Идентификация «Сети»*

Политика
Москва, 17.02.2020
«Эксперт» №8 (1152)
Террористы или невинные жертвы системы? За что семь молодых мужчин получили 86 лет тюрьмы

АЛЕКСАНДР ПОЛЯКОВ/ТАСС

История террористической организации «Сеть» сегодня строго дифференцирована на две противоположные трактовки. По одной версии, официальной, силовики разоблачили анархистскую радикальную организацию с отделениями по стране, планировавшую теракты и захват власти. Десятого февраля семь фигурантов этого дела, мужчины в возрасте от 23 до 31 года, осуждены на сроки заключения от 6 до 18 лет. Восемьдесят шесть лет на всех.

Правозащитники и оппозиция утверждают, что дело полностью сфабриковано и придумано спецслужбами. Обвиняемые не знали друг друга, революций не затевали, просто играли в страйкбол и критиковали власть. Признательные показания — а их дали практически все участники «Сети» — выбиты суровыми пытками.

 

Признаки и улики

 

Два охотничьих ружья «Сайга» и одно «Вепрь», травматические пистолеты, патроны, шомпол, две гранаты, бездымный порох переданы в Росгвардию. Учебное пособие по стрелковому делу, шесть справочников по анатомии, учебник спецназа ГРУ, а также «Капитал» Карла Маркса, книга «Грядущее восстание» и другие анархистские издания будут уничтожены. Таковы улики по делу, собранные следствием. Осужденные считают, что их подбросили. А устав «Сети» скопировали на ноутбук после изъятия. В деле много таких процессуальных небрежностей, но суд не обратил на них внимания.

Есть еще наркотики. С них все и началось. Семнадцатого октября 2017 года в Пензе сотрудники ГИБДД и ФСБ России задержали Егора Зорина с запрещенными веществами в кармане. Он написал явку с повинной, признался в участии в террористическом объединении и дал показания на других фигурантов, местных леваков и анархистов. В результате сделки со следствием Зорин получил свободу. Остальные «сетевики» дали признательные показания (кроме одного). Таким образом следствие установило, что террористическая организация «Сеть» сформировалась в 2016 году, имела «иерархическую структуру с четким распределением ролей участников» и несколько ячеек: боевую группу «Пятое ноября» в Пензе, «Марсово поле», «Иордан-СПб» в Санкт-Петербурге и столичную МСК.

В планах «Сети» значились теракты в 2018 году в период президентских выборов и чемпионата мира по футболу, чтобы дестабилизировать обстановку в стране, а затем осуществить вооруженный захват власти. Иных доказательств этих замыслов, кроме признательных показаний приговоренных, публике не показали, хотя прокуроры говорят, что существуют записи в закрытой части дела. Нет доказательств и того, что «Сеть» приступила к подготовке операции. Впрочем, найдены оружие и специальная литература.

В феврале 2018-го один из фигурантов дела Виктор Филинков заявил, что признательные показания он дал под пытками. Его примеру последовали и остальные участники «Сети», а также пятеро свидетелей. Члены петербургской Общественной наблюдательной комиссии зафиксировали следы пыток у двух подсудимых. В дело вмешались правозащитники. Центр «Мемориал» назвал фигурантов политзаключенными. Началась общественная кампания, манифестации, огласка в СМИ.

По другим данным, правозащитники сначала встретились с родителями и «сетевиками» и убедили их отказаться от показаний, бороться с властью. К тому времени некоторым из обвиняемых якобы была предложена сделка со следствием и перспектива всего лишь нескольких лет колонии. После старта публичной кампании о снисхождении со стороны суда можно было забыть.

Дело «Сети» дошло до Владимира Путина. Десятого февраля 2020 года пресс-секретарь президента Дмитрий Песков заявил, что глава государства неоднократно давал поручение проверить данное дело. Но в итоге суд не стал рассматривать сюжет с пытками и дал сроки, запрошенные прокуратурой.

