Кризис жанра

Варвара Фокеева
26 июня 2016, 15:18

На страховом рынке продолжаются тенденции прошлого года: растет уровень убыточности, наблюдается стагнация рынка в целом. Реальный рост показывают только сегменты страхования жизни и имущества физлиц. Рынок консолидируется

РИА НОВОСТИ

В первом полугодии 2016 года страховой рынок демонстрирует те же симптомы, что и в прошлом году: кризисный период продолжается, и динамика практически во всех направлениях страхового бизнеса похожа на прошлогоднюю. Падение наблюдается в ведущих сегментах — ОСАГО, каско и страхование корпоративного имущества. «Рост рынка в целом на 3,6 процента в 2015 году обусловлен повышением тарифов по ОСАГО с апреля 2015-го. К настоящему моменту этот рост уже отыгран. Без учета ОСАГО рынок по итогам прошлого года упал бы на 3,8 процента», — заявил «Эксперту» заместитель генерального директора компании «ВТБ Страхование» Алексей Володин.

В добровольных видах страхования в прошлом году произошло снижение продаж. Реальный рост показали только два направления — страхование имущества физических лиц и страхование жизни. Как отмечает Алексей Володин, в обоих сегментах есть нереализованный потенциал и пока крайне низкий уровень проникновения. В «ВТБ Страховании» также рассчитывают, что будет прирастать ДМС — на размер инфляции медицинских услуг: «Все остальные направления будут стагнировать, как и в 2015 году, — прогнозирует Володин. — По крайней мере, данные первых месяцев этого года подтверждают тенденцию. Как результат, растет концентрация страхового рынка: в 2015 году количество страховых компаний в России сократилось более чем на 80 единиц. Если в 2014 году на топ-10 страховых компаний приходилось 59 процентов рынка, то на конец 2015-го эта цифра составила уже 66 процентов».

Автомобили подкачали

Сфера так называемого моторного страхования — связанного с автомобилями — столкнулась в 2015 году с серьезными неприятностями: здесь наблюдался рост мошенничества и всевозможных махинаций во всех секторах, включая каско, страхование спецтехники и добровольное страхование гражданской ответственности. Страхованию ОСАГО, которое в 2015 году лидировало по темпам роста и определило динамику всех показателей за год за счет повышения тарифов, в 2016 году эксперты предрекают плачевную участь — из-за того, что в ближайшее время сработает фактор догоняющих убытков: грубо говоря, страховщикам придется платить по новым договорам, причем платить больше, ведь вместе с тарифами выросли и суммы возмещения.

Кроме того, платить придется и так называемым автоюристам — частным лицам и компаниям, выкупающим убытки у граждан и выколачивающим из страховых компаний завышенные суммы возмещений. РСА уже оценил убытки страховщиков от действий «автоюристов» в 10 млрд рублей, и проблема пока не решена.

Заместитель генерального директора, главный андеррайтер САК «Энергогарант» Антон Легчилин указывает, что «автоюристы» работают в ряде «токсичных» регионов в тесной смычке с формально штампующими свои решения судами и не очень эффективно работающими правоохранительными органами. Все это приводит к тому, что работа по ОСАГО в ряде регионов глубоко убыточна, и тут не нужно путать отношение сборов выплат с балансовыми убытками по РСБУ и МСФО, получаемыми страховщиками, после учета всех резервов и расходов, которые страховщик осуществляет в соответствии с действующим законодательством. «Страхование — это не торговля сосисками, результат работы страховщика определяется достаточно сложно, и если выплаты не превышают сборы, то это совсем еще не значит, что страховщики получают прибыль, — говорит г-н Легчилин. — В этой сложной ситуации, к сожалению, никто, кроме ЦБ и Минфина, не понимает, что либо мы переводим ОСАГО в цивилизованное русло, когда суды принимают решения о выплате страхового возмещения только в соответствии с методикой РСА, без присуждения пеней, штрафов и завышенных сумм расходов на экспертизу и работу юридической компании, либо этот рынок просто перестанет существовать как таковой, поскольку никаких тарифов не хватит». По «токсичным» регионам, добавляет представитель «Энергогаранта», средний убыток страховщика (с учетом всех перечисленных расходов) в несколько раз выше, чем сумма среднего убытка, рассчитанная по официально утвержденной единой методике. Тем не менее Антон Легчилин полагает, что ситуацию на рынке ОСАГО возможно исправить, если не принимать к рассмотрению в суде дела от «автоюристов» без проведения контролируемых страховщиками экспертиз и осмотров ТС, не присуждать необъяснимые суммы выплат, не соответствующие методике РСА, а также не взыскивать штрафы и расходы на экспертизу, в десять раз и более превышающие средние по региону.

