Выйди из кабины!

Геворг Мирзаян
доцент Департамента медиабизнеса и массовых коммуникаций Финансового Университета при правительстве РФ
31 октября 2016, 00:00

Венесуэльская оппозиция пытается отправить в отставку президента Николаса Мадуро. Сам глава государства сделал все возможное, чтобы эта отставка не состоялась через демократические процедуры

Венесуэльцам не дают мирно решить судьбу Николаса Мадуро

Возможно, дедушка Ленин был прав, и каждая кухарка действительно может управлять государством. Но вот каждый водитель автобуса точно не может. Эту максиму на практике доказал нынешний глава Венесуэлы Николас Мадуро. За два года правления ему не то что не удалось вывести венесуэльский автобус на автостраду развития и процветания — он сломал остатки подвески, проколол все шины, и сейчас венесуэльская демократия аккуратно вползает в кювет, рискуя вот-вот перевернуться.

Естественно, балансирующий на грани чавистский режим пытаются добить извне. Соединенные Штаты заинтересованы в том, чтобы венесуэльский нефтяной кошелек (из которого Каракас спонсирует левые режимы Латинской Америки) перешел в руки дружественных Вашингтону лиц. И, как следствие, закрылся для персон вроде никарагуанского президента Даниэля Ортеги, лидера Боливии Эво Моралеса и других рудиментов «Левого поворота», ускорив тем самым их уход.

Однако, несмотря на заинтересованность США в уходе Мадуро, за нынешними беспорядками в Венесуэле не видны уши Вашингтона. Скорее, там все части тела самого Мадуро. Когда часть трезвомыслящих пассажиров в лице венесуэльской оппозиции выступила за смещение водителя, не желающего ни менять курс, ни нажать на тормоза, он заперся в кабинке на замок под названием «отмена референдума об импичменте». После этого у пассажиров осталось два варианта поведения: либо не покидать мест и умирать, либо пытаться взломать дверь. Умирать никому не хочется, поэтому они начинают реализацию второго сценария.

Система всеобщего транжирства

Истоки нынешних проблем Венесуэлы лежат в самых первых годах президентства предшественника Николаса Мадуро — Уго Чавеса. Он не смог выстроить на основе левой идеи устойчивую экономическую модель. Вместо этого была создана система всеобщего потребления и транжирства, которая дала сбой сразу после падения цен на нефть. В бюджете тут же образовалась дыра в 10% ВВП, которую нечем было покрывать — поскольку Уго Чавес очень специфически относился к своим обязательствам по кредитам, денег его преемнику Мадуро особо никто давать не хочет.

Однако вместо того, чтобы заниматься экономией, президент продолжил свою политику масштабного субсидирования всех импортируемых товаров массового потребления. То есть, грубо говоря, вообще почти всех позиций — Венесуэла заразилась голландской болезнью и сейчас ввозит почти все продукты питания, товары легкой промышленности и т. п.

С одной стороны, Чавеса можно понять — он опирался на беднейшие слои населения и должен был сделать все возможное, чтобы они имели возможность закупать вещи по бросовым ценам. Однако проблема в том, что субсидированием воспользовались не только бедняки, но и бизнес. В стране появилась профессиональные bachaquero (так называют муравьев, переносящих листья), которые контрабандой вывозили дешевые товары на продажу в соседние страны. Самым прибыльным товаром было, конечно, топливо. До февраля 2016 года цистерна бензина объемом 40 тысяч литров стоила по курсу черного рынка (который отличается от официального примерно в сто раз) 10 американских долларов. С февраля Мадуро поднял цену на бензин в 60 раз (до 600 долларов за 40 тысяч литров), однако контрабандисты все равно получают колоссальную сверхприбыль — эту цистерну можно продать в соседней Колумбии за 20 тысяч долларов. Так что нефть вывозили даже танкерами.

Продукты питания, конечно, менее прибыльны, однако все равно магазины в приграничных районах Гайаны и Колумбии продают исключительно контрабандные товары. В целом же, по оценкам самого Мадуро, из-за контрабанды Венесуэла теряет в среднем 40% всех импортируемых товаров (в частности, 30% продовольственного импорта) а также 100 тысяч баррелей нефти в день. Не удивительно, что такая политика привела к серьезному дефициту товаров в стране (был период, когда сложно было купить туалетную бумагу). Показатель инфляции в этом году составит порядка 700%. Крупнейшая купюра — 100 боливаров — стоит на черном рынке менее 10 американских центов. Как следствие, от этой ситуации страдают абсолютно все — и богатые, и бедные. Поэтому часть электората чавистов уже отказала Мадуро в поддержке. «Чавизм — это фантазия. Как социализм может сосуществовать с голодом?» — вопрошает бывший высокопоставленный соратник Чавеса Генри Фалькон. Сейчас, по некоторым данным, до 80% населения страны выступает за проведение в Венесуэле референдума о вотуме недоверия главе государства.