 

Что важно

 

Обратим внимание на три сюжета. Огромные сроки людям, которые по факту не произвели насильственных действий, а ход их подготовки к операциям плохо доказан, вызывает недоумение. Те же 18 лет получил на минувшей неделе убийца полицейского на станции метро «Курская». Скорее всего, мы видим показную суровость правосудия, в том числе как реакцию на громкую публичную кампанию. К сожалению, это не частный случай, а известный дисбаланс нашей системы правосудия, когда суд следует логике прокуратуры, а гуманистический аргумент остается для категории УДО.

Были ли пытки? Достоверных сведений по этому вопросу нет. Суд отказался проверять данные, а экспертиза проведена не самой авторитетной организацией. Есть свидетельства Общественной наблюдательной комиссии, которые силовики парируют попыткой побега. С другой стороны, спецслужбы печально известны агрессивными методами допросов, особенно в делах с признаками терроризма. Вероятно, полученные под давлением признательные показания всех участников «Сети», по сути, остановили ход следствия, которое не посчитало нужным извлекать полноценную доказательную базу. Все это говорит прежде всего о низкой квалификации оперативников и следователей, но не является аргументом в пользу невиновности подсудимых.

Самое главное: была ли вина? По нашим данным, некое объединение людей с анархистскими и левыми взглядами в Пензе существовало, связи с единомышленниками в других городах у них были. В своих высказываниях в адрес власти молодежь не стеснялась и в обсуждениях часто пересекала черту закона. Увлечение страйкболом позволило им воплотить в мирной форме некую игровую модель боевой ячейки, где у каждого участника имелись позывные, шла отработка профильных навыков, были распределены роли: тактик, связист, стрелок. Как далеко могли зайти участники «Сети» в своих играх и дискуссиях, никому не известно. Но и факт перехода к боевым операциям прокуратурой не доказан.

 

Точка сборки

 

Тем временем продолжается следствие еще по одному громкому и неоднозначному делу — делу организации «Новое величие». Это экстремистское сообщество молодых людей, планировавших организовать госпереворот и захватить власть. Правда, судя по открытым данным, всю идею и устав разработал некий Руслан, который проходит по делу свидетелем, а обвинение строится на показаниях еще троих — внедренных в сообщество оперативников. Правозащитники подозревают, что все дело является провокацией спецслужб, в которую были вовлечены неокрепшие бунтарские умы молодежи.

Надо заметить, что участники «Нового величия» познакомились друг с другом в телеграмм-чате «Артподготовки» одиозного Вячеслава Мальцева, вещающего из Франции для революционеров как правого, так и левого толка. А название пензенской ячейки «Сети» «Пятое ноября» будто бы напрямую отсылает к дате начала мальцевской революции в 2017 году. Полиция тогда накрыла десятки «революционеров», многих — с оружием и взрывчаткой. Есть мнение, что Мальцева спецслужбы использовали для сборки и ликвидации радикальных элементов. И такому подходу не стоит удивляться.

Внедрение, вербовка, провокации и доносы исторически являются основными методами работы политического сыска. И не только в России — во всем мире. К молодежным организациям крайних взглядов у силовиков всегда особенно жесткое отношение. Их сложно вычислять и держать под контролем. Сети, как правило, рассредоточены, необязательны, не формализованы. Трудно предугадать, когда мирные политические дискуссии трансформируются в активные боевые действия, а к таким радикальным решениям молодые люди переходят мгновенно, без долгих раздумий. После пролитой крови идейные террористы не видят обратной дороги и лишь наращивают террор. Иконическим в этом смысле является пример «Фракции Красной армии» (RAF), леворадикальной партизанской террористической группировки, которая 30 лет, в четыре поколения революционеров, умывала кровью ФРГ. А начинали новые левые с Миллса и Сартра, Троцкого, Бакунина, Кропоткина, с антиимпериалистической риторики, с борьбы за новый, справедливый мир. Более того, общество разделяло эти взгляды, и первое поколение убийц RAF в семидесятые получило индульгенцию, правовую защиту от видных юристов и снисхождение суда. Но последователи залили гуманизм еще большей кровью.

