Значение перемирия

29 февраля 2016, 00:00

С 27 февраля в Сирии устанавливается режим перемирия в отдельных районах, что стало результатом прямых договоренностей между Россией и США в обход нереализованного процесса мюнхенских и венских прямых переговоров Дамаска и оппозиции

Россия и США сократили влияние третьих стран — вроде Турции и Саудовской Аравии — на процессы принятия решений в регионе

Москва и Вашингтон выступили гарантами прекращения огня сроком на две недели с возможностью пролонгации и развернули активную работу с союзниками по принуждению их к миру. За рамками соглашения остались Исламское государство и «Ан-Нусра», филиал «Аль-Каиды» (организации, запрещенные в России), а также все группировки, которые откажутся сложить оружие в обозначенный срок. Координационный центр по примирению враждующих сторон развернул работу на российской авиабазе Хмеймим и к вечеру пятницы обработал более ста заявок от мятежных организаций. Можно уверенно назвать зоны перемирия: анклавы в южной провинции Деръа, под Дамаском, на севере Хамы, подбрюшье провинции Идлиб, а также Растанский котел — в общем, менее 5% территории страны. А значит, масштабная война с террором в Сирии продолжится без потери темпа наступления правительственных войск.

В чем выгоды перемирия для Москвы и союзников? Соглашение имеет многоуровневые завязки. Во-первых, был достигнут компромисс глобальных игроков и региональных партнеров. Россия и США сократили влияние третьих стран — вроде Турции и Саудовской Аравии — на процессы принятия решений в регионе. Действующий президент Сирии Башар Асад признан стороной конфликта, запрос на его отставку откладывается. Давление западной пропаганды ослабевает, хотя в повестку уже вброшен некий «план Б», который будет реализован в случае провала перемирия. Он подразумевает возможность военной интервенции и установления некой зоны безопасности на севере Сирии. Но пока именно за счет перемирия удалось успокоить буйные головы и как минимум отсрочить угрозу вторжения и раздела страны. Штаты, в свою очередь, берут на себя обязанность утихомирить саудитов, непредсказуемого Эрдогана и турецких ястребов, получивших сильный удар после поражения на севере Алеппо. Поправил внутриполитическую ситуацию и Барак Обама, для которого статус сопредседателя Международной группы поддержки Сирии в паре США—Россия — возможность не потерять лицо после потери инициативы в регионе.

Во-вторых, перемирие позволит осуществить давний запрос на отделение «умеренной» оппозиции от радикалов и джихадистов. Сирийский фронт — это не просто слоеный пирог, где перемешаны зоны контроля. Подчас невозможно определить, к какой банде принадлежит тот или иной отряд, а сами террористы легко меняют идеологическую окраску в зависимости от политической конъюнктуры и благосклонности спонсоров. Но эта конфигурация в итоге ставит бандитский замес в патовые условия: не согласился на перемирие — и записан в радикалы, пока не окажешься уничтожен; согласился — и прослывешь предателем, которого не погнушаются завтра зарезать принципиальные соседи. Поневоле придется встать на сторону правительственных войск. Многообразие форм терроризма в Сирии долго играло на руку противникам Асада. Россия же пытается разобрать это месиво на составные части, попутно рассорив банды. При этом если какие-то группы действительно прекратят огонь, появится повод для переговоров о почетной капитуляции. Россия, к слову, уже давно этим занимается, выступая посредником, — и немало преуспела: «умеренные» сдаются городами.

На 13 апреля назначены выборы в сирийский парламент. А значит, на захваченных территориях, вступивших в перемирие, необходимо будет обеспечить доступ: правительственным чиновникам — для организации голосования, политическим силам — для агитации. Иначе какой ты оппозиционер! Заодно появится легитимная площадка, где можно защищать свои интересы несиловым путем. Сработает вряд ли, но для западной пропаганды станет знаковым фактором.

Наконец, Башар Асад недавно объявил амнистию всем бывшим военным, которые дезертировали или переметнулись на сторону врага. В начале войны из таких предателей была организована часть Сирийской свободной армии: к мятежникам присоединялись целые армейские бригады. Перемирие — хорошая возможность с ними поработать по разным каналам; может быть, не Асаду, но российским советникам.