По домам!

Александр Ивантер
первый заместитель главного редактора журнала «Эксперт»
19 февраля 2018, 00:00

Стартующая 1 марта очередная амнистия российских капиталов имеет шансы оказаться результативнее предыдущей. Но не вследствие совершенства процедуры, а по обстоятельствам, ужесточающим режим функционирования капиталов за пределами нашей юрисдикции

ПРЕДОСТАВЛЕНО КСК ГРУПП
Ведущий юрисконсульт КСК Групп Денис Ладыгин

Тревожное ожидание усиления западных санкций, оказавшееся по факту ознакомления с «кремлевским докладом» США не стоившим мессы, вызвало к жизни новый всплеск усилий властей по деофшоризации российского бизнеса. Одним из проявлений этой активности стало решение о проведении еще одной амнистии капитала — пакет законодательных инициатив, ее оформляющих, прошел третье чтение в Думе 9 февраля.

Предыдущая амнистия стартовала 1 июля 2015 года сроком на шесть месяцев, затем была продлена еще на столько же. Закон предлагал физическим лицам добровольно декларировать зарубежное имущество (недвижимость, транспортные средства, ценные бумаги, доли в бизнесе), счета в зарубежных банках и контролируемые иностранные компании (КИК). При этом платить налоги с декларированного добра, во всяком случае напрямую, не требовалось (детальный разбор прошлой амнистии см. в статье «Еще один шанс на УДО», «Эксперт» № 50 за 2015 год).

Новая амнистия будет действовать с 1 марта нынешнего года по 28 февраля 2019-го. В механизме есть ряд новаций. Так, можно будет задекларировать уже закрытые счета, при этом средства на декларированных счетах будут освобождены от налогов (кроме налогов с прибыли и имущества КИК). Кроме того, безналоговая ликвидация КИК продлевается до 1 марта 2019 года — если компания будет закрыта к этому сроку, налога с получаемого имущества платить не надо.

Подробнее достоинства и риски новой амнистии капиталов «Эксперт» обсудил с ведущим юрисконсультом «КСК групп» Денисом Ладыгиным.

Каковы основные итоги предыдущей амнистии капиталов в соответствии с ФЗ-140 «О добровольном декларировании…», проводившейся с 1 июля 2015-го по 30 июня 2016 года? Можно ли считать ее успешной?

— Данные об итогах амнистии разнятся. По словам министра финансов Антона Силуанова, подано более семи тысяч деклараций. По другим сведениям, было около двух с половиной тысяч деклараций. Руководитель налогового ведомства в итоге сообщил, что раскрываться информация об амнистии не будет.

Ожидалось, что деклараций будет больше. И в большинстве случаев предыдущий этап амнистии не оценивается как успешный. Тому есть несколько причин.

Во-первых, сам смысл амнистии. Не всегда было ясно, зачем подавать специальную декларацию. Если речь шла о незадекларированном личном счете, где не было проблем кроме самого факта неуведомления, то амнистия была неплохим вариантом исправления ситуации. С другой стороны, предлагалось задекларировать, например, недвижимость. Соответствующая графа была в специальной декларации. Приобретение или владение недвижимостью за границей само по себе не требует никаких уведомлений. Непонятно, зачем передавать эту информацию налоговым органам.

С точки зрения иностранных компаний на дату проведения амнистии многие не верили, что автоматический обмен налоговой информацией фискальными органами стран — это серьезно. В среднем бизнесе активно ликвидировать компании начали только в конце 2016 года. К этому моменту амнистия уже закончилась.

Во-вторых, амнистия была сопряжена с риском распространения информации о личных активах. Публичность этих сведений может привести к давлению на предпринимателя со стороны различных структур. Этого обстоятельства все стараются избежать.

В-третьих, сохранялся риск привлечения декларантов к уголовной ответственности по другим, неналоговым статьям, амнистирование по которым законом не предусматривалось. Речь идет о мошенничестве; легализации преступных доходов, незаконной банковской деятельности и так далее. В части мошенничества известны случаи довольно широкого толкования, что также рассматривалось как значительный риск.

Каковы главные особенности новой амнистии 2018–2019 годов?

— Ключевое положение — то, что вместе с амнистией («подачей специальной декларации») продлен срок для «безналоговой ликвидации». Эти два механизма могут успешно работать вместе. Выделим несколько категорий предпринимателей, для которых законодательные инициативы будут наиболее актуальны.

Во-первых, это те, кто даже не приступал к реструктурированию зарубежного блока своего бизнеса. Новые нормы — отличный шанс успеть привести свои дела в порядок без дополнительных издержек. Особенно если речь идет о пассивных компаниях. Здесь риск автообмена налоговой информацией с зарубежными фискалами в 2018 году особенно велик.

