Арабский капитал встал на рейде

Альмира Нагимова
8 февраля 2016, 00:00

Эмиратская компания DP World подписала соглашение с РФПИ о создании СП, которое инвестирует в российские порты до 2 млрд долларов. Успешная реализация этой сделки позволит прервать череду целой серии не слишком удачных вложений арабских инвесторов в нашу портовую инфраструктуру

В рейтинге глобальной конкурентоспособности по качеству портовой инфраструктуры ОАЭ находится на третьем месте, а Россия — на 81-м из 144 возможных

Едва ли не единственным для нашей страны практическим результатом форума в Давосе неожиданно для всех стало соглашение об инвестициях в российскую портовую инфраструктуру. Его подписали глава Российского фонд прямых инвестиций (РФПИ) Кирилл Дмитриев и президент дубайской компании DP World Султан Ахмед бен Сулейм. Согласно этому документу, в течение нескольких месяцев стороны создадут и зарегистрируют в международной юрисдикции совместное предприятие DP World Russia, которое вложит в различные российские порты и предприятия транспортной и логистической инфраструктуры до 2 млрд долларов. Это СП на 80% будет принадлежать DP World, а на 20% — РФПИ. Именно в такой пропорции будут финансироваться и конкретные проекты. То есть DP World вложит порядка 1,6 млрд долларов, а РФПИ вместе с другими инвестиционными фондами Ближнего Востока, в рамках своей модели автоматического совместного инвестирования,— 400 млн долларов. «Это очень важная для нас сделка, птому что DP World приносит не только инвестиции, но и современные технологии как в существующие проекты, так и в новые, — говорит Дмитриев. — У нас уже есть три сделки по портам, по которым мы находимся на финальной стадии проработки. В том числе мы активно смотрим на возможность развития порта Тамань. Но не только. Новому совместному предприятию интересны все портовые проекты». Правда, какие именно, глава РФПИ уточнять не стал. Не сделал этого и президент DP World. По словам Султана Ахмеда бен Сулейма, «скорее всего, это будут проекты на Черном море, на Балтике, и, возможно, во Владивостоке». «В целом российский рынок имеет хорошие перспективы для долгосрочного развития. А модель сотрудничества с государственным инвестором, которая лежит в основе соглашения, уже доказала свою эффективность на практике. Учитывая, что портовая и логистическая инфраструктура требует долговременных инвестиций, мы, вкладывая свои средства, предпочитаем разделять риски с партнерами», — заявил глава DP World.

То кризис, то политика

На фоне 92-процентного падения прямых иностранных инвестиций в Россию в прошлом году сделка РФПИ с DP World может оказаться знаковой не только для инфраструктурной отрасли, но и для страны в целом. Более того, политическая поддержка, оказываемая РФПИ на высшем государственном уровне, открывает перед фондом реальную возможность привлекать солидные капиталы с рынков стран Персидского залива и в будущем. А значит, за нынешней сделкой могут последовать и другие, более крупные.

Не секрет, что арабские партнеры уже успели получить опыт инвестирования в России, пусть и не в таких масштабах. Так, еще в 2009 году та же DP World году купила, но уже через три года продала 25% акций Восточной стивидорной компании — контейнерного терминала, расположенного в порту Восточный Приморского края. Сумма этой сделки составила 230 млн долларов.

Чуть раньше, в 2008-м, администрация Астраханской области пригласила DP World к стратегическому партнерству по развитию порта Оля. Тогда речь шла о сумме порядка 350 млн долларов. Но компания из Дубая выбрала другой проект. В том же году она заключили соглашение о создании СП, которое должно было управлять международными операциями по обработке контейнеров в порту Восточный. Примерно в это же время «сестринская» структура DP World — Port & Free Zone World — подписала соглашение с РЖД о сотрудничестве по изучению возможности развития инфраструктуры для поставки грузов. Тем не менее из-за разразившегося тогда мирового финансового кризиса ни одно из этих соглашений так и не переросло в реальный проект.

Впрочем, помимо DP World интерес к приобретению портовых активов в России проявляли и другие инвесторы из Ближнего Востока. Причем речь шла не только о приватизационных сделках, но и о получении портов в управление с целью дальнейшей консолидации, а также создания единых логистических холдингов.

Так, в марте 2013 года инвестиционная компания Abu Dhabi Investment Council заявила о намерении купить 20% госпакета Новороссийского морского торгового порта (НМТП) на открытом аукционе и в последующем выступить в роли стратегического инвестора. И это при том, что годом ранее в ходе вторичного размещения акций НМТП фонд из Абу-Даби претендовал лишь на 4,9% акций порта.

