Автоколлекторы против страховщиков

Алексей Долженков
корреспондент журнала «Эксперт»
Евгения Обухова
редактор отдела экономика и финансы журнала «Эксперт»
20 июня 2016, 00:00

Деятельность «автоюристов» не только закладывает основы для постоянного роста тарифов по ОСАГО, но и способствует вымыванию с региональных рынков все большего числа страховых компаний. В итоге доступ к качественным страховым услугам сужается

Иллюстрация: ИГОРЬ ШАПОШНИКОВ

Задолго до полиции на место ДТП прибывает деловитый человек. Он предлагает пострадавшему быстро «подписать документики» и избавиться от хлопот с получением страховой выплаты. Нередко «автоюрист» внушает жертвам ДТП, что поможет добиться большой страховой выплаты, тогда как без его услуг автовладельцу якобы все равно ничего не светит. Иногда небольшая сумма передается пострадавшему прямо на месте, иногда ему только обещают солидный барыш. Подписываемый документ может быть договором цессии, то есть передачи требования к страховой компании от пострадавшего автовладельца «автоюристу», какой-то другой формой переуступки прав требования или простой доверенностью. Суть одна: вместо автовладельца со страховщиком общается третье лицо, и в его распоряжении целый арсенал средств, чтобы заставить страховую выплатить гораздо больше положенного. При этом сам владелец пострадавшей в ДТП машины этих денег может даже не увидеть (или получить лишь незначительную их часть).

В ряде регионов «автоюристы», или антистраховщики, как их предпочитают называть страховые компании, превратились в серьезную проблему — к таким регионам относятся, например, Краснодарский край, Ростовская, Челябинская, Волгоградская и Мурманская области. В частных беседах страховщики также говорят об активных действиях «автоюристов» в Камчатском крае, Нижегородской, Казанской, Уфимской и Амурской областях, и даже в Москве и Санкт-Петербурге. «Если в среднем по России доля судебных выплат в общем объеме выплат по ОСАГО составляет 10–12 процентов, а в отдельных субъектах Российской Федерации, например в Москве и Санкт-Петербурге, — 5–7 процентов, то, скажем, в регионах Южного федерального округа эта доля составляет 30–40 процентов», — говорится в письме, направленном Российским союзом автостраховщиков (РСА) в Верховный суд. По данным «Росгосстраха», в Волгоградской области, Ростовской области и Краснодарском крае до 80% страховых случаев разрешается через суд.

«Сегодня “автоюристы” — одна из наиболее глобальных проблем страховой отрасли, — говорит Дмитрий Кузнецов, директор департамента андеррайтинга и управления продуктами СК “Согласие”. — Доходит до абсурда: в погоне за сверхдоходами они прибывают на место ДТП раньше сотрудников ГИБДД, получая информацию о ДТП от таксистов или аварийных комиссаров, или дежурят рядом с центрами урегулирования убытков страховщиков, перехватывая автовладельцев у дверей компаний, когда те идут заявлять о страховом случае. Человек не успевает опомниться, как его грамотно “обрабатывают”, вводя в заблуждение. Основной аргумент — страховщики не платят, а если и заплатят, то “копейки” с большими задержками».

РСА оценивает ущерб от действий «автоюристов» в значительную сумму 10 млрд рублей — речь идет о деньгах, которые страховщики выплачивают по суду (для сравнения: всего по страховым случаям по ОСАГО за прошлый год российские страховщики заплатили около 122 млрд рублей). «Общий объем выплат ОСАГО по суду в 2015 году составил 18,4 миллиарда рублей, при этом за последние пять лет доля нестраховых судебных выплат в ОСАГО (то есть выплат “автоюристам”) увеличилась в три раза, — сообщили “Эксперту” в РСА. — Так, если в 2011 году “автоюристы” получали 15 процентов от судебной страховой выплаты, то в 2015 году этот показатель составил 43 процента. То есть если суд постановил выплатить водителю 50 тысяч рублей, то на руки водитель получит примерно половину этой суммы, остальное достанется посреднику. Только за 2015 год доля выплат “автоюристам” выросла на треть — с 33 до 43 процентов».

