Очертили круг

Алексей Долженков
корреспондент журнала «Эксперт»
22 января 2018, 00:00

Основные идеи Гайдаровского форума для российской экономики — низкий государственный долг, стабильная низкая инфляция, борьба с немонетарными факторами инфляции, эксклюзивные налоговые преференции для инвесторов, рост собираемости налогов и борьба за эффективность госуправления. Общий прогноз — примерно 2% роста в 2018 году

ТАСС
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина и министр финансов РФ Антон Силуанов пообещали небольшое ослабление денежно-кредитной политики и преференции для отдельных инвесторов

Гайдаровский форум «Россия и мир: цели и ценности», прошедший 16–18 января, был очень представительным и масштабным. По словам организаторов, на нем собралось 15 тыс. человек. Традиционно на форуме обсуждаются основные тенденции социально-экономического и политического развития, состояние бизнес-среды и инвестиционного климата России, а также перспективы дальнейшего экономического роста и интеграции России в мировую экономику. Что, собственно, и отражено в официальной концепции форума. Однако в этом году вектор изменился. Как заявил директор форума, глава Ассоциации инновационных регионов России Иван Федотов, «форум не занимается политикой. У нас не экономический форум, а экспертный».

Налоговая база в последние годы снижается  42-02.jpg
Налоговая база в последние годы снижается
Госдолг к 2020 году вырастет лишь до 16% ВВП, а расходы на его обслуживание не превысят 0,8% ВВП 42-03.jpg
Госдолг к 2020 году вырастет лишь до 16% ВВП, а расходы на его обслуживание не превысят 0,8% ВВП

Промышленников оттеснили

Вот что обсуждали эксперты в стенах РАНХиГС: реформа госуправления, состояние налоговой системы и перспективы экономического роста; популярные технологии, такие как искусственный интеллект, блокчейн и криптовалюты; интеграция системы высшего образования, в первую очередь структур РАНХиГС, в различные программы подготовки и переподготовки госслужащих и персонала для бизнеса; глобализация; деятельность центробанков; результаты революции 1917 года и вопросы здравоохранения. Вопросы, «вброшенные» в повестку накануне форума, остались за кадром — незадолго до Гайдаровского форума началось активное обсуждение очередного налогового и бюджетного маневров. Как заявил СМИ помощник президента Андрей Белоусов, сейчас «прорабатываются различные варианты бюджетного маневра для увеличения расходов на здравоохранение, образование и инфраструктуру на полтора-два процента ВВП». Появилась информация, что Центр стратегических разработок и его идейный вдохновитель Алексей Кудрин предлагают к 2024 году увеличить расходы на образование на 0,8% ВВП, на здравоохранение — на 0,7%, на инфраструктуру — на 0,8%. Это предполагается осуществить не за счет увеличения расходов бюджета, а за счет перераспределения средств. Снова появились сообщения о готовящемся повышении НДФЛ сразу до 15% и, шире, о налоговом маневре (он включает в себя повышение НДС). Помимо этого с 2018 года произошла передача в регионы льготы по налогу на движимое имущество, который представители бизнеса называют «налогом на модернизацию», одновременно Минфин будет требовать с регионов отчеты об эффективности региональных льгот с риском лишения федеральных дотаций.

Наконец, накануне Гайдаровского форума президент Российского союза промышленников и предпринимателей Александр Шохин внезапно воскресил тему приватизации: «Главной целью приватизации ключевых государственных активов должно стать не пополнение бюджета, а привлечение стратегических инвесторов, желающих не только вкладывать деньги, но и готовых делиться инновационными решениями, помогать освоению новых ниш на мировом рынке. С учетом данных обстоятельств каждый лишний год отсрочки при решении вопроса о приватизации может отрицательно сказаться на перспективах наших экономических флагманов с госучастием в глобальной конкурентной борьбе», — заявил в интервью «Российской газете» глава РСПП.

Впрочем, на Гайдаровском форуме все эти важные для страны вопросы не обсуждались.