Годы чавизма привели к тому, что с прилавков магазинов исчезла даже туалетная бумага 54-02.jpg
Годы чавизма привели к тому, что с прилавков магазинов исчезла даже туалетная бумага

Судебная уловка

В Венесуэле есть не только те, кто хочет протестовать, но и те, кто готов возглавить протест. Впервые за многие годы оппозиция получила возможность отобрать власть у чавистов.

Венесуэльская демократическая оппозиция — это, по сути, идеологические наследники местных правых, которых Чавес отстранил от власти после выборов 1998 года. Дискредитировавшие себя неолиберальной политикой правые проигрывали харизме и нефтедолларам Чавеса выборы за выборами, и в 2015 году дождались момента, когда уже не было ни харизмы покойного команданте, ни нефтедолларов. В тот год они одержали полную победу на парламентских выборах, взяв две трети голосов. Сразу же встал вопрос об импичменте президенту, однако Мадуро через суд оспорил выборы трех депутатов-оппозиционеров, тем самым лишив оппозиционеров возможности выгнать Мадуро из дворца Мирафлорес (президентская резиденция) через парламентские процедуры. Поэтому оппозиции пришлось прибегнуть к более длинному многоступенчатому сценарию.

Для начала ей необходимо было собрать подписи одного процента избирателей, что и было сделано еще в конце мая. На втором этапе необходимо уже 20% подписей по всей стране — эти подписи демократы должны были представить 26–28 октября. Ну и под конец от них требовалось получить семь с лишним миллионов подписей — на одну больше, чем число голосов, отданных за Николаса Мадуро в ходе последних выборов. После этого в стране назначается и проводится референдум.

Теоретически пройти все эти процедуры было несложно. Проблема в нехватке времени. Вся процедура должна была завершиться до 10 января 2017 года, то есть «экватора» президентского срока Николаса Мадуро. Если референдум проводится в первую половину правления и народ выступает за отставку главы государства, то в Венесуэле будут назначены досрочные президентские выборы. Однако если экватор пересечен и референдум проходит в течение второй половины срока, то в случае одобрения отставки президента его просто заменяет вице-президент. То есть сам режим чавистов и их политико-экономический курс остается в силе.

Собственно, этим моментом и воспользовался Николас Мадуро. Президент контролирует Верховный суд и Национальный избирательный совет (местный ЦИК), и эти два органа сделали все возможное для срыва процедуры референдума.

Поначалу речь шла просто о торможении процесса. Верховный суд «уточнил» процедуру импичмента, заявив, что протестующим нужно собрать не 20% достоверных голосов от общего числа избирателей, а 20% в каждой из 23 провинций страны. Формально ничего страшного: если отталкиваться от итогов парламентских выборов 2015 года, то во всех регионах Венесуэлы доля сторонников оппозиции превышала 20%. Хуже всех противники Мадуро выступили в штате Дельта Амакуро, но и там они превысили необходимый на референдуме показатель почти в два раза, получив 36% голосов. А поскольку за последний год ситуация в стране лишь ухудшилась, то и количество противников Чавеса должно было вырасти.

Однако решение суда усложняет процедуру сбора голосов, и с учетом того, что демократы обязаны представить верифицированные подписи 26–28 октября, они могли попросту не успеть. Верховный суд же четко заявил, что «неспособность собрать нужный процент подписей в каждом из штатов или же столичном округе обнулит законность процедуры отзыва президента».

Впрочем, демократам даже не дали возможности испытать свою удачу и попытаться реализовать организаторские способности. Под предлогом нарушений процесса сбора подписей того самого одного процента в штатах Боливар, Арагуа, Карабобо, Монагас и Апуре Национальный избирательный совет приостановил процедуру импичмента. И если процедура не будет возобновлена в ближайшие дни (а это крайне маловероятно), оппозиция попросту не успеет организовать референдум к 10 января 2017 года.

