На ногах после нокаута

Жак Сапир
профессор экономики Высшей школы социальных наук (Париж), доцент МГУ им. М. В. Ломоносова, иностранный член РАН
17 декабря 2018, 00:00

Эммануэль Макрон опоздал с уступками — ему уже не верят. Протест против «президента богатых» объединил «желтые жилеты»

ТАСС
Эммануэль Макрон, президент Франции

Президент Франции Эммануэль Макрон обратился к народу вечером 10 декабря. Это было уже третье выступление с начала движения «желтых жилетов». Обращения от 1 и 8 декабря стали реакцией властей на яростные демонстрации, всколыхнувшие всю Францию. Жестокость этих выступлений, как со стороны бастующих, так и со стороны полиции, шокировала не только французов, но и иностранцев. Но в отличие от своих предыдущих заявлений, например 14 ноября с авианосца «Шарль де Голль» или 27 ноября, в последнем обращении президент признал силу и мощь движения. Он больше не пытается отрицать реальность. Но его предложения все еще не отвечают требованиям протестующих.

Жак Сапир 19-02.jpg
Жак Сапир

О чем это движение

Движение «желтых жилетов» началось как протест против новых налогов на топливо. Однако на данный момент одно из главных требований — повышение покупательской способности, что прочно закрепило это движение в русле социальной борьбы. Конечно, не только это. Не следует забывать претензии к несправедливому налогообложению и недовольство уровнем представительности политической системы. Это важные требования. Но запрос на повышение покупательской способности в силу его срочности, по сути безотлагательности, должен быть услышан немедленно. Проблема бедности стала центральной во французском обществе уже во время кризиса 2008–2010 годов.

Запрос на повышение покупательской способности был общим для различных социальных слоев, включая и наемных работников, и самозанятых. Франция, находясь под влиянием трагических последствий неудавшейся глобализации, проснулась и требует отчета от своих национальных лидеров и политических элит.

Популярность этого движения очевидна. Оно зародилось в среде народа и поддерживается им. И если поначалу его можно было рассматривать как «краткосрочный протест», то теперь оно превратилось в настоящий социально-политический кризис. Вопрос повышения покупательской способности объединил разные группы французов. А символичное укрепление движения на периферийных территориях позволяет представить его как протест «разгневанных и забытых». Это чрезвычайно показательно, поскольку даже самые спорные их действия, например блокирование дорог и путей сообщения, нашли поддержку у 66% французов, а неприятие — только у 22%. Примечательно, что самый высокий уровень поддержки «желтых жилетов» наблюдается среди противников политики действующей власти во главе с Эммануэлем Макроном, что стало одной из основных причин успеха протестов. В первую очередь это «Национальное объединение» Марин Ле Пен (88%) и «Непокоренная Франция» Жан-Люка Меланшона (83%). Среди других оппозиционеров, таких как республиканцы и социалисты, эти показатели достигают 66 и 57% — более чем на 20% ниже, чем у радикальной оппозиции.

Движение выражает позиции не больших городов, а так называемой периферийной Франции. Оно зародилось в маленьких и средних городах, далеких от Парижа и других «гигантов». Это частично объясняет, почему ни французские СМИ, ни элиты не смогли увидеть начало и разрастание протестов. Однако даже в мегаполисах уровень их поддержки достигает 60%. Следовательно, в движении присутствует трансверсальное измерение, не позволяющее ограничиться «периферийной» Францией. Следует отметить, что среди женщин сторонников протестов больше, чем мужчин: 67 против 62%, — казалось бы, это странно для движения, вызванного повышением цен на топливо. Но если подумать логически, движение, вызванное бунтом бедных, влияет в первую очередь именно на женщин.

Протесты привели к еще большему падению популярности президента Макрона. По данным опросов, в начале декабря его рейтинг составлял 18%.

Каким может быть будущее движения

После обращения Макрона 10 декабря будущее «желтых жилетов» остается неопределенным. Никто из лидеров оппозиции, будь то Ле Пен или Меланшон, не могут претендовать на роль лидера протестов. Столкнувшись со срочными требованиями французов, президент обратился с речью, разочаровавшей не только своим содержанием, но и предложениями, похожими на обман.