Повышенный интерес этого арабского инвестора ко всему госпакету НМТП объясняется довольно просто. Во-первых, незадолго до объявления SPO Россия подписала с ОАЭ договор об отмене налогов на доходы от взаимных инвестиций, который распространяется только на госкомпании обеих стран. Уже одно это обстоятельство позволяло надеяться на высокую отдачу от вложений. Во-вторых, рентабельность НМТП в то время достигала 61% — поистине фантастический показатель для мировой портовой индустрии. Но сделка так и не состоялась. Правительство России перенесло сроки приватизации НМТП из-за высокой волатильности на мировых финансовых рынках и неопределенности ситуации в целом.

Но это еще не все. В течение пяти лет, с 2009 по 2013-й, обсуждалась сделка по покупке частным эмиратским портовым оператором Gulftainer, принадлежащим влиятельной семье Аль-Джабар, российского порта Усть-Луга. На международном инвестиционном форуме в Сочи в 2011 году Gulftainer Global Logistics Ltd и управляющая компания порта Усть-Луга даже подписали соглашение «об объединении финансового и производственного потенциала». Эмиратская компания обещала вложить в развитие российского порта более 190 млн евро, а окончательный договор планировалось заключить в 2014 году. Но и эта сделка не состоялось. В итоге в середине 2014-го Gulftainer подписала аналогичный контракт с американским терминалом Port Canaveral в штате Флорида. По этому договору инвестиции арабов в американский портовый актив составили 100 млн долларов, а экономический эффект для штата был оценен в 630 млн. Что же касается судьбы самой Усть-Луги, то в ноябре прошлого года контрольный пакет этого терминала был продан за 700 млн долларов консорциуму инвесторов во главе с РФПИ, куда также вошли Газпромбанк и ряд арабских суверенных фондов. При этом часть средств, потраченных на покупку, планируется рефинансировать путем привлечения долгового капитала. 

Крупнейший на Ближнем Востоке контейнерный порт, расположенный в специальной экономической зоне «Джебель Али», обеспечивает 21% ВВП Дубая zzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzzz2.jpg
Крупнейший на Ближнем Востоке контейнерный порт, расположенный в специальной экономической зоне «Джебель Али», обеспечивает 21% ВВП Дубая

Как в Дубае

Несмотря на кризис, новая сделка DP World с РФПИ имеет все шансы вылиться в полноценное долгосрочное партнерство. Для нашей страны она важна не только с точки зрения объемов привлеченных инвестиций, но и той экспертизы, которой обладают эмиратские портовые компании. Так, в рейтинге глобальной конкурентоспособности по качеству портовой инфраструктуры ОАЭ находится на третьем месте, а Россия — на 81-м (из 144 возможных). И вполне вероятно, что с приходом в нашу страну DP World ситуация изменится. Дубайская компания является одним из крупнейших портовых операторов в мире. Она владеет 65 морскими терминалами в 30 странах, ее капитализация превышает 14 млрд долларов, а EBITDA — 1,5 млрд долларов. Но самое главное то, что у DP World есть те самые управленческие технологии, которые доказали свою эффективность и которые она намерена тиражировать в России. «Значительная часть инвестиций DP World вкладывает в развитие свободных экономических зон. Например, СЭЗ “Джебель Али” возле Дубая уже стала одной из крупнейших по перевалке контейнеров в этой части света. Там почти семь тысяч резидентов и около 130 тысяч рабочих мест. А объем производимой в этой СЭЗ продукции составляет 21 процент ВВП Дубая. Нашу историю успеха мы хотим перенести на другие территории, такие как Приморье. Уверен, что у нас все получится», — говорил пару месяцев назад во Владивостоке первый вице-президент DP World Джамал Маджид Бин Тани.

Эмиратская компания уже объявила, что намерена удвоить объем инвестиций в новые проекты. Сейчас она как раз присматривается к развивающимся рынкам. Прежде всего к тем, где она может привнести добавленную стоимость. В этом смысле Россия, где рентабельность портов по EBITDA может составлять от 40 до 80%, способна казаться очень выгодным местом приложения арабского капитала. Но, несмотря на высокую рентабельность, предшествующее вводу в эксплуатацию строительство портовой инфраструктуры — очень капиталоемкий процесс. Так, запланированный объем инвестиций в российскую портовую инфраструктуру до 2020 года составляет 280 млрд рублей, из которых только 30% — государственные средства. Кто знает, возможно, арабские страны с их семью триллионами долларов в 14 суверенных инвестиционных фондах окажутся наиболее подходящими инвесторами в российскую портовую инфраструктуру.