Система с гнильцой

Алексей Долженков
корреспондент журнала «Эксперт»
19 июня 2017, 00:00

Хотя европейские центральные банки продолжают удерживать ситуацию под контролем, «эффект домино» в банковском секторе здесь все еще вполне возможен

Иллюстрация: ИГОРЬ ШАПОШНИКОВ

Всего за один евро испанская финансово-кредитная группа Santander прибрела Banco Popular — четвертый по размеру банк Испании. ЕЦБ заявил, что банк находится на грани коллапса и потребовал его продажи.

Испания не единственная страна, где продолжаются проблемы с банковской сферой. В не самой лучшей ситуации находятся и британские банки: на волне неразберихи, связанной с выборами и брекзитом, в начале июня акции Royal Bank of Scotland Group, Barclays, Lloyds Banking Group и других сильно упали, причем RBS обвалился сразу на 4%. Он так и не оправился от кризиса 2008 года, несмотря на все меры, и Лейбористская партия настаивает на том, чтобы вообще разделить RBS на более мелкие локальные банки.

Внешнее благополучие

Основные западные СМИ сейчас практически не пишут о проблемах европейских банков. Особенно странно это выглядит в отношении итальянской банковской системы, где до сих пор не решены проблемы плохих долгов. В принципе, это понятно: панические настроения среди населения, массовый отток вкладов и резкое падение акций только усиливают проблемы в банковской сфере, да и в целом в экономике тоже. Известны случаи, когда из-за паники наступал полный коллапс — как отдельных банков, так и экономик: например, на волне паники была практически разрушена банковская система Эквадора в 1998–1999 годах. Лишь немногие отваживаются публиковать реальную информацию и прогнозы. Например, американский телеканал CNBC сообщил, что, по данным KPMG, европейский банковский сектор к концу 2016 года накопил более 1 трлн евро безнадежных кредитов, что почти в три раза больше, чем в США. Сайт Zerohedge сообщает, что в Италии более 114 банков имеют «техасский коэффициент» (Texas Ratio — отношение безнадежных кредитов и неработающих активов к капиталу и резервам) выше 100%, а 24 из них — выше 200. Texas Ratio был разработан в качестве сигнала для выявления потенциальных проблемных банков и впервые применен в банковской системе Техаса в 1980-е годы (отсюда и название). Собственно, TR более 100% и является предупреждением о проблемах.

Однако при всем при этом аналитики не считают ситуацию с европейскими банками критической, указывая, что она под контролем центральных банков. «У европейских банков существуют проблемы, однако они все решаемы, — полагает аналитик ГК “Финам” Богдан Зварич. — Основной проблемой мог стать суверенный долг, однако ЕЦБ решил ее за счет вливания ликвидности и покупки облигаций на открытом рынке. Сейчас же можно выделять отдельные проблемные банки, а не говорить о секторальном кризисе». Краха одного из крупных игроков европейского банковского рынка аналитик «Финама» тоже не ждет, а что касается мелких и средних банков, то их существенная просадка вряд ли приведет к возникновению маржин-коллов (требований довнести обеспечение по ценным бумагам, под которые взят кредит) у кого-то из игроков, так как объемы акций таких банков в портфелях обычно невелики и могут даже не приниматься в качестве залога под займы.

Предсказать проблемы европейских банков можно далеко не всегда —
из-за «креативного ведения бухгалтерии»

 

Начальник департамента торговых операций ИК «Фридом Финанс» Игорь Клюшнев с этим согласен, хотя и не отрицает, что европейский банковский сектор находится в подвешенном состоянии. «Большинство банков вне риска, но есть несколько крупных банков, которые вызывают большие опасения: Deutsche Bank, Royal Bank of Scotland Group и Banco Popular, — говорит г-н Клюшнев. — При жесткой политике ЕЦБ не возникает опасений, что какой-либо из банков обанкротится, однако падение в капитализации ожидаемо, поэтому инвесторам стоит избегать таких активов».

Фондовые рынки, как и аналитики, не проявляют излишнего беспокойства. «Если судить по котировкам субиндекса EuroSTOXX Banks, инвесторы пока не видят серьезных проблем в банковском секторе, — говорит директор по анализу финансовых рынков и макроэкономики УК “Альфа-Капитал” Владимир Брагин. — Динамика акций банков в целом соответствует динамике индекса широкого рынка. Отдельные банки, безусловно, испытывают проблемы, корни которых тянутся, как правило, к прошлым грехам — либо к слишком агрессивной кредитной политике, которая привела к разрастанию объемов плохих активов на балансе, либо, как у Deutche Bank, к нарушениям, которые сейчас выливаются в большие штрафы». В целом ситуация в банковском секторе Европы скорее улучшается — благодаря улучшению состояния экономики региона, а также тому факту, что ЕЦБ крайне внимательно следит за системными рисками, добавляет аналитик. После кризиса 2007–2008 годов ЕЦБ, как и ФРС, больше всего опасается новых системных проблем в банковском секторе, помня, чего стоило купирование проблем в прошлом. «Сценарий системного краха маловероятен. Не думаю, что ЕЦБ позволит кому-то из значимых банков неожиданно упасть, пустив волну по всей банковской системе. А проблемные банки, если и будут уходить с рынка, то контролируемо», — заключает г-н Брагин.

Черные пятна

Историю с Banco Popular можно считать как раз примером такого контролируемого ухода. «Banco Popular не навредит своему покупателю Santander, даже с учетом того, что будет не так просто привлечь инвестиции для стабилизации баланса мадридского банка, — говорит Игорь Клюшнев. — Долг больше капитала компании в 475 раз, что нормально для банков, но у него отрицательный ROE (Return On Equity: коэффициент рентабельности собственного капитала. — “Эксперт”). У Banco Popular на счете находится 1,3 миллиарда евро мусорных активов, у которых испанский банк списывает 566 миллионов евро стоимости. Однако ситуация не столь трагична, как кажется на самом деле. Santander — огромная финансовая структура с активами на более одного триллиона евро, и у него имеется наличности на 76 миллиардов евро. Santander не поставит под риск свою деятельность, поэтому стоит ожидать избавления от мусорных активов и реструктуризации долга Banco Popular». А вот акционерам RBS есть о чем серьезно беспокоиться: поскольку после кризиса шесть лет из восьми были убыточными, включая 2016-й. Игорь Клюшнев напоминает, что ROE RBS — –13,6, а отношение долга к капиталу превышает 275.

Но RBS на виду. Проблемы могут начаться, если внезапно рухнет какой-то из устойчивых на первый взгляд банков — предсказать проблемы можно далеко не всегда из-за практик «креативного ведения бухгалтерии». Еще в середине 2000-х банки освоили практику сокрытия плохих долгов — например на забалансовых счетах, 2008 год вскрыл часть проблем, но решить их до сих пор не удалось. Если цифра 1 трлн евро безнадежных кредитов близка к реальности, то следующий вопрос — кто накопил их больше всех и кого в случае краха потянет за собой.