«ЦБ уже не боится крупного объединения банкиров — он не боится ничего»

21 августа 2017, 00:00
Алексей Саватюгин

«ЦБ уже не боится крупного объединения банкиров — он не боится ничего»

Неожиданный конфликт в банковской сфере, который привел к выходу восьми крупнейших игроков из Ассоциации российских банков (АРБ), набирает обороты. Недовольные игроки, как ожидается, переформатируют другую банковскую саморегулируемую организацию — Ассоциацию региональных банков России (АРБР). Глава АРБ Гарегин Тосунян заявил, что шаг восьми крупнейших — «проявление крайней степени поляризации рынка как по величине, так и по интересам», а правило «один банк — один голос» может не нравиться группе банков, контролирующей бóльшую долю рынка и желающей иметь априори гораздо более «веское» слово в принятии всех решений, чем средние и небольшие игроки. О реальных причинах и возможных путях развития сложившейся ситуации мы попросили рассказать стороннего, но информированного наблюдателя Алексея Саватюгина — профессора Банковского института Высшей школы экономики и члена совета Московской межбанковской валютной ассоциации.

— Как сложилась такая ситуация, когда крупнейшие участники вышли из АРБ? Что послужило поводом, а что было основной причиной?

— Все началось уже давно, сейчас ситуация просто вылилась в острую публичную фазу. На мой взгляд, зря вылилась. Все, что я буду говорить — мое личное мнение, это не мнение организаций, которые я возглавляю. В 2008 году было письмо на имя председателя Правительства от госбанков и Альфа-банка, о необходимости объединить две ассоциации – АРБ и АРБР (Ассоциация региональных банков России), и сделать одну большую крупную универсальную банковскую ассоциацию с новым руководством. В качестве основной аргументации называлось, что это является последней преградой в построении международного финансового центра. Если бы такое письмо составлялось сейчас, то в нем бы сослались на необходимость построения цифровой экономики или еще что-нибудь в том же духе. Однако было не до этого – надо было спасать банковскую систему как таковую, и руководство Банка России заняло принципиальную позицию, что оно не вмешивается в конфликт. Попытки объединить ассоциации и позже были неоднократно, причем как с одной, так и другой стороны, но стороны не могли договориться, будет ли это слияние на равных, или как присоединение более мелкой ассоциации к более крупной. К сожалению, личные амбиции играли серьезную роль в этом процессе. К тому же, как мне кажется, Банк России, в прошлом своем руководстве поддерживал такое искусственное размежевание банковского сообщества.

— Сейчас Банку России это уже не выгодно?

—  С тех пор количество участников рынка сильно сократилось и продолжает сокращаться. Банк России уже стал очень жестким регулятором. Банкиры уже не позволяют себе резких высказываний в отношении политики регулятора, особенно в отношении его надзорной деятельности. Поэтому изменилась роль банковских ассоциаций. Банк России уже не боится крупного банковского объединения, потому что он уже не боится ничего. Ассоциация российских банков во главе с Гарегином Тосуняном в последнее время занимала чуть более жесткую позицию по отношению к Банку России, и не стеснялась высказываний, на мой взгляд, достаточно взвешенных и дипломатических, но все равно критиковали отзывы лицензий, массовые предписания и прочее. В то же время Ассоциация региональных банков, как правило, была чуть более лояльна позиции Банка России. Причем до последнего исхода крупных банков было больше в Ассоциации российских банков.

— Нужна ли вообще какая-либо ассоциация крупным банкам?

— Честно говоря, крупным банкирам, особенно госбанкирам, никакая ассоциация не нужна. Они имеют возможность самостоятельно ходить в самые высокие кабинеты власти и решать свои проблемы напрямую. Крупнейшие частные банки, тоже имеют доступ в высокие кабинеты. Формально они состояли в АРБ, но...

—Недавно Сбербанк обращался в АРБ за помощью по ситуации с Транснефтью.

Это был очень странный иск, который если бы стал прецедентом, мог очень негативно отразиться на финансовой системе страны. Сбербанк обратился в АРБ, и АРБ оперативно помогла. То есть до сих пор не было никаких публичных претензий со стороны Сбербанка, ВТБ, других госбанков, к деятельности АРБ. Спрашивается: если вы члены ассоциации, причем крупные, уважаемые члены, чей голос не может не быть услышан, почему вы не хотели решить вопрос внутри ассоциации, с помощью тех или иных процедур? Почему в одном случае, понадобилось письмо Путину, а в другом такой согласованный исход? Кстати, первым все это начал Альфа-банк, во время съезда АРБ, в апреле, когда он странным образом приостановил свое членство, и сказал, что не согласен с докладом АРБ, который выносится на съезд. Интересно, что Альфа-банк не высказал ни одной содержательной претензии к докладу. Не оспорил ни одной цифры, ни одного вывода, и был не согласен только с жесткостью формулировок, которой, кстати, по моему мнению, в этом докладе не было.

— Может быть дело в принципе: «один банк – один голос»?

—  Если я занимаю половину рынка — любого рынка, то почему у меня один голос? (пятисотая доля голосов в ассоциации)? Тут есть определенная логика. Но, мне кажется, принцип «один член – один голос» правильный. Это базовый принцип НКО. Как решают эту проблему в других ассоциациях? Говорят: «На общем собрании у нас один член — один голос, но за это мы должны иметь приоритетное право участия в каком-то коллегиальном органе, в совете, в президиуме, в бюро». То есть, в своеобразный совет директоров ассоциации мы должны выходить. Логично, но крупные банки и входили и в совет АРБ.

—Почему г-н Тосунян, опытный банкир и чиновник, так резко отреагировал на ситуацию?

— Мне кажется, что жесткая публичная политика банков, которые выступили с открытым письмом о выходе из ассоциации, спровоцировала его ответ. Два месяца назад прошел съезд АРБ, предложили бы там поменять устав, предложили бы ротацию президента ассоциации, предложили что-то еще. Вот если бы предложили, а большинство проголосовало против, тогда был бы понятный повод для выхода. Сначала выйти, потом обвинить —  ситуация не очень правильная. Кстати, потом ряд банкиров подготовил письмо-ответ от 15 банков-членов АРБ с предложением к вышедшим банкам встретиться, обсудить предложения по реформе АРБ. Ответа на это предложение не последовало. 

— Каким вы видите будущее АРБ, АРБР и, возможно, новой ассоциации крупнейших банков?

— Про будущее АРБ ничего сказать не могу. При этом, мне кажется, очень маловероятно создание ассоциации крупных банков. К сожалению, я не вижу для крупных банков, государственных и частных, поводов для долгосрочного сотрудничества в рамках ассоциации. У них идет достаточно жесткая конкурентная борьба между собой. Сейчас идут переговоры по объединению на базе Ассоциации региональных банков России.

Однако дискуссии, которые сейчас крупные банки ведут друг с другом, меня, честно говоря, не радуют. Обсуждаются совершенно второстепенные вопросы. Идут переговоры о будущих правилах игры, и о том, как в дальнейшем вести интриги, вместо того чтобы обсуждать: зачем новая ассоциация нужна? Чем была плоха позиция нынешних ассоциаций? Какие проблемы стоят перед банковским сообществом в целом? Как они собираются позиционировать себя по отношению к регулятору?