Оказалась вынесена за скобки и промышленная политика, причем со скандалом: бизнес-омбудсмену и лидеру Партии роста Борису Титову не дали выступить на форуме. Отказали с формулировкой «не представляется возможным». Позже директор форума Иван Федотов в эфире радио Sputnik сообщил, что Борис Титов не выступает на Гайдаровском форуме, так как «Гайдаровский форум не место, на котором можно презентовать или обсуждать свою предвыборную программу». Что, собственно, может служить официальным поводом для отказа, ведь г-н Титов действительно является кандидатом в президенты от Партии роста.

Сославшись на ряд причин, не стал выступать на форуме Алексей Кудрин — что странно, так как оппонировать ему, а также остальным финансистам все равно было некому.

«Гайдаровский форум сегодня — это не дискуссионная площадка, на ней представлена фактически одна точка зрения, — говорит уполномоченный при президенте России по правам предпринимателей Борис Титов. — Это точка зрения отживающей школы. Весь мир уже пошел по другому пути, отошел от жесткой финансовой политики, все используют инструменты количественного смягчения, активной поддержки экономики — и практика показывает, что это эффективно». Как рассказала «Эксперту» представитель омбудсмена, доклад должен был быть продолжением дискуссии, которая идет между Борисом Титовым и «гайдаровцами» по многим экономическим вопросам, в том числе по тому, как должно перестраиваться госуправление, по денежно-кредитной политике, по инвестициям в развитие. Эта дискуссия идет уже два года и никак не связана с текущей кампанией, скорее наоборот, президентская компания Бориса Титова призвана привлечь внимание к этой дискуссии.

Но экспертов Гайдаровского форума решили не занимать вопросами принципиального выбора пути развития отечественной экономики. Им предложили практические вопросы. Однако ответы оказались очень содержательными.

Прогноз стабильный

Не только Гайдаровский, но и все экономические форумы в последние годы стараются создать максимально спокойную среду для спикеров. Оградить от неудобных вопросов, нарушающих их картину мира. Для этого придуманы бейджи с разными уровнями доступа, закрытые секции, куда пускают по особым приглашениям, запрет на проход журналистов (кроме особо важных, чаще с ТВ) на основные заседания — чтобы просто смотрели трансляции на экране, а вопросы задавали в строго отведенном месте. Это общий вектор развития всех крупных мероприятий. Постепенно из числа выступающих на экономических форумах, где ожидаются представители финансового блока, исчезают промышленники и руководители регионов. Создается ощущение, что финансисты все больше стремятся отгородиться от всех. Впрочем, даже при таком усиленном «фейс-контроле» аудитория разочаровывает спикеров. Показателен опрос, поведенный в рамках панельной дискуссии «Устойчивость экономического роста в России и мире». Залу задали вопрос: вышли ли Россия и мировая экономика из кризисов 2015–2016 годов и 2008 года? Опрос в зале, в основном заполненном аналитиками и финансистами, показал: только 20% считают, что Россия вышла из кризиса 2014–2015 годов, более 50% считают, что наша страна еще остается в кризисе. Представители ЦБ и МЭР, услышавшие эти результаты, не могли сдержать разочарования.

Тем не менее панельная дискуссия, посвященная итогам развития российской экономики, на которой присутствовали председатель Банка России Эльвира Набиуллина, министр финансов Антон Силуанов и министр экономического развития Максим Орешкин, была очень содержательной, так как спикеры зафиксировали свои основные позиции. Эльвира Набиуллина считает, что «экономика будет расти в пределах полутора-двух процентов, это потенциальные темпы роста при нынешней структуре экономики, при нынешних институтах». При этом она сказала, что ЦБ больше не будет стремиться снижать инфляцию, но и не будет ее отпускать вверх. ЦБ будет поддерживать инфляцию на уровне около 4%. Чем стабильнее инфляция, тем быстрее ЦБ сможет смягчать денежно-кредитную политику, тем более она будет нейтральной. Уровень нейтральной денежно-кредитной политики в России, по мнению главы ЦБ, — это ставка в районе 6%. Из крайне важных заявления Набиуллиной надо отметить, что ЦБ будет поддерживать снижение действия немонетарных факторов инфляции, в частности развитие транспортно-логистической инфраструктуры, особенно для продовольственных товаров, которая должна снизить себестоимость конечной продукции. В целом можно считать, что ЦБ сдвигается от слишком жесткой политики в сторону мягкой поддержки развития. Но очень мягкой.