Во-вторых, это те, кто уже запустил безналоговую ликвидацию, однако не успел ее завершить в 2017 году. Причин может быть множество — например, задержки иностранных подрядчиков; трудности с аудитом; слишком позднее решение.

В-третьих, это те, кто не является налоговым резидентом РФ. На первый взгляд кажется, что им новые положения интересны в меньшей степени. Однако западные санкции расширяются. Для кого-то внешние риски стали более значимыми, чем российские. В этом случае нововведения также могут принести пользу.

Специальная декларация может быть полезна и в других ситуациях. Например, если лицо получило акции при безвозмездном перераспределении участия. Если же компания использовалась как личный кошелек и за счет прибыли финансировалось личные дела — риски остаются и при подаче специальной декларации.

Сокращен ли список уголовных составов, на которые амнистия не распространяется?

— Не сокращен. Уголовные риски такие же, как и не предыдущем этапе.

Какие неопределенности и лакуны прошлого порядка амнистии снимает новый пакет, а какие проблемы у декларантов остаются?

— Из дополнительных плюсов можно отметить возможности: а) амнистировать закрытый счет за рубежом; б) передать в порядке «безналоговой ликвидации» денежные средства.

Ранее передавать денежные средства без уплаты НДФЛ было нельзя. Природа этого требования непонятна. На поверхности лежало решение — перевести деньги в высоколиквидные и надежные ценные бумаги.

Но и здесь таились два момента.

Во-первых, бумаги должны были быть включены в специальный список ЦБ. Иначе нельзя зачислить доход от их реализации на зарубежный счет бенефициара.

Во-вторых, не следовало сразу же их реализовывать. Допустим, активы всегда были в форме средств на счете. Перед ликвидацией их перевели в ценные бумаги. А после моментально продали. Был риск квалификации этих мероприятий в качестве действий с единственной целью — получения налоговой выгоды. С учетом нашумевшей статьи 54.1 НК РФ формировался риск отказа в применении льготы. Сейчас эта проблема снята.

Однако есть ряд моментов, на которые стоит обратить внимание.

Безналоговая ликвидация может помочь с переводом средств на бенефициара. Подача специальной декларации позволит избежать ряда штрафов. Но все эти опции не касаются происхождения средств и не могут решить вопрос легализации. Особенно если средства были получены непрозрачным путем.

Декларированию информации должно предшествовать понимание источника происхождения. Каким образом и кем средства были заработаны. Чем эти сведения могут быть подтверждены.

Далее, нынешняя амнистия не актуальна для предпринимателей, которые не являются налоговыми резидентами РФ. Но и здесь важно учитывать два момента.

Во-первых, нормы о налоговом резидентстве в РФ довольно просты (критерий 183 дней). Неоднократно поднимался вопрос об их изменении. Высока вероятность, что в ближайшее время значение будут иметь также место проживания семьи, наличие недвижимости, место ведения бизнеса и так далее.

Во-вторых, банки будут строже соотносить декларируемую информацию клиента о резидентстве и фактические обстоятельства.

В скором времени концепция смены резидентства будет актуальна только в условиях полноценной релокации. При трудностях также есть смысл оценить новые положения применительно к своей ситуации.

Насколько эффективной, на ваш взгляд, окажется новая волна амнистии капиталов с учетом всего комплекса текущих обстоятельств, в частности усиления санкционного давления на РФ и начавшегося в прошлом году автоматического обмена налоговой информацией между РФ и зарубежными юрисдикциями, включая те, которые долго считались «тихими гаванями»?

— Автоматический обмен предполагает, что информацией обмениваются финансовые учреждения, в первую очередь банки. В частности, по итогам 2018 года планируется обмен со Швейцарией. Поэтому сейчас российскому транснациональному бизнесу важно определиться. Или менять налоговое резидентство, причем по-настоящему, а не формально, — или декларировать свои иностранные активы.

Предложенный законодателем формат деофшоризации в целом более чем лоялен. Видится, что второй этап амнистии и безналоговой ликвидации будет более успешным.

Каковы текущие итоги реализации Закона о КИК? Можно ли считать его эффективным инструментом деофшоризации бизнеса?

— Об итогах закона о КИК говорить пока рано. С учетом поправок закон содержит почти все необходимое. Вместе с автоматическим обменом, если он качественно заработает, это будет вполне эффективный комплекс мер по деофшоризации. Осталось только доработать правила налогового резидентства для физических лиц.

Амнистия предполагает ограниченный круг составов, которые освобождаются от уголовной ответственности 34-02.jpg
Амнистия предполагает ограниченный круг составов, которые освобождаются от уголовной ответственности