Николас Мадуро уходить не собирается 54-03.jpg
Николас Мадуро уходить не собирается

Чьи руки?

Решение Национального избирательного совета оппозиция и ее сторонники встретили вполне предсказуемо. 23 октября Национальная ассамблея собралась на экстренное заседание, и по его итогам было принято заявление о нарушении президентом конституционного порядка. Оппозиция обвинила Мадуро в организации государственного переворота и призвала людей выйти на улицы. В Венесуэле уже начались массовые акции протеста, которые привели к гибели как демонстрантов, так и представителей сил правопорядка. Мадуро же сдаваться не собирается: в руках президента остается местный ЦИК, армия (до трети губернаторов и половина министров — выходцы из вооруженных сил) и кошелек, пусть и изрядно оскудевший, в лице PDVSA. Ну и, естественно, национальная пропаганда.

Ее Мадуро и задействовал. Венесуэльский президент отказывается признавать свои ошибки и ищет виновников протеста в Вашингтоне. «Я знаю, что сейчас посольство США в Венесуэле стоит за подготовкой актов насилия, терроризма, направленных против мира в нашей стране. Они хотят провести их в ближайшие дни, чтобы шантажировать нашу родину, но я не позволю этого сделать», — говорит Николас Мадуро.

Его подозрения, конечно, имеют под собой основания. Соединенные Штаты действительно заинтересованы в смене режима в Венесуэле. США возвращаются в Латинскую Америку, и переход Венесуэлы (а точнее, венесуэльского нефтедолларового кошелька) в руки дружественных американцам сил усилят позиции Вашингтона в переговорах с мелкими странами Латинской Америки, а также с Кубой, которой без венесуэльских денег придется туго. Если падет режим Мадуро, то вслед за ним могут отправиться никарагуанский и боливийский лидеры, а братья Кастро (если они, конечно, не смогут выторговать денег у России или Китая) станут гораздо покладистее на переговорах с американцами.

Собственно, ряд американских политиков уже призывают Барака Обаму воспользоваться ситуацией и вмешаться в венесуэльские дела. Сенатор Марко Рубио официально призвал Белый дом «ввести официальные санкции против Николаса Мадуро и каждого члена Комиссии (по всей видимости, имеется в виду Национальный избирательный совет. — “Эксперт”), который поддержал это незаконное, антиконституционное и недемократическое решение». Однако стоит ли Обаме выполнять просьбу уважаемого сенатора?

С одной стороны, вопрос кажется риторическим. Ведь Америка позиционирует себя как защитницу демократии, и каждый раз, когда чужому народу угрожают враждебные США правители, Вашингтон вводит санкции. Так было и в случае с «законом Магнитского», и с Ираном, и с Сирией, и даже едва не случилось с египетскими военными (покусившимся на власть «Братьев-мусульман», с которыми американцы только-только нашли общий язык). К тому же санкции станут важным символом поддержки протестующих Соединенными Штатами.

Вот только нужна ли протестующим эта поддержка? Противники Чавеса делают упор на внутренний характер протеста, убеждают людей выйти на улицы за собственное будущее. В этой ситуации любое, даже минимальное участие США в протесте даст Николасу Мадуро необходимые доказательства американского «дирижирования» оппозиционными силами. И не исключено, что ему удастся выключить из протеста некоторых участников, которые американцев не любят гораздо сильнее, чем своего президента.

Впрочем, если внешнеполитическая поддержка протеста будет исходить из соседних стран, то тут руку США увидеть будет гораздо сложнее. Венесуэльские соседи в лице Бразилии, Аргентины, Перу уже публично поддержали протестующих и пригрозили Мадуро региональной изоляцией. Венесуэле не дали председательствовать в Меркосур, а президент Аргентины Маурисио Макри (у которого очень хорошие отношения с администрацией Обамы) вообще призывает исключить Боливарианскую республику из этой организации из-за несоответствия Венесуэлы «демократическим стандартам».

Судя по всему, сочетание внутреннего и внешнего давления в итоге приведет к отставке Николаса Мадуро и концу правления чавистов в Венесуэле. Вопрос в том, когда это произойдет и как глубоко в момент выбрасывания водителя из кабинки автобус заедет в кювет. Ведь если он пересечет «точку невозврата» и перевернется, новому водителю — пусть даже Шумахеру — будет очень трудно вернуть машину на трассу.