Не время расширять границы

26 октября 2015, 00:00

Новость о том, что планируется референдум о вхождении Южной Осетии в состав России, на некоторое время буквально повисла в информационном поле — настолько она выглядела неожиданно и неправдоподобно

Президент Южной Осетии Леонид Тибилов поднимает свои шансы победить на новых выборах заявлениями о возможности присоединения республики к России

На встрече с помощником российского президента Владиславом Сурковым глава республики Леонид Тибилов отметил, что воссоединение с Россией является вековой мечтой югоосетинского народа, — так гласил пресс-релиз. В Кремле, впрочем, поспешили заявить: речь просто шла о том, что в Южной Осетии «очень много сторонников интеграции с Россией». Однако Тибилов, несмотря на сигнал из Москвы, упорно гнул свою линию. На сайте президента появился официальный комментарий: хотя вопрос о референдуме не стоял в повестке встречи с Сурковым, тем не менее была выражена готовность к его проведению.

С большой долей вероятности можно утверждать, что никаких официальных переговоров со Цхинвалом об объединении Россия не ведет, а заявление — собственная инициатива Тибилова. Лишь один штрих. Два года назад партия «Единая Осетия» официально обратилась с предложением организовать плебисцит по этому вопросу. Тогда глава республики отреагировал крайне негативно, заметив, что референдум способен навредить государственности Южной Осетии, а инициативу и вовсе назвал пиар-акцией. Но время изменило его позицию: рейтинг нынешней власти невысок, не за горами выборы, а сюжет с объединением набирает все большую популярность. Причем если элиты рассчитывают на возросшие потоки денежных средств из Москвы, то в народе мечтают о более жестком контроле федерального центра за самими элитами и чиновниками. Собственно, ни для кого не секрет, что невероятные деньги, которые дарит Россия республике, до людей не доходят, а уровень и качество жизни в Южной Осетии едва ли лучше, чем десять-пятнадцать лет назад. Официальных данных нет, но в прессе фигурирует цифра примерно в 45–50 млрд рублей за последние семь лет как прямой помощи бюджету, так и потраченных на инфраструктурные проекты «Газпрома» и РЖД. По словам заместителя председателя российского правительства Александра Хлопонина, в 2015 году объем нашего финансирования составит 3,6 млрд рублей.

С учетом этих цифр, между прочим, можно сделать интересный вывод: проблема с интеграцией лежит не в экономической плоскости. Возьмем для сравнения крымскую историю. В 2015 году федеральный бюджет безвозмездно выделил полуострову 50,7 млрд рублей. А объем федеральной целевой программы (ФЦП) развития Крыма и Севастополя на несколько лет составит 658 млрд (из них чуть меньше половины — затраты на строительство Керченского моста). При этом население Южной Осетии (52 тыс. человек) в 44 раза меньше населения Крыма (2294 тыс. человек), а территория меньше в семь раз. И если годовые выплаты в осетинский бюджет увеличить соответственно числу крымчан, то получим 158 млрд рублей, заметно больше выделенных дотаций и ФЦП. Конечно, это очень грубые расчеты и не совсем релевантное сравнение, хотя бы потому, что структура федеральных дотаций на Крым многоканальна и они значительно превышают прямые поступления в местный бюджет. Но очевидно, что экономически Россия потянет еще одну небольшую республику.

За рамками этих подсчетов остается вопрос контроля за расходами. За последние двадцать пять лет в республике сложилась жесткая, коррумпированная элита, привыкшая греть руки на российской помощи и контролировать все процессы в государстве. Приход российских дотаций она воспримет на ура, но попытки влиять на внутренние дела — в штыки, вплоть до разжигания националистических настроений. Этот риск серьезнее, чем кажется, новая горячая точка на Кавказе нам не нужна.

Главным препятствием для референдума являются не экономические, а политические издержки. Во-первых, нарушится пусть и хрупкий, осторожный, но уже не враждебный контакт с Грузией. Во-вторых, референдум опять заставит волноваться наших соседей, опасающихся «захватнических» амбиций Москвы. Подозрения — плохая основа для интеграционных процессов на постсоветском пространстве. В-третьих, будет спровоцирован эффект домино, когда о своих планах объединения с Россией заявят и Абхазия, и Приднестровье. Возникнет немой вопрос у жителей ДНР и ЛНР. Наконец, в случае включения Южной Осетии в состав России вместо отмены антироссийских санкций мы столкнемся с их усилением. Возможно, они коснутся экспорта энергоресурсов, то есть последствия для экономики окажутся на порядок тяжелее сегодняшних.