Это не показательная порка

Политика
АРЕСТЫ В ДАГЕСТАНЕ
«Эксперт» №7 (1063) 12 февраля 2018
Москва начала уникальную операцию по перезагрузке всей управленческой системы Дагестана. Принято политическое решение утвердить в регионе российскую законность
Это не показательная порка

Наведение порядка в самом, пожалуй, сложном и бедном регионе страны федеральный центр оттягивал как мог, до поры до времени полагаясь на консервативные сценарии «перезагрузки» Дагестана. Сложно оценивать реальные представления Москвы о качестве дагестанских элит, но до 2017 года именно на местные кадры была возложена миссия управленческой эволюции. Для стимулирования процесса в регион неоднократно направлялись федеральные инспекторы и силовики, которые вскоре с позором отправлялись восвояси. Центр как будто не замечал этих болезненных щелчков по носу.

Терпение лопнуло под занавес третьего срока Владимира Путина. В октябре минувшего года президент отправил в Дагестан своего давнего соратника, вице-спикера Госдумы, бывшего сотрудника МВД и Совбеза Владимира Васильева. И уже через месяц республику постигла ковровая зачистка насквозь коррумпированной власти. Такой операции не знала даже Республика Коми, где после посадки губернатора Вячеслава Гайзера следствие тоже прошерстило всю элиту.

Стиль похож, но масштабы не те. А главное, в Коми отсутствовал фактор межнациональной напряженности, которой элиты Дагестана непременно прикрывали свою вседозволенность. Народу давно без разницы, кто лезгин, а кто кумык, все дружны в своих бедности и бесправии. Но вопросы земли, денег и власти тут же пробуждали национальное самосознание — у тех, кто конфликтовал за эти ресурсы. В Москве же предпочитали закрывать глаза на коррумпированность власти, откупались самыми крупными в стране дотациями, лишь бы не было народного взрыва на почве национальной вражды. Влияние кланов уравновешивали должностями и министерствами, отданными на кормление, считая, что таким образом сохраняется контроль над землячествами и потоком недовольных, которые уходили «в лес».

О том, что в подполье чаще бегут молодые люди от жизненной неустроенности, нехватки работы и желания спастись от несправедливости власти, найти правду в исламе, не задумывались — отдавали проблему на откуп силовикам. Война в Сирии быстро избавила от иллюзий. Никакие зачистки не помогли. Именно из Дагестана последовал самый массовый поток добровольцев в ряды запрещенной в России организации «Исламское государство». Но Халифат в Сирии был уничтожен. Недобитые боевики, потеряв свою территориальную вотчину, возвращаются по домам, а ведь именно в российском Дагестане ваххабитское подполье чувствует себя наиболее комфортно. При этом некоторые кланы используют местных экстремистов в своих криминальных схемах и для давления на власть и конкурентов. Предупреждение терроризма — первая причина дагестанской спецоперации в привязке ко времени.

Вторая причина — назревший социальный бунт, который может не дождаться завершения президентских выборов. Это не просто слова: за год в Дагестане проходит несколько десятков митингов, демонстраций, пикетов, о которых не говорят центральные СМИ и которые не считают никакие социологи. Причины самые разные — от самоуправства властей до беспредела силовиков. Вот кто знает, что в 2016 году сотни жителе