Армения. На пути к катастрофе

Политика
Москва, 23.11.2020
«Эксперт» №48 (1186)
Как Никол Пашинян довел Армению до военной капитуляции и почему он до сих пор у власти

АЛЕКСАНДР РЮМИН/ТАСС

О подписании фактической капитуляции Никол Пашинян сообщил гражданам через свою страничку в соцсети. Фейсбук стал для армянского премьера тем же, чем твиттер для Дональда Трампа: главным каналом коммуникации с народом. Так повелось еще со времен «бархатной революции». Свое решение Пашинян объяснил отсутствием боеспособных сил в тылу, которые могли бы переломить ситуацию.

Так закончилась война в Нагорном Карабахе. Двадцать шесть лет армяне считали себя победителями и возводили владение Арцахом в статус национальной идеи. Теперь люди оказались перед лицом национальной катастрофы, они опустошены и потеряны.

Тысячи армян вышли на площади Еревана с требованием отставки Пашиняна. Рейтинги бывшего народного кумира рухнули. Распадается парламентская коалиция. Премьер остается у власти лишь по инерции, во многом потому, что его противники не могут объединиться. Вчерашние сторонники обвиняют Пашиняна в предательстве и лжи. Но военный провал стал во многом закономерным итогом проводимого политического курса, который только недавно пользовался широкой поддержкой политиков и народных масс.

Типичная революция

Эта история уходит корнями в 2015 год, когда бывший президент Армении Серж Саргсян решил провести конституционную реформу и сохранить власть. Полномочия президента резко ограничивались, а реальная власть переносилась в парламент, который должен был назначать правительство. Сам Саргсян собирался пересесть из президентского кресла в премьерское в 2018 году. Он опирался на Республиканскую партию, у которой было парламентское большинство. Но когда лояльные депутаты утвердили кандидатуру нового-старого руководителя на пост главы правительства, ситуация вышла из-под контроля. Страну охватили массовые волнения под лозунгом «Сделай шаг, отвергни Сержа». Лидером протестующих стал бывший журналист и глава парламентской фракции «Елк» Никол Пашинян.

Под давлением протестных выступлений уже через шесть дней Саргсян подал в отставку. А временным премьер-министром стал «лидер революции». Приход Пашиняна к власти поддерживала армянская молодежь, бюджетники, симпатии были даже со стороны силовых структур. С именем нового лидера многие армяне связывали надежды на преодоление коррупции и клановости власти, экономической стагнации, бедности и других социальных проблем страны. Уровень доверия к Пашиняну был очень высоким.

События развивались вполне традиционно для сценариев «цветных революций» на постсоветском пространстве. К власти пришла не политическая партия или коалиция, представляющая интересы и несущая ответственность перед той или иной частью общества. Пришел популярный и харизматичный политик с большой «авансовой» поддержкой аудитории. И уже под него стала формироваться политическая сила. Пашинян сформировал политический альянс «Мой шаг». На ближайших выборах это объединение одержало убедительную победу, получив 70,45% голосов. После этого Пашинян избавился от временного статуса и уже основательно занял место премьер-министра.

Хотя к власти Пашинян пришел в революционных декорациях, надеждам на быстрые и радикальные перемены не суждено было сбыться. Новый премьер со структурными реформами не торопился, а сосредоточился на кадровой политике и ярких публичных акциях. Усилия Пашиняна были направлены на укреплении личной власти и поддержание популярности.

Искоренение коррупции свелось к борьбе со старой элитой. Уже в первые три месяца после вступления Пашиняна в должность премьер-министра прошла волна арестов бывших высокопоставленных чиновников и военных. Начался громкий судебный процесс против тесно связанного с Россией экс-президента Роберта Кочаряна.

На 2020 год был запланирован референдум по внесению изменений в Основной закон, предусматривающих прекращение полномочий председателя и членов Конституционного суда, назначенных до реформы конституции в 2015 году. Однако референдум не состоялся из-за введенного в стране режима чрезвычайного положения. И вскоре парламент Армении принял закон, предоставляющий ему право отменять референдум и самостоятельно менять конституцию. Чем депутаты тут же и воспользовались, отстранив часть судейского корпуса.

