Жажда живописи

Вячеслав Суриков
редактор отдела культура журнала «Эксперт»
22 февраля 2016, 00:00

В России страсть к приобретению произведений искусства все еще не столь велика, чтобы удовлетворять ее тиражной графикой. Но не исключено, что такие работы не пользуются широким спросом потому, что большинство потенциальных покупателей просто не знают о своих возможностях

Работа Энди Уорхола «Супермен», проданная на аукционе Christie’s в апреле 2015 года за 197 тыс. долларов

Инспирированная арт-дилерами идея, что было бы неплохо, если бы российские обыватели, которые могут себе позволить потратить тысячу-другую евро, стали покупать тиражную графику, стала проговариваться в российских медиа еще во второй половине нулевых. Уже тогда казалось, что это нечто само собой разумеющееся. И в самом деле, речь идет о произведениях искусства, в том числе старых мастеров, но растиражированных до степени доступности по цене. Сейчас с высоты минувших дней можно говорить, что каких-то значимых последствий эта инициатива не возымела. Все-таки в России идея коллекционировать произведения искусства чаще приходит в голову состоятельным людям на том уровне, когда их состояние начинает исчисляться миллиардами. Но тогда уровень амбиций заставляет их набрасываться на дорогостоящие картины, написанные маслом на холсте. И тогда речь в значительной степени идет об инвестициях.

Покупка тиражной графики — это тоже инвестиции. Причем арт-дилеры настаивают на высокой ликвидности таких произведений: гравюры, офорты и эстампы, по их уверениям (не всегда искренним), можно приравнять чуть ли не к денежным купюрам. Но есть еще один гигантский плюс, который в совокупности с ликвидностью дает синергетический эффект: тиражная графика в отличие от живописи не переоценена. Например, почти в любом европейском городе в лавке, торгующей произведениями искусства, можно за несколько сотен евро купить, например, гравюры начала XVII века, произведенные в мастерской Матиаса Мириана. В Италии можно за несколько тысяч приобрести архитектурные пейзажи Джованни Пиронези. За пару десятков тысяч евро можно уже стать владельцем первоклассного произведения, которое, скорее всего, уже не будет дешеветь. Само по себе приобретение листа, пусть и бумажного, возраст которого исчисляется несколькими сотнями лет, уже может подарить ощущение обладания чем-то эксклюзивным, недоступным всем остальным, — то чувство, которое и движет большинством коллекционеров. Тем более если это не просто лист, а «лист с изображением».

Работа Иеронима Кока Colossaei Ro A Barbaris Diruti из серии «Римские руины», проданная на аукционе Christie’s в декабре 2015 года за 564 доллара zzzzzzzzzzzzzzzz2.jpg
Работа Иеронима Кока Colossaei Ro A Barbaris Diruti из серии «Римские руины», проданная на аукционе Christie’s в декабре 2015 года за 564 доллара

Взлет тиражной графики приходится на вторую половину XIX века, после того как получил распространение изобретенный Иоганном Зенефельдером метод литографии, который позволял переносить с каменной поверхности на полотно изображение, написанное масляными красками. Тогда в Европе в буржуазной среде сформировался спрос на изображения, которые могли бы украсить домашний интерьер. Чуть раньше в Японии появился ряд первоклассных мастеров — Утамаро, Хиросигэ, Хокусай, Сяраку, которые работали в жанре укиё-э и тиражировали свои произведения методом ксилографии (отличается от литографии тем, что печатная форма изготавливается не из камня, а из твердых пород дерева). Уже в тот период японские графики создали сотни тысяч оттисков, которые сейчас имеют хождение по всем миру. В середине шестидесятых годов XX века Энди Уорхол изобрел собственный метод шелкографии и большую часть своей творческой жизни посвятил именно тиражной графике, производя ее почти в промышленных масштабах. Самое удивительное то, что именно произведения Уорхола, несмотря на растиражированность, пользуются наибольшим спросом и регулярно попадают в топы продаж. И только в восьмидесятые годы прошлого века с появлением качественной офсетной печати производство тиражной графики стало сдавать позиции. Что вовсе не означает, что художники прекратили тиражировать свои произведения. Они продолжают это делать всеми возможными способами.

