«Чернобыль»: черновик апокалипсиса

Культура
Москва, 10.06.2019
«Эксперт» №24 (1123)
Сериал, который поражает проработанностью деталей воссоздания как самой аварии, так и советской реальности середины восьмидесятых

HBO

Создатель сериала Крейг Мейзин, до этого проекта специализировавшийся на комедиях, утверждает, что на его продумывание и написание сценария у него ушло пять лет. При этом он опирался на самый широкий круг источников. Наиболее сильное эмоциональное впечатление на него произвела книга Светланы Алексиевич «Чернобыльская молитва. Хроника будущего», опубликованная еще в 1997 году и почти сразу переведенная на несколько языков. Помимо свидетельств очевидцев событий она запечатлела в ней собственное апокалиптическое восприятие событий: «Я смотрю на Чернобыль как на начало новой истории, он не только знание, а и предзнание, потому что человек вступил в спор с прежними представлениями о себе и о мире. […] Имя моей маленькой, затерянной в Европе страны, о которой мир раньше почти ничего не слышал, зазвучало на всех языках, она превратилась в дьявольскую чернобыльскую лабораторию. […] Чернобыль — это тайна, которую нам еще предстоит разгадать. Непрочтенный знак. Может быть, загадка на двадцать первый век».

Швед Йохан Ренк, работавший на таких сериалах, как «Во все тяжкие», «Ходячие мертвецы» и «Викинги», в качестве режиссера «Чернобыля» — труднообъяснимый выбор. Тем не менее он сделал все пять серий, сумев воспроизвести на экране советскую действительность в общепринятой для западной сериальной и киноиндустрии манере ее изображения. Она почти лишена ярких красок. Их отсутствие усугубляется невзрачностью интерьеров и неброскими одеяниями действующих лиц. Проработана внешность не только исполнителей главных ролей (а это мировые звезды, пусть и не первой десятки, но по крайней мере первой сотни: Джаред Харрис, Стеллан Скарсгорд, Эмили Уотсон), но и второстепенных персонажей. Массовка подобрана самым тщательным образом. Одно только это производит сильнейшее впечатление. Это еще не советская реальность, такая, какой ее удалось воссоздать Алексею Герману-младшему в фильме «Довлатов», но уже максимальное приближение к ее воссозданию из всех, что Голливуд пытался совершить в последние десятилетия.

В сериале несколько сюжетных линий. Одна из них, самая эмоциональная, — история Людмилы Игнатенко, жены пожарного Василия Игнатенко, взята из «Чернобыльской молитвы». Эту историю Светлана Алексиевич рассказывает на первых страницах своей книги. Крейг Мейзин передает ее, почти ничего не добавляя: молодая женщина, будучи беременной, сначала теряет мужа (тот отправляется на тушение пожара одним из первых, получает большую дозу радиации и умирает от лучевой болезни), а потом и ребенка: сразу после рождения обнаруживается, что у него поражены радиацией внутренние органы. История позволяет кинематографистам задать ракурс восприятия происходящих в фильме событий с точки зрения обычного человека, поневоле ставшего участником катастрофы, оказавшись в самом ее пекле. Мы видим пожарного, по попустительству начальства в зоне повышенной радиационной активности не принимающего никаких специальных мер защиты, и одновременно мужчину, возвращения которого ждет обеспокоенная жена. Но с это

У партнеров

    «Эксперт»
    №24 (1123) 10 июня 2019
    Не нашего ума дело
    Содержание:
    Как перестать жить чужим умом

    Россия имеет все шансы выйти на лидерские позиции в мире в сфере искусственного интеллекта, практика реализации подобных проектов в стране существует. Сейчас главное — правильно расставить приоритеты

    Реклама