Траурная речь у могилы сланцевого бума. Набросок

Тема недели
Москва, 02.03.2020
«Эксперт» №10 (1154)

Феномен невероятного роста североамериканской нефтегазодобычи из трудных пород, получивший расхожее обозначение «сланцевая революция», наблюдатели вне США начали хоронить довольно давно, еще в начале нынешнего десятилетия, почти сразу же после вынужденного признания самого факта ее наличия. Когда же после 2014 года цены на нефть сменили коридор колебаний с комфортного для сланцевиков и бюджетов стран-нефтеэкспортеров 110–120 долларов за баррель на неуютный 50–70 долларов за баррель, злорадные предвкушения скорой гибели «индустрии выскочек» посыпались как из рога изобилия.

Но «пациент» и по сей день жив, упорно отказывается переезжать в патологоанатомический корпус. С конца 2016-го, после чувствительного снижения в течение чуть более полутора лет, сланцевая добыча нефти в США вновь начала бурно расти, достигнув к настоящему времени девяти миллионов баррелей в сутки. На старте революции, в 2008 году, этот показатель, на минуточку, едва превышал миллион баррелей. Это кажется немыслимым, тем более что в 2015–2016 годах быстро падало количество буровых установок, ранее служившее безотказным индикатором будущей динамики добычи. Тем не менее сланцевики проявили чудеса эффективности, доведя уже в 2017 году показатель добычи на новых скважинах в расчете на одну буровую установку до 700 баррелей в сутки — на порядок больше, чем в начале бума. Буровые станки стали более эффективными, они способны бурить многоствольные скважины, и линейной связи между количеством станков и уровнем будущей добычи более не существует.

Сегодня на сланец приходится уже свыше 70% национальной нефтедобычи. Именно сланцевая революция вывела США в глобальные лидеры отрасли (рост добычи за последние 12 лет — в два с половиной раза) и позволила Америке вернуть статус нетто-экспортера энергоносителей, утраченного по итогам бесславного двадцатилетия (1985–2005), в течение которого нефтедобыча здесь последовательно снижалась.

Однако в прошлом году начали проявляться признаки кризиса сланцевой отрасли. Основная проблема — задолженность малых и средних добывающих компаний на фоне падения продуктивности действующих скважин, снижения денежных потоков и увеличения числа банкротств в отрасли. Судя по котировкам ведущих сланцевых добытчиков, да и некоторых мейджоров вроде гиганта ExxonMobil, несколько лет назад включившегося в сланцевую гонку, инвесторы перестали верить в будущее индустрии. Хайп явно выдыхается.

Но сколько бы судьбой еще ни было отпущено сланцевому буму, этот выдающийся кейс отраслевых инноваций, разогнанных финансовой системой при чуткой модерации государства, требует внимательного изучения.

Технологической основой бума стала триада: наклонно-направленное и горизонтальное бурение, многостадийный гидроразрыв пласта (ГРП) и бурение нескольких скважин из одного ствола на базе трехмерной сейсмики.

Интересно, что у истоков технологий горизонтального бурения стоял наш соотечественник Александр Михайлович Григорян. Им впервые была пробурена разветвленно-горизонтальная скважина на Иш

Новости партнеров

«Эксперт»
№10 (1154) 2 марта 2020
Сланцевая агония
Содержание:
Шум и сланец

Как коронавирус из Китая помогает развенчать самый главный миф нового времени — о том, что нефть из камня можно получать бесконечно

Главная новость
Реклама