Кроме того, такие факторы, как снижение платежеспособности в целом, а также увеличение кэптивных компаний при банках и финансово-промышленных группах способствуют сокращению страхового поля для работы рыночных страховщиков.

Ужесточение регулирования и контроля со стороны ЦБ тоже сыграли свою роль в моторном страховании. Новые правила привели к тому, что не только закрываются десятки подозрительных и финансово нестабильных компаний, но даже и большие компании испытывают затруднения, поскольку страховщики вынуждены перестраиваться на новые стандарты учета, что финансово исключительно затратно и требует внедрения новых ИТ-решений. Страховщики, естественно, считают, что все это несвоевременно в кризисное время.

Есть и незначительное преимущество в сложившейся ситуации. «Понятно, что пока толстый сохнет, худой сдохнет, то есть для ряда финансово устойчивых и стабильных страховщиков текущая ситуация даже выигрышна, так как и клиенты, и квалифицированные сотрудники из уходящих с рынка компаний переходят на работу в более надежные и стабильные организации», — констатирует Антон Легчилин.

 62-02.jpg

Крылья отдельно

Что касается каско, то, как отмечают в СК «Согласие», сегмент розничного автокаско сократился на 20%, тогда как объемы премии по корпоративным паркам, то есть по страхованию автомобилей юрлицами, выросли на 6%. Основной причиной снижения сборов по розничному автострахованию стало продолжающееся третий год сокращение продаж новых автомобилей: в 2015 году они упали на 37%. А снижение платежеспособности населения и предприятий и многочисленные случаи мошенничества в ряде регионов привели почти к полной остановке работы рынка страхования каско физических лиц.

Пока просвета в моторном страховании не ожидается. Что касается ОСАГО, то тут страховщики надеются на введение возможности ремонтировать поврежденные автомобили — вместо того чтобы выплачивать денежную компенсацию. По идее, это должно серьезно помочь в избавлении рынка от «автоюристов». Возлагаются надежды и на совершенствование единой методики оценки убытков, и на разъяснения судам, которые должен дать Верховный суд, — все это должно упорядочить ситуацию с подсчетом размера ущерба и упростить жизнь и страховым компаниям, и автовладельцам.

В то же время кризис способствовал развитию новых продуктов и услуг, а сокращение платежеспособности стимулировало страхователей и страховщиков принять экономические решения, распространенные на наиболее развитых страховых рынках, которые до сих пор выглядели неоправданными для отечественных реалий. Один из наиболее наглядных примеров — повсеместное развитие страхования каско с франшизой. «Еще недавно этот вариант покрытия был достаточно экзотическим для нашей отрасли. Теперь же клиенты страховых компаний активно осваивают целые линейки страховых программ с франшизами — условными, безусловными, динамическими, франшизами по стеклам и колесам, с фиксированными выплатами в случае вины страхователя», — рассказывает Андрей Бондаренко, директор центра стратегического анализа рынка СК «Согласие».