Статистика против Пашиняна

Критики отмечали, что у нового премьера не было сильной и компетентной команды, которой он мог бы эффективно заменить прежних министров. С этим фактом были связаны частые кадровые перестановки. Казалось, Пашинян делает назначения не по принципу высокой компетенции управленцев, а полагаясь исключительно на удачу.

Это отразилось на проведении социально-экономических реформ. Пашинян провозгласил начало «экономической революции», которая была призвана искоренить нищету, увеличить заработную плату и создать новые рабочие места. Важной частью риторики нового лидера было преодоление аграрного характера армянской экономики, индустриализация и создание новых рабочих мест в промышленности. Но за два года страна или не успела, или не смогла встать на путь индустриализации. Доктрина подразумевала также льготы для бизнеса, привлечение прямых иностранных инвестиций и увеличение экспорта. Но всем этим планам не хватало конкретики.

Сторонники Пашиняна указывали на рост ВВП: в 2019 году он увеличился на 7,5%, это рекордные показатели в СНГ. Но страна развивалась похожими темпами и до прихода Пашиняна. Благоприятная статистика стала не результатом стремительной индустриализации, а отражала «выход из тени» части бизнеса. В этом направлении администрации действительно удалось добиться успеха за счет налоговой реформы. Пашинян и его сторонники в парламенте заменили прогрессивную шкалу налогообложения на плоскую. Отныне все граждане вне зависимости от доходов должны платить 23% подоходного налога, который с 2023 года предполагается снизить до 20%. Начался рост налоговых поступлений, в 2019 году они были на 20% выше, чем в 2018-м.

Помимо экономики Пашинян демонстрировал беспокойство о демографии. Массовая безработица приводила к постоянной миграции — в Ереван и сопредельные страны. Государство теряло народ. На своей странице в фейсбуке Пашинян уверял, что после революции в Армении стало расти число браков, стало меньше разводов, повысилась рождаемость. Однако статистика свидетельствовала, что рождаемость в 2019 году сократилась по сравнению с 2018-м на 1,2%.

Даже статистика сопротивлялась премьерскому популизму. «Проблема всех “цветных революций” в том, что они не сопровождаются фундаментальными общественными переменами, — говорит политолог и востоковед Михаил Магид. — Не происходит эмансипации социальных низов и трансформации общественного сознания».

 42-03.jpg АЛЕКСАНДР РЮМИН/ТАСС
АЛЕКСАНДР РЮМИН/ТАСС

К войне не готовились

Победа над Азербайджаном в первой карабахской войне стала центральной темой в формировании современной национальной идентичности армянского государства, сложившегося после 1991 года. Отчасти она компенсировала трагедию и боль, которая до сих пор жива в армянском обществе при воспоминаниях о турецком геноциде.

В школьных учебниках по истории Армении господствовала патриотическая идеология. Постоянно педалировалась мысль, что армянский народ со своей богатой историей и культурой — один из самых древних. А Карабах описывался как своего рода Мекка с религиозными центрами, имеющими многовековую историю. Победа в войне с Азербайджаном преподносилась не только как возвращение исторических земель и восстановление исторической справедливости, но и как история национального освобождения. Это наложило отпечаток и на народное самосознание, и на весь общественный климат в республике. Удержание Карабаха стало догмой, которую не осмеливался оспаривать ни один политик.

Даже у коррупционной темы был военно-патриотический аспект. Когда Пашинян атаковал Саргсяна за коррупцию, он утверждал, что тот подрывает обороноспособность страны. «Критика базировалась на том, что Армения не совсем удачно повела себя во время апрельской войны 2016 года», — говорит старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Вадим Муханов. — Эти события были хлестким ударом по главному армянскому мифу о том, что карабахские укрепления неприступны для Азербайджана».

