одно государство?

    Наука и технологии
    Политика
    Культура
    Потребление
    Русский бизнес
    Реклама