Гонки ко дну

Русский бизнес
Москва, 19.08.2019
«Эксперт» №34 (1130)
Цены на уголь и газ катастрофически снизились в первом полугодии нынешнего года, в результате чего российские компании несут убытки. Но в среднесрочной перспективе они могут и выиграть, ведь удар по конкурентам еще сильнее

Уже несколько месяцев подряд цены на газ и уголь практически без остановок катятся вниз. Если в прошлом году цены поставок российского угля в Европу (FOB Рига) достигали 86 долларов за тонну, а при поставках в Азию (FOB Восточный) — 105 долларов, то по итогам последнего полугодия в Европе уголь подешевел до 50 долларов за тонну. Это самый низкий показатель за последние три года.

Еще более драматичная ситуация сложилась на рынке газа, где цены упали до десятилетнего минимума. На крупнейшем в Европе газовом хабе TTF (Нидерланды) стоимость тысячи кубометров достигала 110–140 долларов — это в два-три раза ниже показателей предыдущего полугодия. Такое же падение наблюдается и на азиатских рынках. По данным Rystad Energy, стоимость поставки газа с американского газового хаба Henry Hub в Азию, достигавшая осенью 2018 года 12 долларов за миллион британских термических единиц, теперь скатилась до четырех долларов.

Для стран, зависящих от импорта энергоносителей, это хорошая новость. Но для экспортеров — повод для тревоги. Наша страна как раз крупный экспортер энергоносителей: зарубежным потребителям поступает до трети добываемого в стране газа и немногим менее половины всего производимого в России угля. Поэтому игнорировать эту ситуацию невозможно.

Зима и «молекулы свободы»

Не секрет, что рынки газа и угля в значительной степени взаимосвязаны. Если дешевеет уголь, энергетика переориентируется на него. Если же падает в цене газ, то приоритет отдается использованию голубого топлива. Но почему же так произошло, что подешевели сразу оба энергоносителя?

История здесь довольно простая, и началась она именно с газового рынка. Только за последнее десятилетие общий объем международной торговли сжиженным природным газом (СПГ) вырос в натуральном измерении в 1,8 раза, до 431 млрд кубометров. По ряду азиатских рынков рост был еще боле впечатляющим. Например, Южная Корея и Тайвань по сравнению с 2008 годом нарастили импорт СПГ вдвое, Индия — втрое, а Китай — почти на порядок.

Целый ряд стран решил воспользоваться столь удачной конъюнктурой, в результате новые СПГ-проекты стали появляться один за другим. Наиболее амбициозные планы оказались у США — эта страна уже к 2023 году намеревается ввести в эксплуатацию новые мощности по сжижению газа на 48,6 млн тонн (67 млрд кубометров) в год. Для сравнения: весь американский экспорт СПГ в прошлом году составил чуть менее 14 млн тонн.

Экспорт газа был важной составляющей предвыборной кампании Дональда Трампа, призывавшего «вернуть Америке былое величие». И Международное энергетическое агентство (МЭА) еще год назад услужливо расписывало блистательные перспективы американской газовой отрасли, предрекая ей рост экспорта до ста миллиардов кубометров уже к 2023 году. Потенциальными рынками сбыта США видели с одной стороны растущую Азию, с другой — Европу. И хотя в странах ЕС спрос на газ не демонстрировал тенденции к росту, именно в Брюсселе начали обсуждаться масштабные планы замещения существующих поставщиков. И прежде всего Р

Новости партнеров

«Эксперт»
№34 (1130) 19 августа 2019
ПЛОДЫ ДЕМОКРАТИИ
Содержание:
Столичный рефлекс демократии

Москвичи, вышедшие на митинг на проспект Сахарова, хотят не революции, а зрелой демократии и консолидации государства и общества вокруг этой прекрасной цели

Главная новость
Реклама