Полезный попутчик

Сергей Кудияров
специальный корреспондент журнала «Эксперт»
10 июля 2017, 00:00

В Кемеровской области появился завод по сжижению природного газа. Традиционно угольный регион делает первые шаги к расширению присутствия газа и освоению в России нового перспективного вида топлива

Компания «Сибирь-Энерго» при поддержке региональных властей ввела в эксплуатацию первую линию завода по сжижению газа. Предприятие разместилось в деревне Митино близ Новокузнецка.

Инвестиции в проект составили один миллиард рублей; по расчетам инвесторов, они должны окупиться уже в течение шести лет. Мощность предприятия — 12,96 тыс. тонн СПГ, что соответствует 17,9 млн кубометров природного газа.

В перспективе «Сибирь-Энерго» планирует ввести дополнительно вторую и третью очереди завода, что увеличит его мощность до 84 млн кубометров в год.

Поставщиком технологий и оборудования выступила китайская Aerosun Corp. — дочерняя структура китайской государственной аэрокосмической корпорации CASIC, занимающаяся энергетическим оборудованием.

Продукцию завода предполагается использовать в качестве газомоторного топлива, в первую очередь для большегрузной техники, работающей на угледобывающих предприятиях Кемеровской области. Предварительные договоры на поставку газомоторного топлива «Сибирь-Энерго» еще в декабре 2015 года заключила с компаниями «Кузбассразрезуголь», «Стройсервис», «СДС-Уголь», с Кузбасской топливной компанией. Мощностей первой линии завода должно хватить на обеспечение топливом 160 тяжелых грузовиков. Последующее расширение мощностей, соответственно, увеличит и потенциальный автопарк на газомоторном топливе.

В этом событии интересны два обстоятельства.

Во-первых, обозначается курс на рост доли транспорта на газомоторном топливе на Кузбассе. Это первый реализованный проект, но, похоже, совсем не последний. Так, планы строительства завода подобной мощности имеются у угольной компании «СУЭК-Кузбасс». Проект предполагается реализовать также в целях использования газомоторного топлива на угледобыче. Правда, СУЭК надеется уложиться в более скромную сумму, оценивая необходимые инвестиции в 340 млн рублей. И это при том, что Кузбасс — совсем не газовый регион, уровень газификации Кемеровской области едва превышает 3% против средних по России 67%.

Во-вторых, подобные газовые инициативы на Кузбассе могут придать стимул освоению в России нового перспективного вида ресурса — метана газовых пластов. Проект СУЭК прямо и заявляется как мероприятие в рамках программы утилизации метана угольных пластов. Запущенный завод «Сибирь-Энерго» получает газ от «Газпрома», но есть вероятность, что это тоже будет «угольный» метан.

Вредный и полезный

Угольные месторождения помимо собственно угля содержат и сопутствующий продукт — метан. Это горючий, легко воспламеняющийся материал. Поэтому он часто становится причиной катастроф в ходе добычи, особенно при шахтном способе разработки пластов. И всегда является головной болью для угольной отрасли, вынуждая угольщиков тратить дополнительные, и немалые, средства на вентиляцию шахт. Словом, один вред от этого газа. И со временем этот вред будет только увеличиваться. Как правило, содержание метана растет с увеличением глубины залегания угля. Именно поэтому риск аварий, связанных со взрывами на шахтах, будет нарастать по мере выработки пластов угля нижнего залегания.

Но метан — это и основной (98%) компонент обычного природного газа, наряду с более сложными углеводородами. Поэтому закономерно возникает желание приспособить опасного спутника угля для полезных целей, добывая и используя его как обычный природный газ.

Существуют два принципиально разных способа добычи угольного метана: шахтный, используемый на полях действующих шахт, и скважинный. Шахтный способ является неотъемлемой частью технологии подземной добычи угля — дегазации. Но объемы получаемого газа при этом невелики, и он используется для нужд самих угледобывающих предприятий на местах.

Другое дело скважинный способ добычи. Он позволяет получить достаточно большие объемы газа, поэтому считается промышленным. Метан при этом рассматривается уже не как попутный продукт при добыче угля, а как самостоятельное полезное ископаемое. Разработка метаноугольных месторождений с добычей метана в промышленных масштабах производится с применением специальных технологий интенсификации газоотдачи пластов. Чаще всего это гидроразрыв пласта, закачка через скважину воздуха или воздухо-воздушной смеси, воздействие на пласт током.

Для добычи метана пригодны далеко не все угли. Месторождения длиннопламенных бурых углей бедны метаном. Высокой концентрацией газа отличается антрацит, но его крайне сложно извлечь из-за высокой плотности и чрезвычайно низкой проницаемости залежи. Самыми перспективными для добычи метана считаются угли, занимающие промежуточное положение между бурыми углями и антрацитом.

Попытки освоить добычу угольного метана предпринимались давно. Но проблемой становилось то, что проницаемость угольных пластов довольно мала, поэтому требовалось бурение большого числа скважин, и полученный газ получался слишком дорогим.

Тем не менее прогресс не стоит на месте, и себестоимость добычи угольного метана удалось существенно сократить, нарастив при этом его добычу. Так, в США еще в 2010 году доля угольного метана превысила 51 млрд кубометров, или 8% всей национальной газодобычи. В Китае добыча угольного метана приближается к 20 млрд кубометров в год (7% национальной газодобычи). В Канаде первая скважина для угольного метана была пробурена в 1997 году, а к 2019-му объем добычи угольного метана в провинции Альберта должен выйти на уровень 15 млрд кубометров в год, или 20% всей газодобычи провинции.

В России добыча угольного метана пока что ничтожно мала. По словам заместителя председателя правления «Газпрома» Виталия Маркелова, в 2016 году на Кузбассе было добыто 13,2 млн кубометров метана. Для сравнения: общий объем добычи газа в России в прошлом году превысил 642 млрд кубометров.