«В настоящее время система ОСАГО переживает тяжелые времена. И во многом в этом виноваты так называемые псевдоюристы, паразитирующие как на страховых компаниях, так и автовладельцах», — отмечают в «Росгосстрахе». В компании добавляют, что убыточность по ОСАГО выше нормативной в сорока регионах, еще в двадцати регионах она «на грани», и только единичные регионы имеют рентабельность по ОСАГО.

Скорее в суд

Как ни странно, проблема «автоюристов» обострилась именно в последние годы, хотя до 2014-го не существовало даже единой методики расчета ущерба по ОСАГО и каждая страховая рассчитывала ущерб по своему разумению — казалось бы, вот оно, поле для судебных исков. Тем не менее до недавнего времени судебные выплаты страховщиков по ОСАГО составляли 2–3%, и рынок жил относительно спокойно. Постепенно расти количество судебных дел в отношении страховых компаний начало в 2012 году, когда на страховой рынок распространил свое действие закон о защите прав потребителей. Тогда было определено, что в случае, если страховая занизила ущерб, она обязана выплатить штраф в размере 50% от разницы между рассчитанным и реальным ущербом, а также неустойку.

Этим поначалу и воспользовались «автоюристы». Первое, за что они взялись, были случаи выплат по ОСАГО 2010–2011 годов, которые укладывались в сроки исковой давности. «Автоюристы» оформляли акт осмотра автомобиля независимым экспертом и приходили в суд с требованием взыскать «истинный» размер ущерба. При этом сразу обозначились основные методики, которыми такие физлица и компании пользуются, чтобы вытрясти лишние деньги из страховой. Во-первых, завышенная стоимость «экспертизы». «Обычно экспертиза в среднем стоит около тысячи рублей, — говорит Виталий Княгиничев, руководитель дирекции розничного бизнеса компании “Ингосстрах”. — Сюда входит все необходимое: фото автомобиля, осмотр, калькуляция и передача документов в страховую. Но антистраховщики заявляют о стоимости экспертизы 10–85 тысяч рублей!» Если суд становится на сторону истца-«автоюриста», то страховой компании приходится оплачивать и такую экспертизу. Ситуация осложняется тем, что экспертиза автомобилей на предмет ущерба — деятельность нелицензируемая, и экспертом-техником фактически может быть кто угодно. По данным «Эксперта», попытки страховщиков как-то изменить ситуацию с помощью переговоров с саморегулирующими организациями экспертов успехом не увенчались.

Еще один действенный прием «автоюристов» — всеми правдами и неправдами не предоставлять автомобиль на осмотр в страховую компанию. «Страховщика уведомляют, что осмотреть автомобиль можно, скажем, только в определенное время и в определенный день в двухстах километрах от ближайшего офиса страховщика. — приводит пример Виталий Княгиничев. — Такой “осмотр” могут назначить по пяти или десяти автомобилям одновременно — в разных концах области. Если даже представитель страховой компании приедет на место, то автомобиля он там не найдет».

Но, как говорят в частных беседах страховщики, суды почему-то однозначно трактуют все подобные факты в пользу «автоюристов». Истец хотел предоставить автомобиль на осмотр? Хотел! То, что страховая компания осмотр произвести не смогла, — ее проблемы.

Саботировав досудебное урегулирование претензий, «автоюрист» спешить сразу подать иск в суд, указав там свою, более высокую сумму ущерба. И хотя она рассчитывается в соответствии с единой методикой расчета ущерба (а это означает, что ЦБ постоянно выпускает ценовые справочники — сколько какая деталь должна стоить), но и в этой единой методике есть свои белые пятна, позволяющие «оценивать» ущерб совершенно по-разному. При этом страховые компании часто получают неполный комплект документов, чтобы у них не было возможности все же разобраться с претензией до суда.

