О культурной стратегии

Разное
Москва, 23.11.2015
«Эксперт» №48 (966)
С проектом бумаги под названием «Стратегия государственной культурной политики на период до 2030 года» происходит странное

Фото: Эксперт

Его вроде бы обсуждают в профессиональных собраниях; пресса сообщает об откликах на него; к 1 декабря — то есть уже через неделю — его представят в правительство, что, в общем, будет практически равносильно принятию. Но ни на сайте Министерства культуры, ни на сайте головного разработчика проекта, Института культурного и природного наследия имени Лихачёва, этой бумаги нет. Больше того: внимательно почитав отклики, можно заметить, что диспутанты опираются на разные варианты текста (ну, или очень уж по-разному его читают). От принятых у нас общественных обсуждений, неизменно управляемых самими авторами бумаг, и всегда-то проку мало, а уж если и актуального варианта текста нет в общем доступе, проку, боюсь, не будет совсем. И стратегия будет утверждена в лучшем случае никакая, а в худшем — вредная.

В известном смысле она заведомо будет никакая, поскольку её мало кто прочтёт. Сотню страниц канцелярщины (вынужден оговориться: я не могу ручаться, что вижу актуальную версию текста) даже по диагонали пробегут очень немногие. Кабы отказ от подобающей стратегам лаконичности позволил добиться ясности, оно бы и ладно, — так ведь и ясности нет. Взять хоть ключевой принцип проекта: государство должно поддерживать и развивать только ту культурную деятельность, которая обеспечивает передачу ценностей российской цивилизации. А что же это за ценности такие? Частное лицо подобный вопрос, не моргнув глазом, отвергает: либо по-интеллигентски («если надо объяснять, то не надо объяснять»), либо по-простому («так ты и этого не знаешь? да я тебя сейчас…»). Государство же, объявляющее свою стратегию, так отвечать не должно бы, но отвечает практически так же. Виднейшее место среди ценностей российской цивилизации проект отводит «семейным ценностям», подчёркивая, что речь идёт о «традиционной семье». Прежде чем спросить, чем отличны российские семейные ценности от соседских аналогов, спросим, о какой именно традиционной семье идёт речь. Если о семье времён «Домостроя», то одно дело, о семье времён развитого социализма — дело совсем другое; если же о всех сразу — и патриархальных деревенских семьях, и образованных городских «до без царя», и о нынешних, цветущих на фоне гендерного равенства и органов опеки, — так не то что никакой российской специфики не экстрагируешь, вообще в руках остаётся один благомысленный туман. Та же картина с другой важнейшей для проекта ценностью, сохранением «коллективной исторической памяти». Их же много. При Николае эта самая коллективная память была одна, при Сталине другая, при Брежневе третья, в конце 80-х — начале 90-х годов прошлого века — четвёртая, сейчас — какой-то безумный микст из них всех с нарастающей примесью невежества. Которую сохранять-то будем и как, если составляющие этой коллективной памяти пока ни на грош не примирились?

Мне скажут, чтобы я не валял дурака, придираясь к деталям. Культурная политика государства должна быть нацелена на сохранение национальной культуры? Несомненно, да. На сохранение и развитие. Но размытость текс

У партнеров

    «Эксперт»
    №48 (966) 23 ноября 2015
    Тотальная война
    Содержание:
    Ндуку догоняют Европу

    О том, как разрешить глубокий социальный конфликт, вызванный европейской миграционной политикой, мы беседуем с директором Института глобализации и социальных движений Борисом Кагарлицким

    Реклама