Во много именно критика власти с патриотических и милитаристских позиций помогла Пашиняну прийти к власти. Он стремился выстроить образ лидера, который сможет исправить ошибки предыдущего режима и вернуть армянскому народу уверенность в своих силах. Это было данью патриотическим настроениям большинства армян и было важно для взаимодействия с диаспорой. Премьер говорил, что в будущем видит Карабах частью Армении.

Никто из близких к Пашиняну военных экспертов не прогнозировал широкомасштабной войны с Азербайджаном. Допускались небольшие столкновения, подобные четырехдневной войне 2016 года, но не более того. Как и в народе, в окружении Пашиняна преобладали шапкозакидательские настроения. У премьера долго не было даже компетентного военного советника, рассказывает Вадим Муханов: «На эту должность все время назначали разных людей. И только буквально накануне войны был назначен Вагаршак Арутюнян».

В силовых ведомствах начались чистки и кадровая чехарда. В 2020 году без объяснения причин в отставку были отправлены директор Службы национальной безопасности Эдуард Мартиросян, начальник полиции Арман Саркисян и начальник генерального штаба вооруженных сил страны Артак Давтян. Своих постов лишились также командующий пограничными войсками полковник Вагинак Саргсян и начальник департамента контрразведки Совета национальной безопасности генерал-майор Ованес Карумян. Для многих в Армении это стало полной неожиданностью. Как отмечает военный эксперт Игорь Коротченко, возможно, причиной отстранения руководителей от занимаемых постов стало то, что они имели тесные контакты с российскими спецслужбами.

Уже после поражения экс-глава военно-контрольной службы минобороны Мовсес Акопян обвинил власти республики в том, что накануне конфликта они занимались непродуманной оптимизацией армии. В ее рамках было сокращено пять артиллерийских полков, которые должны были быть развернуты после мобилизации. Кроме того, в некоторых ротах в целях экономии сокращали отдельные взводы, а в некоторых отделениях количество бойцов было снижено с одиннадцати до девяти. Однако министерство обороны Армении поспешило опровергнуть эту информацию и намекнуло на уголовную ответственность за разглашение тайных сведений, касающихся безопасности страны.

Пашинян говорил, что средства коррупционеров, возвращенные в бюджет, пойдут на нужды армии. Однако оборонный бюджет оставался небольшим. В 2020 году он составлял 625 млн долларов, практически как и годом ранее. Тот же Акопян критиковал некоторые военные закупки, совершенные при правительстве Пашиняна. К примеру, в 2019 году было приобретено четыре дорогостоящих Су-30СМ, превосходящих по мощности азербайджанские МиГ-29, но избыточных для ведения боевых действий на территории Карабаха. Не хватало текущего бюджета и для модернизации средств ПВО, закупки более эффективных зенитных комплексов. Во время войны использование беспилотников дало Азербайджану решительное преимущество в небе над Карабахом. У Армении боевых беспилотников не было. По словам военного эксперта Бориса Рожина, не были учтены не только уроки столкновений в апреле 2016 года, но и опыт других конфликтов последних лет.

Вопросы вызывало не только техническое оснащение армии. Многие отмечали, что объявленная в начале войны всеобщая мобилизация, по сути, тормозилась сверху. Представители диаспоры, прибывшие в Армению, чтобы отправиться на фронт и с оружием в руках защищать национальные святыни, были остановлены. Не покинули мест дислокации и многие армянские части. При этом правительство продолжало тратить энергию на проведение патриотических пиар-кампаний. Так, было объявлено, что жена Пашиняна Анна Акопян и еще тринадцать женщин пройдут 45-дневные военные сборы и отправятся воевать в Нагорный Карабах. Но война закончилась раньше, чем родственники Пашиняна заняли место в строю.

Многое сегодня говорит о том, что Пашинян не готовился к военным действиям. «Возможно, статус-кво на военном треке его устраивал», — считает Вадим Муханов.

Премьер-министр Армении Никол Пашинян вышел к собравшимся на площади Республики в Ереване 42-02.jpg АЛЕКСАНДР РЮМИН/ТАСС
Премьер-министр Армении Никол Пашинян вышел к собравшимся на площади Республики в Ереване
АЛЕКСАНДР РЮМИН/ТАСС

Никол, уходи!