Еще из важного: Набиуллина заочно ответила критикам на то, что ЦБ якобы ведет к огосударствлению банковской системы. Напротив, ЦБ видит необходимость развития коммерческого сектора и будет стремиться ликвидировать неравенство государственных и коммерческих банков к доступу к депозитам госкомпаний.

Чрезвычайно информативным оказалось выступление министра финансов Антона Силуанова: «Если будет продолжаться такая же конъюнктура, как сегодня, мы выйдем на профицит (бюджета. — “Эксперт”)». Внутренний долг создаваться не будет. Среди приоритетных вопросов бюджета он назвал инфраструктуру и вложения в человеческий капитал — развитие здравоохранения и образования. Но Силуанов заметил, что прежде чем наращивать бюджеты в этих секторах, надо посмотреть на эффективность расходов. В любом случае размер расходов будет определяться только налогами, и здесь министр рассчитывает на то, что собираемость налогов еще возрастет. По данным Минфина, в 2017 году фискальная нагрузка составила 30,8% ВВП. Относительно инвестиционных проектов и возможности для инвесторов получать льготы Силуанов сказал, что если будут инвесторы, желающие инвестировать в российскую экономику, то существует множество эксклюзивных решений и уже используемых механизмов, чтобы поддержать такие инициативы. Собственно, это один из глубинных споров между рыночными игроками и правительством: что эффективнее — послабления для всех с риском потерять краткосрочно в налоговых сборах или точечные решения. Министр на это ответил. Мы же задались вопросом, растет ли налоговая база при текущем уровне налогообложения, и обнаружили, что с 2015 года налоговая база для исчисления налога на прибыль стала снижаться (см. график 1). Снижение несущественное, но, может быть, стоит обратить на это внимание.

Автоматизируй это

На открытом диалоге «Эффективность бюджетных расходов как зеркало эффективности государственного управления» председатель Счетной палаты РФ Татьяна Голикова предложила объединить Пенсионный фонд России, Фонд социального страхования и Фонд обязательного медицинского страхования в единый государственный внебюджетный фонд. По ее мнению, так можно сэкономить ресурсы и исключить необходимость параллельных информационных систем. Собственно, часть функций этих фондов, а именно сбор страховых взносов, уже передана в Федеральную налоговую службу. Для увеличения эффективности и сокращения расходов г-жа Голикова предложила ликвидировать часть федеральных агентств и перераспределить полномочия между центром и регионами. Последующее обсуждение показало, что не все губернаторы поддерживают эту идею, и во многом их позиция оказалась близка позиции бизнес сообщества, которое тоже выступает против слишком частых изменений.

Идея сделать госуправление как можно более эффективным любой ценой активно лоббируется всем либеральным лагерем, начиная от ЦСР и заканчивая Германом Грефом: выступая на форуме, председатель правления Сбербанка заявил, что процессы госуправления нужно объединить в единую платформу, а простые процессы вообще отдать на откуп автоматическим алгоритмам.

Никто не хочет вашей заботы

В числе немногих финансистов выступил председатель совета директоров ГК «Ренова», президент фонда «Сколково» Виктор Вексельберг, назвавший основными проблемами экономики доступ к финансовым ресурсам и общее недоверие государства к бизнесу. Он также отметил, что при стабильности основных показателей совокупность изменений в регулировании приводит к тому, что реальная нагрузка на бизнес растет.

Все больший прессинг ощущают и регионы. Так, на одной из сессий Гайдаровского форума обсуждалось наделение дополнительными полномочиями субъектов РФ — смысл в том, чтобы вписать регионы в госпрограммы в качестве исполнителей. Однако, к удивлению Минфина, регионы резко воспротивились. А глава Татарстана Рустам Минниханов обратился с просьбой к министру финансов: «Я против передачи полномочий регионам потому, что все мы существуем в разных условиях. Например, в прошлом году у нас забрали один процент от региональной части налога на прибыль, а потом вернули за хорошую работу, но это тридцать процентов от того, что взяли. У меня просьба: вот изменили что-то, и пять лет не трогайте ничего. Мы будем понимать, сколько мы заработали».

