Эту соду уже не погасить

31 августа 2020, 00:00

Срытый шихан Шахтау: его участи шихан Куштау может избежать 07-01.jpg
Срытый шихан Шахтау: его участи шихан Куштау может избежать

У контролирующих акционеров Башкирской содовой компании (БСК) наступили тяжелые времена. Сначала гражданским активистам удалось отстоять шихан (в переводе с тюркского — «одинокий холм») Куштау и тем самым лишить БСК перспективного источника известняка (из него состоит шихан), служащего сырьем при производстве соды.

А затем Владимир Путин поручил Генеральной прокуратуре РФ разобраться с приватизацией компании: «У государства было 62 процента, а внезапно стало 38 процентов. И, как результат, приоритеты работы компании резко изменились». Президент посетовал: из компании идет выкачивание средств, а вложения в развитие относительно выручки невелики.

БСК была образована в начале 2013 года путем слияния двух компаний: «Каустика», где два партнера, предприниматель Дмитрий Пяткин и Сергей Черников, бывший вице-губернатор Ненецкого автономного округа, контролировали 85% акций, и «Соды», в которой у них же было порядка 35%, а около 62% — у Башкирии. В объединенной же БСК партнеры получили 57 с небольшим процентов, а доля региона составила чуть более 38%. При этом, судя по сообщениям СМИ того времени, «Каустик» работал в ноль, а «Сода» приносила прибыль.

Сегодня у БСК первое место в стране по производству кальцинированной и пищевой соды, лидирующие позиции среди производителей каустической соды, поливинилхлорида, кабельных пластикатов. Выручка компании по итогам 2019 года составила более 48 млрд рублей, чистая прибыль — 12,08 млрд (РСБУ). БСК платит хорошие дивиденды акционерам — их общий размер по итогам 2019 года был больше чистой прибыли: 15 млрд рублей. Компания раздает деньги организациям, которые не производят впечатления добросовестных заемщиков. В аудиторском заключении «Делойт и Туш СНГ» о финансовом отчете компании за 2019 год указано, что аудитор не смог «получить достаточные надлежащие аудиторские доказательства» в отношении возможности возврата займа на 6,1 млрд рублей, выданного БСК сторонней компании.

Ранее рейтинговое агентство «Эксперт РА» отмечало, что в первом полугодии 2018 года компания привлекла 6,7 млрд рублей для выплаты дивидендов, тем самым увеличив долговую нагрузку до 20,7 млрд. А во втором полугодии, когда с учетом сезонности увеличивается денежный поток и компания получает возможность существенно снизить долговую нагрузку, досрочно погасив часть займов, совет директоров одобрил предоставление займов сторонним организациям на сумму 5,5 млрд рублей. Агентство расценило сделки по выдаче займов как сомнительные.

В производстве БСК используется известняк, добываемый на Шахтау, одном из четырех шиханов. Шиханы — это остатки барьерного рифа Уральского океана, который плескался здесь во времена пермского периода. Шиханы — природная достопримечательность Башкирии, местные «места силы» с редкими животными и растениями, представляющие интерес для науки.

К настоящему времени Шахтау практически полностью срыли. БСК давно подыскивает новый источник сырья. Сначала она претендовала на разработку двух шиханов: Тратау и Юрактау, — но эти объекты получили статус памятников природы республиканского значения. Тогда БСК добилась лицензии на разведку и добычу полезных ископаемых на месторождении Куштау. Против выступили местные жители. Дошло до силовых столкновений. Конфликт получил федеральную огласку. И если сначала глава региона Радий Хабиров заявлял о намерении местных властей выкупить контроль над компанией у частных акционеров, то теперь на повестке разворот приватизации БСК, где ключевым моментом было слияние. Провести его будет непросто: срок давности по оспариванию решения собрания акционеров, где представитель республики проголосовал «за», исчисляется месяцами. А срок оспаривания самой сделки — три года.

У госорганов, правда, еще есть возможность заявить, что они недавно узнали о правонарушениях, совершенных при приватизации. Тогда начнет течь субъективный срок давности, что позволит открыть судебный процесс. «Если бы истцом было не государство, я бы сказал, что шансов нет, — говорит управляющий партнер коллегии адвокатов “Частное право” Максим Колесников. — В 99 процентах случаев при рассмотрении подобных дел, если какой-то, даже крупный, но частный акционер заявляет, что он недосмотрел и не согласен, суд ему говорит: надо было лучше смотреть».

Еще один вариант восстановления интересов государства — взыскание понесенных убытков с чиновников, которые подписывали документы. Но, думается, шансы на это сопоставимы с шансами обнаружить в шиханах останки тираннозавра. Прежде всего потому, что шиханы появились раньше динозавров.

«Есть еще один способ восстановления — возбуждение уголовного дела. Даже если контролирующие собственники не живут в России, есть менеджеры, сотрудники, которые могут дать соответствующие показания, — рассуждает Максим Колесников. — А если речь идет об уголовном преступлении, то в данной ситуации срок давности десять лет».