Время повернуть дышло

Русский бизнес
Москва, 20.04.2020
«Эксперт» №17 (1160)
Откровенно прокредиторская направленность законодательства о банкротстве грозит «обнулением» значительному числу компаний, а активное привлечение предпринимателей к ответу по долгам бизнеса своим личным имуществом уронит и без того невысокую деловую активность

ЕЛЕНА АФОНИНА/ТАСС

Цыплят коронакризиса будем считать, как и предписано, осенью, когда закончится мораторий на подачу кредиторами заявлений о банкротстве компаний, разорившихся из-за эпидемии. Уже сейчас прогнозируется массовое закрытие предприятий сферы услуг. Впрочем, серьезные проблемы испытывают и компании из производственных секторов. По данным мониторинга, которые представил бизнес-омбудсмен Борис Титов, более половины опрошенных предприятий малого и среднего бизнеса остановили свою деятельность. Почти все заявляют о снижении спроса на свою продукцию, треть из них говорят о 90-процентном падении спроса, и столько же — о том, что в экономике разворачивается кризис неплатежей. К середине осени, а именно тогда истекает срок шестимесячного моратория на банкротство, стартовавшего в начале апреля, ситуация вряд ли улучшится.

 

Сам, сам, сам…

 

Впрочем, и до этого момента стоит ожидать массового выбытия с рынка субъектов предпринимательской деятельности через механизм банкротства. Ускорение этому процессу придаст институт субсидиарной ответственности (СО), наличие которого стимулирует менеджмент и бенефициаров компаний инициировать обращение в суд, чтобы потом не пришлось отвечать по долгам личными активами.

Под субсидиарную, то есть дополнительную, ответственность подпадает тот, кто по каким-либо причинам обязан рассчитаться по долгам за другого, поскольку сам должник этого сделать не может. В случае с бизнесом, если компания оказалась банкротом и у нее нет денег, чтобы заплатить по своим долгам, они могут быть взысканы с менеджмента, владельцев и других контролирующих должника лиц (КДЛ). Важное условие: привлечение к субсидиарной ответственности возможно только в том случае, если у компании не оказалось средств для расчета с кредиторами именно по вине этих самых лиц. И еще одно важное уточнение состоит в том, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены лица, не имеющие прямого отношения к компании, но зато имеющие возможность влиять на тех, кто принимает решения. Например, родственники.

В счет погашения долга могут быть пущены не только денежные средства, но и имущество виновных в доведении компании до банкротства, которое продадут «с молотка». В общем, закон суров, но… Но проблема в том, что понятие «контролирующее должника лицо» распространяется на весьма широкий круг лиц, и опрошенные «Экспертом» представители юридического сообщества отмечают, что под СО часто подпадают люди, которых, по справедливости, эта участь должна была бы обойти. Это, в свою очередь, приводит к тому, что предприниматели из двух вариантов — «взять на себя риск и попытаться спасти бизнес под угрозой привлечения к субсидиарной ответственности» и «в случае появления формальных признаков подать заявление о признании компании банкротом» — выбирают второй. Компания обязана в течение месяца с момента появления признаков банкротства (невозможность платить долги, зарплату, налоги и проч.) сама обратиться с заявлением в суд. Если руководитель этого не сделал, он может быть привлечен к

Новости партнеров

«Эксперт»
№17 (1160) 20 апреля 2020
QR-кратия
Содержание:
Коронавирус на службе государства

Искренне веруя в миссию по спасению россиян от любых бед, государство вступило в эпоху всеобщего цифрового контроля. Есть ли место для демократии в карантине?

Главная новость
Реклама