Апелляционный суд в Гааге присудил экс-акционерам ЮКОСа 50 млрд долларов компенсации от России. Истцы опирались на положения Энергетической хартии, защищающей права зарубежных инвесторов. Далекие от идеала отношения самих владельцев ЮКОСа с иностранными акционерами могут стать решающим фактором в предстоящих судебных спорах

ЮРИЙ МАШКОВ/ИТАР-ТАСС

Восьмидесятичетырехлетний Ричард Аллен, 11-й советник президента США по национальной безопасности, не любит вспоминать о Михаиле Ходорковском. Знакомство с российским олигархом стоило американскому политику 70 тысяч долларов плюс расходы на судебные тяжбы, в ходе которых Аллен надеялся вернуть деньги, вложенные когда-то в покупку американских депозитарных расписок ЮКОСа.

Аллен решил инвестировать в российскую нефтяную компанию, пообедав однажды с ее основателем. «Компания и шаги, предпринимавшиеся Ходорковским для повышения прозрачности и работы в стиле западной компании, произвели на меня впечатление», — рассказывает Аллен. Ходорковский, с его приверженностью своему бизнесу, напомнил ему молодого Билла Гейтса. Американец покупал бумаги ЮКОСа на протяжении нескольких лет, полагая, что вкладывает в модернизацию России и что ЮКОС достигнет статуса нефтяных гигантов, таких как ExxonMobil или Shell.

Десятикратный рост капитализации ЮКОСа представлялся тогда акционерам компании вполне реальной задачей и был одной из целей выпуска ADR, рассказывает бывший высокопоставленный сотрудник ЮКОСа. Главными вдохновителями размещения были инвестбанки, прежде всего финансовый консультант компании Renaissance Capital во главе с его основателем Стивеном Дженнингсом. «Все постоянно убеждали Ходорковского, что ЮКОС сильно недооценен, что, выйдя на рынок, компания сможет стать “новой звездой” и составить конкуренцию признанным лидерам нефтяного рынка», — вспоминает бывший топ-менеджер.

Эти цифры тешили самолюбие Ходорковского, ему было тесно в России, он грезил о глобальных рынках, хотел стать фигурой международного уровня. Размещение на Нью-Йоркской бирже не только открывало ЮКОСу доступ к неограниченному рынку капитала, но и давало его владельцам возможность узаконить свое право на активы нефтяной компании. «Легализация владения была, по сути, главной целью планируемого размещения. Выпуск ADR призван был стать завершающим этапом этой многолетней работы», — рассказывает бывший сотрудник нефтяной компании.

Консолидация

Первым шагом стала консолидация многочисленных разрозненных активов, а также создание устойчивой, безопасной (для фактических бенефициаров) и экономически эффективной структуры собственности компании. Разработка и создание такой структуры были поручены российско-швейцарскому предприятию Russian Trust & Trade» (RTT) — СП банка «Менатеп» и его «дочки» Menatep S. A., созданному еще в начале 1990-х. Председателем совета директоров RTT первоначально был лично Михаил Ходорковский, а затем компанию возглавляли доверенные лица Платона Лебедева.

«Участие банка “Менатеп” и ЗАО “Роспром” в приватизации государственного имущества требовало создания компаний, выглядящих независимыми, — рассказывал бывший исполнительный директор RTT Гитас Анилионис в ходе судебных слушаний в окружном суде округа Колумбия. По его словам, создавать и регистрировать новые юридические лица RTT часто приходилось в спешном порядке, буквально за одну ночь. «Например, когда необходимо

Новости партнеров

«Эксперт»
№11 (1155) 9 марта 2020
ГНЕВ СУЛТАНА
Содержание:
Усмирение султана

Россия принуждает Турцию к конструктивному диалогу с помощью общих политических и экономических проектов. Способен ли импульсивный Эрдоган держать слово и есть ли в Турции силы, которые удержат президента от недальновидной политики?

Международный бизнес
Реклама