По его мнению, рост лимитов и тарифов по ОСАГО при росте стоимости полного, без франшизы, покрытия каско привел к тому, что российский рынок приобрел пропорции, характерные для европейских рынков, где сборы по обязательному страхованию автогражданской ответственности, как правило, превосходят сборы по страхованию каско на 30–50%.

«Аккуратные клиенты, которые готовы мелкие повреждения ремонтировать самостоятельно или не ремонтировать вовсе (это происходит по договорам страхования с франшизой), могли в 2015 году и смогут в дальнейшем получать хорошую скидку и экономить на страховании. Это абсолютно нормально (для той же Западной Европы), ведь мелкие царапины, повреждения, сколы совершенно не мешают эксплуатации машины, хотя и могут быть отремонтированы (но за достаточно большие деньги, особенно в период гарантии на дилерском центре)», — добавляет Антон Легчилин.

 62-03.jpg

Жить вечно

В отличие от автострахования рынок страхования жизни показывает положительную динамику. Более того, за первый квартал 2016 года он совершил мощный рывок. По оценке Штефана Ванчека, директора по продажам компании «PPF Страхование жизни», основным драйвером роста этого сегмента стали инвестиционные продукты, продающиеся через банки. Хотя этот факт не отражает развития той части рынка страхования жизни, на которой работает сама «PPF Страхование жизни», — рынка долгосрочного накопительного страхования. «В России долгосрочное страхование жизни находится только в начале своего развития, поэтому мы видим здесь большой потенциал для себя, — добавляет Штефан Ванчек. — Мы ежегодно наблюдаем, что рынок растет. Люди начинают понимать саму суть страхования, которое дает возможность позаботиться о будущем своей семьи и получить финансовую поддержку в случае проблем со здоровьем. Динамика развития долгосрочного страхования зависит от среды, в которой развивается рынок, от экономической ситуации и от поддержки государства. Мы ожидаем, что в 2016–2017 годах рынок, на котором работаем мы, будет расти на 5–10 процентов ежегодно».

Что касается оценок обычного страхования жизни, то в этом отношении Антон Легчилин из «Энергогаранта» не так оптимистичен, полагая, что страхование жизни, даже несмотря на официальный рост продаж, по сути, навязанная услуга, выбор которой не сколько сознательный, столько идет «в комплекте» с приобретением недвижимости или банковских услуг. «К сожалению, большинство наших клиентов думают, что будут жить вечно и что всегда будут прилично обеспечивать свою семью, детей и родных. Поэтому договоры страхования от несчастного случая и жизни на случай смерти по любой причине заключают, только когда их заставляют это сделать в банке, — говорит Легчилин. — Поэтому рынок страхования от несчастных случаев сейчас растет в основном только за счет ипотеки, когда это страхование вынужденное. Понятно, что ряд кэптивных банковских страховщиков показывают отличные темпы роста сборов по накопительному страхованию жизни, но как клиент может отказать своему любимому банку, когда банковский сотрудник убеждает его в том, что доходность по полису страхования жизни будет больше, чем по депозиту в банке?»

Андрей Бондаренко указывает на сокращение сборов по страхованию от несчастного случая с 95,5 млрд рублей до 80,8 млрд в 2015 году, вызванное снижением розничной кредитной активности в сегментах потребительских и автомобильных кредитов, а отчасти той же ипотеки: «В потребительских кредитах страхование от несчастного случая зачастую выполняло не страховую функцию, а было скрытой формой повышения ставки по кредиту. Уход с рынка этих объемов бизнеса не может восприниматься как снижение объемов покрытия реальных рисков», — поясняет представитель СК «Согласие».

