«Принц Мухаммед должен показать, что он мощный мужик»

Тема недели
Москва, 23.09.2019
«Эксперт» №39 (1135)
Прямой военный конфликт с Ираном наверняка приведет к уничтожению нефтяной инфраструктуры Саудовской Аравии и к восстанию шиитов на востоке страны. Но оставить все как есть нынешний наследник короля Салмана просто не может, иначе рискует так и не занять его трон

АЛЕКСЕЙ ХАЗБИЕВ

Уже известно, что при атаке на НПЗ Saudi Aramco использовались в общей сложности 25 средств поражения. И почти все они с филигранной точностью поразили намеченные цели. Власти в Эр-Рияде прямо обвинили в этом террористическом акте не йеменских повстанцев, а непосредственно Иран. Каким может быть ответ Саудовской Аравии и что в этой ситуации нужно сделать нашей стране, чтобы защитить свою критическую инфраструктуру вроде НПЗ? Об этом в интервью «Эксперту» рассказывает заместитель директора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко.

— Американская разведка насчитала как минимум два десятка прямых попаданий в нефтеперегонные заводы в Абкайке и Хурайсе. Почему же ПВО Саудовской Аравии пропустила такой массированный удар, не сбив ни одного средства поражения?

— Первое — эффект неожиданности. Хуситы приучили саудитов к регулярным ударам баллистическими ракетами по военным объектам и аэропортам, в том числе Эр-Рияда, но саудовскую нефтяную инфраструктуру они почти не трогали. И таким образом ввели саудовских военных в стратегическое заблуждение. Второе: у Саудовской Аравии нет эшелонированной системы ПВО. А та, что есть, выстроена по американскому образцу. Ее главная особенность — наличие лишь двух сегментов: комплексов дальнего действия типа Patriot и ПЗРК. Но если в США такая архитектура логична, потому что ПВО этой страны и ее европейских партнеров обеспечивается авиацией, которая почти всегда действует в условиях господства в воздухе, то в случае с Саудовской Аравией такой вариант очевидно не годится. Им не хватает комплексов средней дальности — С-350 или «Бук-М3». И третье: БПЛА — очень сложная цель для ПВО. Там почти нет металла, поэтому современные беспилотники крайне сложно обнаружить и идентифицировать. Но самое главное, в последнее время произошла пролиферация: БПЛА сейчас уже есть не только на вооружении развитых стран, но и у повстанцев, террористических группировок, да и вообще у кого угодно. Такое положение вещей объясняется крайне низкой стоимостью таких аппаратов — всего несколько сотен долларов. При том что цена одной ракеты комплекса Patriot PAC3 доходит до пяти миллионов долларов. Получается, что расходы на противовоздушную оборону непропорционально велики в сравнении со стоимостью атакующего средства.

На самом деле то, что мы видели в Саудовской Аравии, — это своего рода революция в военном деле, сравнимая если не с Перл-Харбором, то уж, во всяком случае, с рейдом британской авиации на Таранто. Это рубежное событие, которое заставляет по-иному взглянуть на проблему защиты критической инфраструктуры. Встает вопрос поиска новых и, самое главное, дешевых технологических средств борьбы с БПЛА, которые не разорят обороняющуюся сторону. И в этом состоит основной вызов, в том числе для России.

— Что это могут быть за средства? Лазерные комплексы и рельсотронные пушки?

— И это тоже. Но прежде всего средства радиоэлектронной борьбы, которые подавляют либо искажают сигналы навигационных систем. Точность поражения главным образо

У партнеров

    «Эксперт»
    №39 (1135) 23 сентября 2019
    БАРРЕЛИ ВОЙНЫ
    Содержание:
    Горячо!

    Ближний Восток на грани новой войны. Иран и американская коалиция делают ставку на дорогую нефть и регулярные провокации, пока у кого-то не сдадут нервы

    Реклама