Суды же, сетуют страховщики, в львиной доле случаев становятся на сторону истца, даже несмотря на явные нарушения, которые тот допустил. Возможности же страховых компаний отстоять свои интересы ограничены. «Во-первых, оспорить все просто невозможно, во-вторых, придется держать в штате огромное число юристов, что очень дорого, особенно для региональных отделений», — пояснили «Эксперту» в одной из крупнейших страховых компаний.

«Мы часто сталкиваемся в судах с поддельными документами, в которых завышен размер ущерба. А это уже мошенничество и, как следствие, уголовный процесс, в который, естественно, будет вовлечен и автовладелец, — предупреждает Дмитрий Кузнецов из “Согласия”. — “Автоюристы” действуют по уже отработанной системе. Пользуясь лазейками в законодательстве, применяя мошеннические схемы, они по суду взыскивают суммы, существенно превышающие реальный размер ущерба. Но из этих средств автовладелец получает на руки в среднем лишь шестьдесят процентов суммы, все остальное юрист кладет себе в карман. Обратившись в страховую компанию, водитель получил бы до ста процентов возмещения или ремонт автомобиля»

Ремонт вместо денег

Фактически «автоюристы» действуют в отношении страховых компаний так же, как коллекторы, только наоборот: «автоюристы» выкупают требования у частных лиц и выбивают деньги из страховых компаний. Примечательно, что последние оказались совершенно беззащитны перед этим явлением. Фактически у них есть лишь четыре варианта действий: наращивать расходы на юридическую защиту (что страховщикам в условиях стагнации рынка делать совершенно не хочется, да и судебную и правоохранительную системы они считают не совсем объективными); привлекать внимание властей и общественности к проблеме (что сейчас активно делается); добиваться повышения тарифов на ОСАГО (что мы видели в прошлом году, теперь на ближайшие пару лет этот вариант закрыт) и сворачивать свое присутствие в «зараженных» регионах. Самое неприятное здесь то, что страховой рынок таких регионов сворачивается, конкуренция там прекращается, а в особо тяжелых случаях жители таких регионов вообще теряют возможность купить полис. ЦБ может принять меры в каких-то отдельных случаях, но заставить продавать полисы ОСАГО, если ни одна страховая делать этого не хочет, регулятор не в силах.

«Проблемы с доступностью ОСАГО в ряде регионов действительно возникли в связи с чрезмерной активностью “автоюристов”, которые буквально паразитируют на системе автострахования, — сказали “Эксперту” в РСА. — Например, в Челябинской области выплаты по судам составляют пятьдесят процентов. Для сравнения: в Свердловской — десять. По этой причине территориальный коэффициент в Челябинске больше, чем в Екатеринбурге. Соответственно, в результате автовладельцы вынуждены платить больше за страховку. Другой пример — Амурская область. Там в среднем накрутка на выплату составляет сорок тысяч рублей: двадцать пять тысяч рублей получает эксперт за оценку, пятнадцать — представители за отстаивание интересов в суде. Отсюда высокая убыточность, страховщики уходят из региона из-за того, что “автоюристы” разоряют компании».

Сейчас РСА просит Верховный суд дать разъяснения по самым распространенным практикам «автоюристов» — объяснить судьям, что заключения экспертиз должны быть основаны на Единой методике, что если потерпевший не представил транспортное средство страховщику для осмотра, то он должен доказать перечень повреждений, что досудебный порядок урегулирования спора должен обязательно соблюдаться, что страховщик не обязан платить по поддельному полису ОСАГО, а стоимость экспертизы не должна превышать разумные пределы и т. д.

В конце мая президиум РСА утвердил принципы по повышению доступности услуги ОСАГО в проблемных регионах. «В течение июня увеличится и число точек продаж, и количество продавцов полисов ОСАГО, что приведет к снижению напряженности на этих территориях, — сказали в РСА. — Союз будет на постоянной основе мониторить ситуацию».

Самое же серьезное предложение, с которым уже согласился ЦБ, — ремонт машины вместо денежных выплат. Страховщики ожидают, что оно заработает уже в следующем году — система будет аналогичной той, что действует в КАСКО, и должна свести на нет претензии «автоюристов».