На добровольном медицинском страховании в кризис по-прежнему экономят, но введение в 2015 году закона, обязавшего предприятия покупать полисы ДМС трудовым мигрантам, придало рынку активности. Кроме того, по словам Андрея Бондаренко, снижение курса рубля делает более привлекательным обучение в российских вузах иностранных студентов, которые также активно страхуются по индивидуальным программам ДМС. В корпоративном сегменте клиенты продолжают сокращать социальные пакеты, что приводит к урезанию программ, снижению покрытия и уменьшению сборов премии. «Положительная динамика 2015 года составила 2,4 процента, что же касается 2016-го, то сборы в этом сегменте останутся на уровне 112 миллиардов рублей», — прогнозирует Андрей Бондаренко.

Как ни странно, развивается индивидуальное страхование туристов. Путешественники отказываются от туроператоров, недоверие к последним растет, и люди предпочитают сами выбирать, как провести свой отпуск. Это делает рынок страхования путешественников более живым и конкурентным. «Снижение доверия к игрокам туристической отрасли России, желание управлять стоимостью и программой своего отдыха привели к стремительному увеличению доли людей, самостоятельно организующих свой отдых, — говорит г-н Бондаренко. — По экспертным оценкам, в 2016 году их число превзойдет количество людей, приобретающих готовые турпакеты. Соответственно, мы развиваем продажи электронных полисов с возможностью самостоятельного выбора длительности покрытия рисков, характера этих рисков и многого другого».

 62-04.jpg

Отсекая лишнее

Со страхованием рисков строительно-монтажных работ ситуация тоже неочевидная. Антон Легчилин констатирует незначительный рост, но связывает его не с реальным ростом строительства, а просто с эффектом низкой базы 2015 года, когда строительный рынок рухнул и практически перестал подавать признаки жизни.

По оценке Андрея Бондаренко, помимо общего снижения инвестиционной активности на рынок страхования строительно-монтажных работ повлиял специфический фактор: из сводных строительных смет госкомпаний был убран 1% расходов на СМР. «Стройки продолжают страховаться, но не подрядчиками, а застройщиками, по кратно более низким, рыночным, тарифам. Это, безусловно, оздоравливает рынок», — полагает г-н Бондаренко.

Еще один сегмент, где ситуация оздоравливается, — сельхозстрахование. Оно сократилось в три раза, с 14,6 млрд рублей в 2014 до 6,5 млрд в 2015-м. Основная причина — отзыв лицензий у псевдостраховщиков, занимавшихся под видом страхования выводом госсредств, перечисляемых на поддержку сельхозпроизводителей. «Сократились сборы? Да. Выиграл от этого рынок? Безусловно!» — утверждает Андрей Бондаренко.

В сегменте страхования юридического имущества специалисты «ВТБ Страхования» столкнулись со следующей проблемой: когда курс доллара стал волатильным, многие корпоративные клиенты захотели зафиксировать страховую сумму и премию в рублях, хотя до этого премии и выплаты были номинированы в долларах или евро в зависимости от происхождения оборудования. «Нам пришлось провести довольно большую информационную работу с клиентами, — говорит Алексей Володин. — Мы объясняли, что если говорить о восстановительной стоимости и указывать сумму в рублях, то при наступлении убытка, когда будет утрачено, например, иностранное оборудование, покупавшееся за валюту, выплаты в рублях не хватит. Сработает оговорка о недостраховании и пропорциональной выплате. И откуда тогда клиент будет брать недостающую часть средств? В итоге практически все клиенты либо ничего не стали менять, либо перешли на так называемые трех- или двухвалютные договоры. В них отдельно выделяется рублевая составляющая, то есть все то, по чему можно определить восстановительную стоимость в рублях: конструктивные элементы, строения и так далее. А уникальное дорогостоящее зарубежное оборудование со стоимостью в евро или долларах номинируется в валюте и при страховом случае возмещается с учетом изменившегося курса».

В связи с девальвацией рубля, по оценке Андрея Бондаренко, страхование имущества юридических лиц от огня и сопутствующих рисков демонстрировало в 2015 году рост за счет повышения страховых сумм.