 42-04.jpg

Как уже было сказано, финансисты готовы обеспечить отдельные проекты отдельных компаний льготными условиями. Однако некоторые экономисты называют такой подход «костыльной экономикой», и в таких условиях наш рост опять зависит лишь от тенденций на мировых рынках. «Состоится рост или нет, зависит от очень простых вещей, России не полностью подвластных: мировых цены на газ, нефть, металлы и курса доллара и евро (чем слабее доллар, тем обычно выше цены на активы), — сказал «Эксперту» Яков Миркин, заведующий отделом международных рынков капитала ИМЭМО РАН. — Эти цены идут вверх с января 2016 года. Нефть Brent выросла более чем в два раза, природный газ на — 70 процентов, медь более чем в два раза, алюминий — на 50 процентов, золото — на четверть. Поставки сырья из России очень устойчивы, они даже выросли в физических объемах в 2013–2017 годах. Они поддержаны ростом глобальной экономики со скоростью выше трех с половиной процентов и Китая — до шести-семи процентов. По-прежнему одну треть импорта сырой нефти ЕС получает из России. Китай стал крупнейшим потребителем нашей нефти. Короче говоря, если рост цен на сырье и ослабление доллара США являются не случайными колебаниями, а циклическим движением (шансы на это — 60–70 процентов), то мы вновь увидим золотую “середину 2000-х годов”, но важно ее не проспать». Внутренних стимулов для роста очень мало, подчеркивает экономист.

«Значимое ускорение роста экономики выглядит проблематичным без специальных рычагов стимулирования, — уверен Михаил Ершов, главный директор по финансовым исследованиям Института энергетики и финансов. — Сейчас ограничения существуют и на стороне предложения, и на стороне спроса. Даже при нынешней умеренной монетизации экономики (отношение М2 к ВВП — около 47 процентов) те деньги, которые есть, не востребованы экономикой, и в результате формируется так называемый структурный профицит ликвидности, когда финансовые ресурсы не поступают в реальную экономику, а остаются в банковской системе, в том числе размещаясь на депозитах коммерческих банков в самом ЦБ. Поэтому важны механизмы денежной трансмиссии, которые обеспечат приток средств в реальный сектор, что будет облегчать экономический рост. Причем слишком низкий уровень инфляции тоже тормозит рост, как бы неожиданно это ни звучало». Михаил Ершов согласен, что поддержку росту могут оказать и каналы внешней торговли (в том числе повышение нефтяных цен), но предупреждает, что нынешнее положительное сальдо торгового баланса вызывает приток валюты и удорожание рубля. Именно поэтому Минфин РФ (вопреки заявлениям регуляторов о своем невмешательстве в курсообразование) вынужден выходить на валютный рынок и осуществлять интервенции, тормозя, по сути, удорожание рубля. Экспорту это, может быть, и поможет, но он сейчас сам наталкивается на ограничения внешнего спроса и санкций. Одновременно удешевление рубля сдерживает внутренний спрос, а он важен для экономического роста. «Поэтому, учитывая многофакторность проблемы роста экономики, необходимы и соответствующие разноплановые решения, которые должны включать в себя и процентные послабления, и налоговые стимулы, и повышение реальных располагаемых доходов населения», — резюмирует эксперт.

«В современных российских условиях разумный рост совокупного долга будет главным признаком улучшения экономической ситуации, — говорит заместитель директора, заведующий лабораторией анализа и прогнозирования производственного потенциала и межотраслевых взаимодействий Института народнохозяйственного прогнозирования РАН Александр Широв. — Если же речь идет о государственном долге, то ситуация сложнее. Хотя если государство откажется от заимствований, то это с высокой вероятностью приведет к исключению государственного потребления из факторов ускорения темпов роста. Зачем это нужно делать при текущих уровнях долговой нагрузки (государственный долг — около 15 процентов ВВП), не вполне ясно».