Насколько реальна такая перспектива в России, сказать трудно. В девяностые и двухтысячные в центре внимания спецслужб находились прежде всего праворадикальные группировки: националисты, фашисты, фанатские «фирмы». Однако погромы болельщиков, а затем вскрытие неонацистской группировки Боевой организации русских националистов, на счету которой серия убийств, включая убийство адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой, привели к полной зачистке правых радикалов к 2011–2012 годам. А после акций в защиту Химкинского леса и «болотных» выступлений силовики разгромили также подполье левых и «антифа». Многие представители обоих крыльев отправились воевать на Донбасс. Другая часть актива ушла в малые дела: волонтерство, помощь бездомным, животным. Агрессия на улицах спала: говорят, после старта украинской войны на руках стало слишком много оружия и сходки «фа» и «антифа» могли обернуться уже не травмами, а трупами. Сработало чувство самосохранения.

«Еще десять лет назад настроения в антифашистской среде были такие: вся эта политота — это фрикота. Митинги проводят неудачники, у них нет красивых девчонок, они заняты полной ерундой. Гораздо важнее разогнать какой-нибудь сходняк правых, дать отпор на улице, чем обсуждать, что написал Маркс или чем ему ответил Бакунин. Сегодня настроения изменились. Всем стало интересно про Маркса и Бакунина. Красивые девчонки теперь в политических кружках. Раньше было ощущение суперстабильности, что мир вокруг никогда не поменяется, а народ состоит из “овощей”, которые ко всему равнодушны и всегда покорны. Теперь многие разделяют предчувствие, что вот-вот что-то начнется, что все кругом недовольны. Поэтому в моде не героизм одиночек, а идеи об объединении рабочего класса. Не понятно, как это сделать, и такие люди идут в кружки, где происходит интеллектуальный поиск. Таких кружков стало много. Сейчас актив сосредоточен именно на теоретических поисках в преддверии смены вех. Идеи прямого действия, тем более насилия, не пользуются спросом. Силовикам некого стало сажать. А бюджеты нужно оправдывать, например вот такими натянутыми делами, как дело “Сети”», — рассказывает координатор «Левого фронта», кандидат исторических наук Алексей Сахнин.

Тридцать первого октября 2018 года в Архангельске 17-летний Михаил Жлобицкий взорвал самодельное взрывное устройство в фойе регионального управления ФСБ. Он погиб на месте, а трое сотрудников получили ранения. По одной из версий, молодой анархист мстил за фигурантов «Нового величия» и «Сети», а в телеграмм-канале за 15 минут до взрыва появилось предупреждение: «Так как ФСБ фабрикует дела и пытает людей, я решился пойти на это». Директор ФСБ Александр Бортников объявил о возвращении в Россию левацкого терроризма. Поступок Жлобицкого был горячо поддержан в соцсетях. Новых акций от левых радикалов пока не последовало.

Адвокаты пензенских «сетевиков» собираются подавать апелляцию, а 25 февраля возобновится процесс по питерским фигурантам этого дела. Мощная волна внимания федеральных СМИ показывает, что кейс «Сети» уже не останется провинциальной малозначительной историей. А значит, у апеллирующих появится возможность доказать, что у следствия действительно были ошибки, а силовики превысили свои полномочия. Это позволит выйти из политизированной экзальтации и криков про новый 1937-й и в правовом поле осуществить тщательный процессуальный разбор. Это нужно не только участникам «Сети». Государство сейчас «в силе», более того, оно начало как-то внутренне изменяться. Это хороший момент, чтобы восстановить справедливость, если она нарушена. При этом надо помнить, что гуманность не означает всепрощения.

* Запрещенная в России организация.

Новости партнеров

«Эксперт»
№8 (1152) 17 февраля 2020
Дороже чем в США
Содержание:
Плохое электрическое равновесие

Недореформированная российская энергетика живет по запутанному клубку правил, где соседствуют рыночные и административные механизмы. Никто не озабочен выработкой оптимального сочетания различных источников генерации и способов доставки и потребления электричества и тепла для каждого региона. Промышленные потребители страдают от повышения тарифов и по мере возможности обзаводятся собственной генерацией

Реклама