Сумерки рыночных богов

26 марта 2016, 15:34

«65% людей нашей страны хотят перемен. Хотят изменения экономического курса. Хотят, чтобы страна двигалась по пути созидания и прогресса» — такими словами открыл Московский экономический форум 23 марта Константин Бабкин, сопредседатель форума, президент промышленного союза «Новое содружество». Реальное развитие экономики — острое желание, в котором сошлись, пожалуй, все спикеры МЭФ из сфер бизнеса, науки, регионального управления. Проблема лишь в том, что федеральная власть этого желания не разделяет. Как выразился Александр Некипелов, академик РАН, директор Московской школы экономики МГУ, «у нас дискуссия есть вроде по вопросам экономической политики — а независимо от этого действует так называемое правительство профессионалов». Кстати, после этой фразы выступление академика вырезано из записи прямой трансляции МЭФ. А в выступлении этом Некипелов заявил, что наши представления о сути перехода к рыночной экономике были чересчур примитивны. «Мы потеряли основную часть высокотехнологических производств, решив осуществить трансформацию в шоковом режиме любой ценой. Мы проводили его в конфликтных условиях — это обнищание населения и многое другое. В итоге это все сказалось на системе. Сегодня мы наблюдаем похожую ситуацию», — заявил Некипелов.

О чем идет речь? О размытых, но якобы действенных рецептах, которые предлагают примкнувшие к правительству эксперты — сторонники институциональных реформ. 

Александр Аузан, декан экономического факультета МГУ, призвал вернуться к долгосрочному развитию, определиться с траекторией развития на пятнадцать-двадцать лет, но это развитие, предостерег Аузан, не должно базироваться на уже существующих экстрактивных институтах (институтах, концентрирующих доходы в руках элит, — термин, введенный «пророком» институционалистов экономистом Дароном Асемоглу в книге «Почему государства терпят неудачи»). Пока к подготовке Стратегии-2030, документа, который должен определять развитие страны, привлечены как раз представители институционального кружка. Валерий Фадеев, главный редактор журнала «Эксперт», сокоординатор Либеральной платформы политической партии «Единая Россия» добавил, что, хотя многочисленные примеры бизнеса и регионов показывают, что российская экономика могла бы расти минимум на 5–6% в год, в федеральной политике опыт бизнеса и регионов никак не отражается — потому что экономическую политику в стране определяет ограниченный круг лиц, остальные к принятию решений не допускаются.

Но и в науке, и в бизнесе есть множество других взглядов на путь будущего развития. Так, Жорес Алферов, лауреат Нобелевской премии по физике, напомнил исследование Альберта Эйнштейна, который считал правильным путем развития социализм и социалистическую экономику, где средства производства принадлежали бы всему обществу и использовались по плану (хотя плановая экономика — это еще не социализм!). Алферов заявил, что в текущей ситуации России необходимо развитие высокотехнологических секторов экономики, но 25 млн высокотехнологических рабочих мест — это задача не бизнеса, а науки и образования. Однако реформа науки, проведенная «сверху», нанесла ей огромный ущерб. «Не нужно делать бога из рыночной экономики. Рынок — один из механизмов, который реализуется в стратегическом планировании развития страны в целом», — констатировал нобелевский лауреат.

Сразу же разошлось по сети яркое выступление Всеволода Ию, главы Чкаловского сельского поселения, — с душераздирающим рассказом про деревню, жители которой вынуждены пасти коров по ночам и использовать привозную воду. «Я за смену экономического курса страны, за понижение тарифов на электроэнергию, топливо до минимума, за программу возрождения сел, — заявил он. — Чиновник должен потопать по земле, поработать на производстве». Реализовав верную экономическую политику, мы поднимем экономику страны на недосягаемый для всего мира уровень, заключил Ию.

Похоже, идолы мифических институтов и рынка любой ценой начинают терять свое влияние. Бизнес, ученые, регионы уже хором уверяют федералов, что западные экономические теории не могут быть слепо применены в России. «Экономическая теория — это не законы физики, как полагают некоторые экономисты, — заявил на МЭФ Доминик Стросс-Кан, директор-распорядитель Международного валютного фонда с 2007 по 2011 год. — Реальная жизнь намного сложнее, чем наши теоретические изыскания. Запад и МВФ пытались участвовать в трансформационных процессах в Советском Союзе, но на самом деле ведь и мы в полной мере не понимали, как все это сделать и по каким правилам это работает. Можно взять политические инструменты, институты, но где-то это сработает, а где-то нет. Попытка европейцев создать в России или в других уголках мира такие же механизмы, к которым они привыкли, возможно, является одной из причин неудачи. Каждая страна должна найти свой собственный путь развития. МВФ — только одна точка зрения. И вряд ли это может работать, если особенности отдельной страны не принимаются во внимание».