Речь идет об увеличении так называемой минимальной зарплаты (фр. SMIC, salaire minimum interprofessionnel de croissance. — «Эксперт»). По сути, Макрон пообещал увеличение не самой SMIC, а лишь доходов, которые были на уровне SMIC. Он смог достичь этого, объединив ряд изменений, ранее предусмотренных правительством. Эти меры включают в себя уже запланированные до этого повышения премий (30 евро в апреле 2019 года, 20 евро в октябре 2020-го и 20 евро в октябре 2021-го). Французы очень далеки от повышения SMIC на 150–200 евро, как того просили «желтые жилеты».

Макрон также пообещал аннулировать повышение отчислений на обязательное социальное страхование (CSG) пенсионерам, получающим меньше двух тысяч евро. Это широкий жест. Тем не менее он ничего не сказал об индексации пенсий с учетом инфляции. А это гораздо более значительная проблема для пенсионеров, чем отмена повышения CSG. Известно, что инфляция за 2018 год составит около 2%, в то время как повышение пенсий — лишь 0,3%. Таким образом, пенсионеры потеряют 1,7% своих реальных пенсий.

Президент продолжает уклоняться и от жестких требований, связанных с налоговой справедливостью. Эммануэль Макрон исключил возвращение налога на роскошь (ISF), но взял на себя обязательства заставить наиболее зажиточные слои платить больше и бороться с налоговыми мошенничествами. Это хорошие действия, но, конечно, их недостаточно. Именно поэтому предложения не получили одобрения «желтых жилетов».

Наконец, если бы президент принял к сведению кризис представительности институтов власти, вопросов бы не было. Однако, упомянув о признании «белого» голосования (если в урну опущен конверт без имени, явка засчитывается, а голос нет. — «Эксперт»), действия, которого ждали более двадцати лет, он не взял на себя никаких обязательств по введению пропорционального представительства или проведению общенародного референдума.

 

Дефицит бюджета Франции 19-03.jpg
Дефицит бюджета Франции

Ослабленный Макрон

Самое важное, что вытекает из заявления от 10 декабря, — имидж президента сегодня кажется непоправимо испорченным. Ущерб ему нанесли масштабы репрессий, сотни произвольных арестов во время демонстраций 10 декабря, а также насилие со стороны полиции, которое, даже если считать его ответом на жестокость демонстрантов, недопустимо в правовом государстве. Некоторые люди в результате действий полиции погибли или получили тяжелые увечья. Необходимо установить ответственных и наказать виновных.

Позиции Макрона также были подорваны жестокостью, с которой ассоциировалось движение «желтых жилетов», что проявилось, в частности, во время их субботних демонстраций 1 и 8 декабря. Тут важно отметить, что правительство само дало повод к этому. Тот факт, что Макрон отступил от первоначального плана действий под давлением демонстрантов, опасаясь новой волны жестокости, говорит о том, что подобное поведение может приносить плоды. То есть насилие стало эффективным инструментом в руках протестующих.

Макрону повредило и то, что к этому времени он уже вызывал народную ярость. Если бы он выступил со своими предложениями не в длинной речи 10 декабря, а 27 ноября, то ситуация, вероятно, не ухудшилась бы до такой степени. Теперь же французы, которые работают и видят ухудшение ситуации от месяца к месяцу, запомнят президента, который не сопереживает им и просто не их понимает. Уже после первых месяцев своего правления Макрон стал президентом богатых. Таковым он и останется.

Наконец, его авторитет был подорван и на международной арене. Молодой президент-реформатор превратился в жесткого самодержца, закрытого для требований нации. Каким бы несправедливым ни было такое отношение, ничего тут уже не изменить. Но ведь и внутри Евросоюза имидж Макрона серьезно пострадал. Он хотел отстоять реформы, углубляющие механизмы, которые ведут к федерализации. Уже анонсировано, что дефицит французского бюджета может увеличиться до 3,5% в 2019 году, а в условиях стагнации европейской экономики он, скорее всего, вырастет до 4%. В таком случае Эммануэль Макрон окажется объектом жесткой критики итальянского правительства. По иронии судьбы, ему придется использовать те же аргументы, что и итальянским лидерам Джузеппе Сальвини и Маттео Конте, которых Макрон называл популистами. То есть французский лидер не в состоянии отстоять реформы, которыми он, казалось бы, так озабочен. И крахом своей европейской политики он обязан движению «желтых жилетов».

Макрон сильно пострадал после своего обращения 10 декабря, но все еще остается на ринге. Правда, его выталкивают в правый спектр французской политики. Сейчас он не уйдет. Но он в состоянии нокаута…

 

Перевел Максим Ходыкин