Проигрыш в войне обрушил рейтинги Пашиняна. Его имя навсегда будет связано с военным поражением. Премьеру уже вряд ли удастся вернуть былую популярность. Поддерживавшая его коалиция распадается. Свои посты уже покинули восемь министров. Разочарование вылилось на улицы Еревана.

Против премьера выступают не только жители самой Армении. Возможно, самую большую угрозу для власти представляют беженцы из Карабаха. Большинство карабахских армян не хотят оставаться на территориях, которые занял Азербайджан. Люди поджигают свои дома и уезжают. В начале ноября глава МИД Армении Зограб Мнацаканян говорил, что в страну уже прибыло более пятидесяти тысяч карабахских беженцев. Это примерно треть всего населения непризнанной республики.

В период войны армянские власти не слишком утруждали себя помощью беженцам. В лучшем случае им помогали с поиском жилья. А расходы на проживание и питание, как правило, ложились либо на самих беженцев, либо на плечи владельцев гостиниц или санаториев, которые их приютили. Но теперь форс-мажорная ситуация может превратиться в постоянную социальную проблему.

В ближайшее время поток беженцев на территорию Армении будет только расти. Это станет серьезным вызовом для экономики Армении, которая уже пережила тяжелые военные потрясения. Дополнительная социальная нагрузка ляжет на бюджет. Беженцев нужно будет не только расселить, но и обеспечить необходимой гуманитарной помощью, одеждой, продуктами, выплатами, которые Пашинян уже успел пообещать. Бизнес и гостеприимное армянское общество не смогут долго поддерживать пострадавших без государственного участия.

Дополнительные трудности возникнут на рынке труда. Для беженцев не хватает рабочих мест. Их готовность выполнять неквалифицированную работу за небольшое вознаграждение может обрушить и без того невысокую оплату труда в стране.

Социально-экономические проблемы лишь углубят и без того острый политический кризис. Военное поражение, массовое недовольство и крах рейтингов Пашиняна дали мощный импульс оппозиционным силам. Еще совсем недавно лидер революции пользовался такой широкой поддержкой, что мало кто решался открыто выступить против его курса. Теперь почти не осталось политиков, которые не критиковали бы вчерашнего кумира.

Ключевую роль на улицах сегодня играют старейшая националистическая партия «Дашнакцутюн», а также прозападная парламентская партия «Просвещенная Армения». Националистические настроения, которые поддерживал Пашинян, только усилились после поражения в войне. Формируется реваншистский комплекс эмоций. Приход национал-радикалов может означать резкую смену внешнеполитического курса. Но разрыв с Россией оставит Армению без последнего союзника. Страна окажется один на один с турецким военным блоком. Это достаточно хорошо осознает общество.

Другая часть оппозиции, пророссийская, была отстранена от власти «бархатной революцией» и теперь тоже пытается взять реванш. Но это вовсе не означает, что ее популярность быстро вернется. Разочарование в Пашиняне не становится индульгенцией для прежней верхушки Армении. Новых популярных политиков в этом блоке сильно не хватает.

Балансируя на всех этих противоречиях, Пашинян до сих пор остается у власти.

 42-04.jpg AP PHOTO/SERGEI GRITS/ТАСС
AP PHOTO/SERGEI GRITS/ТАСС

Новости партнеров

«Эксперт»
№48 (1186) 23 ноября 2020
Газ без "Газпрома"
Содержание:
Почем газ для народа?

Для нескольких миллионов российских семей газификация их жилищ — годами лелеемая мечта. Президент поставил задачу завершить газификацию регионов к концу нынешнего десятилетия, причем не за счет кошельков россиян. Гигантская инфраструктурная программа стоимостью почти два триллиона рублей точно не под силу одному «Газпрому». Кроме того, есть регионы, где экологичная модернизация теплоснабжения предпочтительна с опорой не на сетевой газ, а на СПГ, уголь и электричество

Реклама