Нация: мифы и реальность

Книги
Москва, 12.09.2016
«Эксперт» №37 (1000)
В книге известного российского историка Алексея Миллера анализируется понятие «нация», которое оказывается значительно сложнее, чем зачастую представляется общественному мнению

Что такое нация? Вряд ли кто-то из, что называется, рядовых людей задумывается над этим, поскольку большинству таких людей это понятие кажется очевидным. И если их спросить, то большинство, по крайней мере в России, начнет вспоминать что-то об общности языка, культуры, происхождения, а самые продвинутые вспомнят о принадлежности к одному государству. Хотя многие, и не только в России, до сих пор не понимают, что, например, Организация Объединенных Наций объединяет именно государства, потому что в английском это одно из значений слова nation. Но при более тщательном рассмотрении этого вопроса выясняется, что все не так однозначно и словом «нация» в разные времена, в разных странах и при разных обстоятельствах называли совершенно разные объекты. А уж политики наговорили по этому вопросу немереное количество речей, а ученые написали немереное количество трудов.

Все это сформировало вокруг этого понятия миф, в котором пытается разобраться известный российский историк наций и национализма Алексей Миллер. Но в своей небольшой книге он не дает ответов «на вопросы, что такое нация, какова правильная стратегия строительства нации в России, какая модель государства подходит России». Скорее он рассказывает о путях формирования тех понятий, которые используются при размышлении об этих проблемах, и анализирует их современное состояние.

Происхождение слова «нация» теряется во мгле веков, но близкое к современному значение — совокупность подданных королевства — оно приобрело к моменту Французской революции, чтобы в ее ходе сменить его на «совокупность граждан, из числа которых исключаются привилегированные сословия», потому что гражданство не терпит привилегий. Как писал Эммануэль-Жозеф Сийес, автор революционной брошюры «Что такое третье сословие»: «Третье сословие охватывает… все, что нужно для нации». С этого момента слово «нация» на долгие годы стало символом революции, а понятие нации слилось с понятием государства в форме республики. А поскольку оно в своем новом виде пришло из Франции, то с демократией, либерализмом и светскостью.

Как пишет Миллер, «в целом в XIX и первой половине XX века нация — как общественно-политическая категория — становится ареной борьбы за определенный набор прав и — как социально-политическая общность — формой реализации этих прав»: гражданских, политических, социальных. То есть всего того, что нашло в последующем воплощение в современных демократических и социальных государствах.

В странах с абсолютной монархией слово «нация» было воспринято враждебно: место суверена-самодержца грозил занять суверен-нация. Вот почему в России в XIX веке вокруг этого понятия развернулась, как демонстрирует Миллер, широкая дискуссия, в ходе которой многие консервативные философы и идеологи стремились доказать принципиальные различия между понятиями «народ», «народность» и «нация». Нация — это совокупность граждан, а народ — это подданные, причем именно низшие сословия, а поскольку Россия не может быть иной, кроме как самодержавной монархией, то в

У партнеров

    «Эксперт»
    №37 (1000) 12 сентября 2016
    Системная ржавчина
    Содержание:
    Доигрались в рынок

    Арест руководства «Т Плюс» — логичное следствие системного кризиса в ЖКХ, жест отчаяния. При этом у государства есть все инструменты, чтобы из стагнирующей отрасли сделать лидера экономики

    Международный бизнес
    Наука и технологии
    Потребление
    Ямало-Ненецкий автономный округ
    Специальное обозрение
    Реклама