Тем не менее шаги в этом направлении предпринимаются. С 2009 года «Газпром» реализует программу «Добыча метана из угольных пластов», есть соответствующее поручение президента страны.

«С 2009 по 2016 год в Кузбассе выполнялись геолого-разведочные работы на Талдинском и Нарыкско-Осташкинском метаноугольных месторождениях. Построены 33 разведочные скважины, поставлены на государственный баланс более 220 млрд кубометров метана», — заявил Виталий Маркелов.

Между тем прогнозные ресурсы метана на основных угольных месторождениях России оцениваются более чем в 80 трлн кубометров (см. график 1), что соответствует примерно трети прогнозных ресурсов природного газа страны. И из этого объема свыше 13 трлн кубометров может быть сосредоточено на Кузбассе, что превратило бы его в крупнейший метаноугольный бассейн мира.

По словам генерального директора компании «Газпром добыча Кузнецк» Станислава Золотых, в 2018–2022 годах проект освоения угольного метана на Кузбассе перейдет в стадию опытно-промышленной добычи. При этом предполагается пробурить 470 скважин, затем, в 2023–2032 годах, еще порядка тысячи новых скважин. В результате к 2032 году ежегодная добыча газа на Кузбассе составит 1,8 млрд кубометров. Это все равно мало в масштабах страны, но заметно повлияет на экономику самой Кемеровской области.

К тому же полученный на Кузбассе опыт (а это, в частности, 50 патентов) «Газпром» планирует тиражировать и на другие месторождения страны.

Метан станет товарным продуктом для реализации в сжиженном виде, для подачи в систему трубопроводов или для выработки электроэнергии. На эти цели «Газпром» выделит 88,9 млрд рублей, из которых 35 млрд пойдет на строительство двух заводов по сжижению мощностью порядка 380 тыс. тонн СПГ в год. Один из них предполагается разместить у села Тыхта в Прокопьевском районе, второй — на Тутуясской углеметановой площади в Междуреченском районе.

Всего, по данным Международного энергетического агентства (IEA), мировая добыча метана из угольных пластов к 2035 году может вырасти до 200 млрд кубометров, что сопоставимо с результатом крупной газодобывающей державы.

При этом перспективы России здесь чуть ли не лучшие в мире (см. график 1).

 22-01.jpg

Все на газ

«Добыча метана угольных пластов — это не только экономически оправданное мероприятие. Проведение предварительной дегазации пластов способствует снижению показателей аварийности на шахтах, что в итоге спасает человеческие жизни», — говорит заместитель генерального директора Института проблем естественных монополий Александр Григорьев.

Но при столь амбициозных планах наращивания добычи угольного метана возникает вопрос: а найдется ли для этого топлива сбыт?

Руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник рассказывает: «Пока метан используют локально — как топливо для обеспечения угледобывающих предприятий. Это улучшает экономику проектов. В глобальном смысле мы в этой отрасли не единственные новаторы. Лидер здесь США, также промышленную добычу ведут Канада, Китай и Австралия. Запасы метана в угольных пластах значительны — до трети национальных прогнозных ресурсов природного газа. Но форсировать направление “Газпрому” пока нет нужды — это больше прикладное направление для холдинга, хотя, возможно, и имеющее стратегическую перспективу, если принимать во внимание критерий солидности запасов. “Газпром” производит сотни миллиардов кубометров газа в год. Добыча же метана из угольных пластов пока ограничивается миллионами кубометров — к примеру, накопленная добыча на Кузбассе составляет около 50 миллионов кубометров. Так что рассуждать о широких перспективах новой отрасли преждевременно. Сегодня это прикладное направление, его ниша локальна».

С другой стороны, проявляется интерес к газу как материалу для получения газомоторного топлива. По оценкам «Сибирь-Энерго», использование газомоторного топлива на предприятиях угледобывающей отрасли при существующих ценах даст экономию до 30% по сравнению с дизельным топливом.

«СУЭК-Кузбасс» оценивает экономию от перевода части своего автопарка на газомоторное топливо (вследствие реализации своего проекта завода СПГ) в 80 млн рублей ежегодно.

Более того, Министерство транспорта России предложило государственную программу на 2018–2022 годы, направленную на расширение использования газомоторного топлива. На ее реализацию будет направлено 163 млрд рублей бюджетных средств. Всего ведомство надеется на привлечение из различных источников до 770 млрд рублей.

Предлагается снизить транспортный налог для машин на газе, уменьшить плату за проезд такой техники по платным дорогам, сокращать сбор с грузовиков массой более 12 тонн, субсидировать производителей машин, работающих на газовом топливе.

По итогам этой программы в России потребление газомоторного топлива должно вырасти в 3,9 раза, «газовый» автопарк — в 3,2 раза. К 2030 году Минтранс надеется заместить газом 25–30% используемого в стране дизтоплива. Для сравнения: сейчас доля газомоторного топлива всех видов в России — лишь около 2,6% при объеме потребления в 495 млн кубометров в эквиваленте. То есть спрос на газ должен быть.

Вопрос в том, будет ли конкурентоспособен по цене угольный метан. По данным «Сибирь-Энерго», в их проекте 60% себестоимости приходится на стоимость сырья. А угольный газ обычно довольно дорог. Так, по данным инвестиционного банка J. P. Morgan, в США в 2010 году себестоимость «угольных» проектов выходила за рамки 120 долларов на 1000 кубометров газа, в то время как для традиционного природного газа она находилась в районе 30 долларов на 1000 кубометров. Однако для Кузбасса, по оценке британской консалтинговой компании EY, экономика освоения угольного газа может быть вполне неплохой (см. график 2).

 22-02.jpg