В России пока сохраняется стойкое предубеждение против тиражной графики, которое не всегда в состоянии рассеять даже подробный рассказ о технологии ее производства, предполагающей неповторимость каждого оттиска. Те же, кто «распробовал» тиражную графику, обращаются к возможностям интернета, который позволяет включиться в процесс торгов эстампами в крупнейших аукционных домах — Sotheby's и Christie's. Технология дистанционных торгов и вопросы доставки проработаны до мелочей. Если доступные по цене произведения современных авторов, у которых еще нет сложившейся репутации, требуют экспертной оценки и в этом нужно разбираться, то ценность гравюр старых мастеров очевидна. Это полноценные произведения искусства, которые в состоянии «держать стену». Причем они в большинстве своем сделаны именно для того, чтобы их публично демонстрировать, с целью доставить зрителю эстетическое удовольствие, а не ввести его в состоянии интеллектуального шока. Но настоящая жизнь тиражной графики может начаться только тогда, когда ей заинтересуется массовая аудитория. Когда обладать ею станет не только доступным, но и модным.

Тем не менее российский рынок тиражной графики хотя и медленно, но растет. Пока в основном за счет активности коллекционеров. По оценке главы аукционного дома «Литфонд» Сергея Бурмистрова, объем этого рынка может составлять несколько сотен миллионов рублей в год: 50–100 миллионов приходятся на аукционные продажи, еще две-три сотни миллионов приносят продажи через галереи.

По наблюдениям Бурмистрова, российские покупатели отдают предпочтение отечественным художникам, таким как Орловский, Махаев, Беггров. Цены на их работы варьируются от 15 до 50 тысяч рублей. Стоимость папки, включающей в себя порядка шестидесяти работ Шишкина, может достигать трех-четырех миллионов рублей.

Работа Альбрехта Дюрера «Самсон, раздирающий пасть льва», проданная на аукционе Christie’s в декабре 2015 года за 434 тыс. долларов zzzzzzzzzzzzzzzz3.jpg
Работа Альбрехта Дюрера «Самсон, раздирающий пасть льва», проданная на аукционе Christie’s в декабре 2015 года за 434 тыс. долларов

Попытки привозить в Россию западноевропейскую гравюру и продавать ее здесь на аукционах успеха не имели. Большинство коллекционеров из России последовательно предпочитают собирать русское искусство. Российская Altmans Gallery, специализирующаяся на тиражной графике, сделала ставку на такие бренды, как Шагал, Пикассо, Дали, Мураками, Уорхол. С момента запуска галереи в ноябре прошлого года удалось продать порядка сорока эстампов стоимостью от одной до десяти тысяч долларов. Преимущество таких работ перед произведениями русских мастеров в том, что графика зарубежных художников пользуется спросом не только на внутреннем рынке. Пятьдесят процентов проданных Altmans Gallery работ достались коллекционерам, вторая половина — тем, кто случайно проходил мимо галереи, расположенной в бизнес-центре, и зашел полюбопытствовать. Владельцы Altmans Gallery рассчитывают выйти на уровень рентабельности летом этого года.

Как раз вторая половина покупателей — те, кто оказался в галерее случайно, дает арт-дилерам надежду на то, что массовая аудитория не покупает тиражную графику лишь потому, что не знает о такой возможности. При этом основной сценарий роста спроса на тиражные произведения по-прежнему связан с эволюционным развитием вкусов российской аудитории, которое, впрочем, может растянуться на долгие годы. И единственное, что может его ускорить, — по-настоящему мощные выставки, где тиражная графика была бы представлена как можно более широко.