Антон Легчилин более пессимистичен: по его мнению, рынок страхования имущества юридических лиц переживает тяжелые времена вместе со всем страховым рынком. Помимо экономии на страховании здесь сыграло свою роль и то, что даже многие банки перестали брать залог — соответственно, страховщики перестали страховать товары на складе: «Последнее, правда, только радует страховой рынок, так как количество застрахованных сгоревших складов с ТМЦ в последнее время таинственным образом значительно превысило количество просто сгоревших и незастрахованных складов, — говорит г-н Легчилин. — Страхование — это покрытие случайных рисков, гарантированные же убытки от пожара на ветхом складе с искрящей электропроводкой, к тому же если на этом складе хранятся никому не нужные заложенные в банке и как бы дорогостоящие товары, — это уже явно не страхование».    

Сборы по страхованию имущества физлиц в прошлом году увеличились на 13,7%, причем более двух третей приходится на загородные дома. Тут сработал маркетинговый фактор: растут продажи массовых коробочных продуктов (без осмотра имущества) через банки, развиваются продажи коробочных продуктов через небанковских посредников (магазины мебели, агентства недвижимости, ремонтные и охранные компании) и собственные офисы страховщиков. Оборотная сторона — демпинг. Страховщики отмечают, что сейчас можно за очень небольшую премию застраховать недвижимость хорошего класса при соблюдении мер пожарной безопасности, охраны и т. п.

Сборы по ипотеке показали умеренный рост вместе с задолженностью по ипотечным кредитам — за счет программы господдержки и сокращения досрочных погашений.

Рост за счет экзотики

Очевидно, что развитие страхового рынка в 2016–2017 годах будет проходить в непростых условиях. Рост возможен только благодаря необычным и новым для российского потребителя услугам; надеяться на повышение тарифов больше не стоит: если в 2015 году страховой рынок рос главным образом за счет повышения тарифов на ОСАГО, то во втором квартале 2016-го эффект от повышения тарифов будет окончательно исчерпан и темпы прироста сборов по обязательной «автогражданке» замедлятся. В СК «Согласие» полагают, что динамика рынка в 2016–2017 годах будет либо нулевой, либо с небольшим плюсом на уровне 1,5–2%. «Мы ожидаем, что рост страхового рынка в ближайшее время будет определяться такими пока экзотическими для наших клиентов, вариантами покрытия, как ДМС с франшизой, автокаско с телематическими устройствами, страхованием дронов и ряда других, только находящих своего массового клиента устройств», — говорит Андрей Бондаренко.

Есть и другие факторы, не добавляющие оптимизма. Антон Легчилин считает одним из них решение о создании государственного перестраховщика, который на деле превратился в дополнительный 10-процентный налог на перестрахование. «Очевидно, что в результате такого “идеального шторма” в ближайший год-два панорама российского страхового рынка может сильно измениться, но как именно, предсказать очень сложно, так как это зависит от общей ситуации с экономикой в стране и от решений конкретных вышеуказанных вопросов», — резюмирует г-н Легчилин.

Чуть более оптимистично настроен Алексей Володин: по его оценке, страховой рынок в течение 2016 года вырастет на 5–10% преимущественно за счет ОСАГО и страхования жизни, а бывшие драйверы рынка — кредитование физлиц и продажи новых автомобилей — исчерпали свой потенциал. Новых же значимых тенденций к росту пока не видно. «Мы говорим о стагнации страхового рынка, но при этом крайне важно подчеркнуть, что клиенты не отказываются от страхования в целом, — говорит Алексей Володин. — Они рассматривают способы оптимизировать затраты на страхование — например, корпоративные клиенты ищут способы сэкономить на ДМС, некоторые предприятия, где был широкий социальный пакет, предлагают выбрать медучреждения попроще, отказаться от каких-то опций в покрытии, чтобы оптимизировать стоимость страхования. От страхования имущества никто не отказывался. А от страхования спецрисков и ответственности, где оно, по сути, обязательно, — тем более».